Разрушение - Э. К. Хантер

Ее слова, не мои.

— Я слышала о Дэнни, — неуверенно сказала она после нескольких минут молчания. От одного упоминания имени этого ублюдка у меня закипела кровь. Я допил остатки виски и со стуком поставил стакан на стойку.

— Да, — я не мог заставить себя сказать что-нибудь еще, его предательство больно задело меня, и какая-то часть меня все еще не могла поверить, что он это сделает. После всего, что я сделал для него за эти годы, он предал меня, сотрудничая с моим врагом.

— Я этого не предвидела, — сказала Кимми больше для себя, прежде чем последовать моему примеру и допить остатки своего напитка.

— Мы с тобой оба.

— Как дела у Райли? Я слышала, она сильно пострадала в аварии.

Кимми провела некоторое время с Райли в ту ночь, когда она не так уж случайно столкнулась с Тоби, и Кимми сказала мне после, что Райли ей действительно понравилась, что она считает ее хорошей парой для меня. Так получилось, что я согласился.

— Вывих плеча, сотрясение мозга и черт знает сколько порезов и ушибов, — перечислял я травмы Райли, глядя на ряд спиртных напитков, выстроившихся за стойкой. Кимми поняла намек и налила мне еще один бокал, но свой наполнять не стала.

— Блин, — ответила она с гримасой. — Но с ней ведь все будет в порядке, правда?

— Она оправится от травм, но проблема не в этом, — я перевел взгляд на Кимми и обнаружил, что она смотрит на меня с выражением сочувствия. — Она опустошена из-за Энджел. Она провела последние пять лет своей жизни, защищая эту девочку, делая все необходимое, чтобы убедиться, что о ней позаботятся. Я не знаю, выживет ли она, если я в ближайшее время не верну Энджел, — наконец я озвучил беспокойство, которое постоянно повторялось с той минуты, как я узнал, что Дэнни забрал Энджел: как Райли будет жить дальше без своей сестры?

Она не могла, вот в чем была правда.

Райли пожертвовала своим счастьем, чтобы защитить сестру и дать ей достойную жизнь. Посмотрите на сделку, которую она заключила со мной. Никогда бы за миллион лет она не задумалась об этом, если бы я не предложил что-то, что принесло бы пользу Энджел. Если бы у нее это отняли, Райли потеряла бы цель в жизни. Она полностью потеряет себя, прежде чем у нее появится возможность найти что-то еще, чтобы продолжать жить.

Несмотря ни на что, я должен был вернуть ее сестру.

— У тебя есть предположения, где Дэнни может ее держать? — осторожно спросила Кимми, правильно поняв, что я был безмолвно бушующей бомбой, которая могла взорваться в любую минуту.

— Нет.

— Ты получишь ее обратно, Кай. У тебя есть ресурсы и сила, чтобы найти ее, это может занять немного времени, но я знаю, ты не остановишься, пока не найдешь, — тихо сказала Кимми. Я оценил ее вотум доверия, даже если сам в это не верил.

— Да, но какой ценой? Райли уже ненавидит меня, — черт возьми, даже я услышал жалость в своем голосе. Я допил свой напиток, но на этот раз отодвинул стакан подальше. Как бы сильно я ни хотел напиться, это ни к чему хорошему не привело бы, все, чего я добился бы, — это чертово адское похмелье. — Она хочет уехать, когда я верну ее сестру.

Слова обжигали, как кислота. Я никому не говорил, что Райли сказала, что собирается уйти, когда Энджел вернется, как будто если бы я не сказал этого вслух, это было бы неправдой. Но Кимми была единственным человеком, с которым я мог быть честен, и прямо сейчас мне нужно было выкинуть эти слова из головы, иначе я мог свести себя с ума.

Кимми с минуту молчала, ее глаза горели в моих, и несколько раз ее рот открывался, как будто собираясь что-то сказать, прежде чем снова закрыться.

— Ей больно, Кай. Мы все говорим то, чего не имеем в виду, когда расстроены, — в конце концов сказала Кимми, не сводя с меня пристального взгляда. Я пожал ей плечами.

— Не имеет значения. Она никуда не денется, — твердо сказал я ей.

Она сделала паузу на мгновение, но в истинном стиле Кимми у нее не было проблем с тем, чтобы обвинить меня в том, что она считала ерундой. — Ты не можешь держать ее в плену, если она не хочет оставаться.

Я открыл рот, чтобы ответить, сказать ей, что я сделал бы именно это, но она подняла руку, заставляя меня замолчать. Я выжидающе уставился на нее.

— Послушай, я знаю, ты поступаешь по-своему, и я уверена, что то, что я скажу, влетит в одно ухо и вылетит из другого, но выслушай меня, — она вдруг стала серьезной, скорее деловой, чем подругой, предлагающей совет. — Райли может подумать, что она ненавидит тебя в эту минуту, но ей больно. Если ты запрешь ее и откажешься отпускать, она искренне возненавидит тебя. Возможно, это самое трудное, что тебе когда-либо приходилось делать, но если она хочет уйти, ты должен позволить ей.

Я позволил ее словам осмыслиться. Моей мгновенной реакцией было сказать ей, чтобы она не лезла не в свое гребаное дело, но вышло нечто совершенно иное.

— Я не могу, Кимми. Я не могу позволить ей бросить меня. — Мой голос дрогнул, потому что в кои-то веки, всего на мгновение, я позволил себе проявить истинные эмоции к кому-то, кроме Райли.

Я провел рукой по лицу и проглотил комок, образовавшийся у меня в горле. — Как я могу отпустить девушку, которая заставила меня хоть раз в жизни что-то почувствовать? Как я могу отпустить единственного человека, которому я доверяю больше, чем кому-либо в мире? Она была в моей жизни меньше двух месяцев, и все же я не могу представить, как проживу хоть один день без нее.

Кимми чертовски удивила меня, мягко положив свою руку поверх моей, лежавшей на стойке, и ободряюще сжав ее.

— Иногда, Кай, тебе приходится делать то, чего ты не хочешь делать. Иногда нужно быть бескорыстным, чтобы человек, которого ты любишь, мог быть счастлив.

Любовь.

Кроме Тео, я не был уверен, что люблю кого-то еще. Он был единственным человеком в моей жизни, которого я любил, и не только потому, что он был моим братом. Он был моим лучшим другом, моим наперсником, тем, за кого я бы отдал жизнь. Я, конечно, не любил своего отца, он был жестоким ублюдком, который