Я выбираю - рискнуть - Галина Зимняя

— С чем?

— Не знаю. С правдой. С тем, что я понял. С тем, что я готов.

Тамара Павловна посмотрела на него долгим взглядом.

— Ну-ну. Посмотрим, какой из тебя актёр. Только учти: она не судья, ей твои монологи не нужны. Ей нужны дела. Реальные дела. И время. Много времени.

Она встала, отряхнула плащ, задела ногой осколок.

— Приберись тут, — бросила она уже от двери. — А то завтра придёшь, сам поранишься.

Где-то там, в «Европейском берегу» — жилом комплексе на берегу Оби, — маленький мальчик с его глазами и его фамилией ложился спать.

Он ещё не знал, что у него есть отец. Андрей смотрел на угасающий свет, понимая: самое сложное только начинается. Как создать связь с человеком, который живёт так, будто тебя не существует?

Глава 7. Змеиный выползень

Конец июля. Новосибирск. Арт-галерея «V-ART».

Новости в мире бизнеса распространяются быстрее, чем слухи в коммуналке. Не прошло и трёх недель с момента подписания контракта между «Соколов-Девелопмент» и студией «Лофт», как информация долетела до нужных ушей.

Виктория Аспидова сидела в своём кабинете. Здесь всегда было прохладно — кондиционер работал на максимум, создавая стерильную атмосферу, которую она так любила. Перед ней на столе из чёрного стекла лежал планшет.

Она листала фотографии — отчёт от детектива, которого наняла через Жанну. Три дня работы, пять тысяч рублей — и вся жизнь Ветровой как на ладони.

Лена и Андрей на презентации — кадр из светской хроники, кто-то выложил в соцсети.

Лена выходит из офиса «Кроноса» — фото сделано с улицы, через стеклянные двери.

Лена с мальчиком в парке — вот это уже работа детектива. Скрытая съёмка.

Виктория остановилась на последнем снимке. Прищурила холодные голубые глаза.

— Ну что, Ветрова… — прошептала она, и в тишине кабинета её голос прозвучал как скрежет металла. — Решила поиграть в бизнес-леди? А с бывшим мужем заодно и в любовь?

Она отложила планшет и подошла к окну. В отражении стекла она увидела себя: платиновые волосы, идеальная укладка, дорогое платье, облегающее фигуру как вторая кожа. Пять лет назад она ушла от Андрея первая — когда поняла, что он ещё не «созрел» финансово. Искала добычу покрупнее, но время шло, а варианты иссякали.

А теперь… Теперь у Андрея ООО «Соколов-Девелопмент». Империя. Статус.

Моё добро должно вернуться ко мне, — подумала Виктория, поправляя массивное кольцо на безымянном пальце. — Я вкладывалась в него, когда он был никем. Я имею право на дивиденды.

Она взяла телефон. Набрала номер, который держала в памяти для грязной работы.

— Алло, Жанна? Привет. Слушай, у тебя же связи в дизайнерской тусовке? Нужна информация… Да, студия «Лофт». Хочу знать всё. Особенно о тех, кто поближе к Елене Ветровой.

Через три дня.

У Виктории на столе лежало досье. Она пролистала страницы и остановилась на фотографии миловидной брюнетки.

Светлана Полякова, 28 лет. Ведущий дизайнер. Живёт одна. Снимает квартиру. Мечтает о своей.

Виктория усмехнулась. Уголки её губ дрогнули, но глаза остались ледяными.

— Мечтает о квартире? Прекрасно. Мечты должны сбываться. Или не сбываться — в зависимости от того, кто их исполняет.

Она набрала номер кадрового агентства в Москве.

— Добрый день. Мне нужен лучший специалист по переманиванию. Премиум-задача. Оплата — двойной тариф.

Через неделю. Кофейня на Большевистской.

Света Полякова сидела напротив элегантной женщины в деловом костюме. Перед ней стоял нетронутый латте.

— Светлана, у нас есть заказ от крупной столичной студии. Оклада в два раза выше. Плюс оплата жилья в первый год. Москва, Светлана. Это возможности. Здесь вы застряли в своём болотце.

Света поперхнулась воздухом.

— В два раза?

— Именно. Но думать нужно быстро. Неделя максимум.

Женщина оставила визитку и ушла, цокая каблуками. Этот звук — чёткий, безжалостный — остался в ушах Светы.

Она смотрела в чашку и видела лицо Лены. Лена, которая два года назад, когда у Светы умерла мама, дала ей оплачиваемый отпуск и сказала: «Не думай о работе. Думай о себе».

— Чёрт, — прошептала Света. — Чёрт, чёрт, чёрт.

Она достала телефон.

— Лена? Ты сейчас в студии? Мне нужно поговорить. Срочно.

Студия «Лофт».

Света выложила визитку на стол Лены. Рассказала всё.

— Лена, я не пойду. Я хочу, чтобы ты знала. Мне здесь нравится. Вы с Инной — как семья.

Лена молчала несколько секунд. В её глазах не было удивления. Только холодный огонь, который Инна знала слишком хорошо.

Лена встала, обошла стол и обняла Свету.

— Спасибо, — тихо сказала она. — Спасибо, что сказала.

Инна, которая стояла рядом, скрестив руки на груди, взяла визитку двумя пальцами, словно это было грязное бельё.

— «Кадровый резерв», значит. — Она усмехнулась. — Знаю я этот резерв. Половина их клиентов — левые конторы. А вторая половина — такие же левые, только с московской пропиской.

Лена вернулась за стол.

— Свет, оклад я тебе повышаю. С сегодняшнего дня. На тридцать процентов.

— Лена, не надо, я не за этим…

— Надо. Ты честна со мной — я честна с тобой.

Когда Света вышла, Инна закрыла дверь и повернулась к подруге.

— Ну что, Ветрова, чуешь, чьих рук дело?

Лена откинулась на спинку кресла.

— Пока нет. Но скоро узнаем.

Тот же день. Арт-галерея «V-ART».

Денис любил свою работу. Фотография была для него способом дышать. Он мог часами ловить свет. Именно за это его ценили и в студии «Лофт», и здесь, в галерее Аспидовой.

— Денис, привет, — голос в трубке был томным. — Вика беспокоит. Через две недели открытие. Заскочишь сегодня?

— Привет, Вик. Конечно.

Ровно в четыре Денис парковался у галереи на Красном проспекте. Внутри пахло дорогим кофе и… чем-то тяжёлым, восточным. Денис поморщился. Слишком приторно, — подумал он. Как искусственные цветы в душной комнате.

Виктория встретила его в холле. Платье облегало фигуру, улыбка была только на губах, глаза оставались холодными и неподвижными.

— Проходи, покажу экспозицию.

Они шли по залу. Денис щёлкал затвором. Виктория говорила о концепции, но вдруг остановилась.

Обсуждая концепцию, Виктория внезапно прервала речь:

— Я оставлю тебя на минуту. Поснимай пока.

Она быстро развернулась и ушла в кабинет, не закрыв дверь до конца.

Денис продолжил съёмку. Спустя примерно пятнадцать минут ему понадобилось уточнить параметры освещения, и он направился к кабинету.

Из приоткрытой двери доносились голоса. Два голоса. Один — Виктории, резкий, рубленый. Второй — незнакомый, сухой, деловитый, с лёгким электронным оттенком — звучал из динамика телефона, включённого на громкую связь.

— …я тебе говорю, Жанна, эта Света не клюнула. Отказалась. Сказала, что ей