Ненужная жена. Отданная дракону - Илана Васина

аппетит. Я тут же предложила девушке разделить со мной трапезу, но она мотнула головой. И вот что странно. Её манеры, лицо и голос казались мне знакомыми. Приступив к еде, я поглядывала на застывшую в углу деву, пока наконец её не вспомнила!

Это была Мира — девушка из моего городка, только теперь лоб и глаза прикрывала длинная чёлка. Её семья переехала в Фиандис полтора года назад. У Миры была редкая гетерохромия: один глаз — небесно-голубой, другой — тёмно-карий. Фиандийцы сочли карюю радужку печатью Тьмы и захотели лишить её глаза. Помню, я тогда пришла в ужас и попыталась отстоять зрение бедняжки. Однако мои переговоры со старейшинами закончились плачевно.

Год назад её отправили на жертвенный камень...

— Мира, это ты? — я встала из-за стола и неуверенно шагнула ей навстречу.

Всхлипнув, девушка бросилась ко мне, и мы горячо обнялись. На глаза навернулись слёзы. Хоть одна родная душа в чужом месте!

— Я не ожидала тебя здесь встретить, — прошептала она. — Только не тебя. Столько дарнов в Фиандисе заглядывалось на красивую беловолосую иномирянку! — Она отстранилась и застенчиво, на манер принцессы Дианы, разглядывала меня исподлобья. — Я была уверена, что тебя в жены возьмёт влиятельный дарн и никому ни за что не отдаст. Не понимаю, как ты сюда попала.

От её слов в груди засвербело. Ну, что тут скажешь? Влиятельные дарны — люди переменчивые. Сегодня — берут в жены, а завтра — дарят дракону. Вспоминать о предательстве Эдмира не хотелось. Я потянула вниз левый рукав, чтобы вместе с родовым браслетом скрыть историю своего брака.

Мира, наверно, что-то прочитала на моём лице, потому что внезапно ахнула и прижала ко рту ладошку:

— Что я болтаю?! Вот дурочка! Ты ещё в себя не пришла, а я тебе в душу лезу. Прости, рия. Тут, в Тиархоне, совсем иначе мыслить начинаешь. То, что раньше я постеснялась бы сказать, сейчас стало нормальным. Драгархи проще относятся ко всему. Прямые они слишком — вот я у них и научилась говорить в лоб.

— Прямота — это хорошо, — я нахмурилась и чуть подалась вперёд. — Но кто такие драгархи, о которых все говорят?

— Как кто? — растерялась Мира и развела руками. — Драконы, конечно. Кто же ещё?

Я судорожно сглотнула и уставилась в камешек, торчащий из стены. Попыталась собраться с мыслями. У меня в голове никак не сходился пазл.

Глава 11. Визуал Лионела

— Ну как драконы… Драконы — это их первичная ипостась, а вторичная — человеческая. Или, может, наоборот? — Мира задумчиво склонила голову набок и нахмурилась. — Знаю точно, что в обоих — у драгаров неслыханная мощь. Не зря их считают прямыми потомками Аругара.

Я замерла, продолжая разглядывать выпуклый камешек в стене. Нет, услышанное не привело меня в нейрогенный шок. Череда мелких намёков и несостыковок с прежней картиной мира подготовила меня к этой сногсшибательной новости. И всё же я впала в оцепенение, пытаясь принять, что меня унес с жертвенного камня не безмозглый ящер, а оборотень с человеческой ипостасью — наделённый разумом.

— Ты хочешь сказать, что драконы превращаются в людей, а люди — в драконов? — подытожила на всякий случай.

— Да, рия, — Мира мягко улыбнулась и сложила руки на льняном передничке. — Такова суть драгархов. Когда дракон впервые превратился на моих глазах в красавца мужчину, я тоже удивилась. Хотя больше обрадовалась, когда поняла, что меня никто не сожрёт.

Красавец мужчина… Значит, в человеческой ипостаси драгархи — красивы. Мой мозг в ускоренном темпе увязывал одни ниточки информации с другими.

— А эти драгархи… Ты не знаешь, есть ли среди них высокий, красивый брюнет, с серыми глазами и шрамами на висках? Сложен он лучше, чем самый крепкий воин в Фиандисе, — спросила я, отчаянно прогоняя волнение из голоса. — Зовут Дарион.

Лицо Миры просияло, и она уже открыла рот, чтобы ответить, но внезапно дверь распахнулась, и весь проем заполнила мужская фигура.

Незнакомец был высок, крепок и... красив. Аккуратно подстриженная борода, серо-зелёные глаза, в которых играла насмешка, в уголках рта — лёгкая ухмылка. Камзол из дорогой ткани, движения по-хозяйски уверенные.

При виде вошедшего Мира склонилась в лёгком поклоне, поспешно подхватила поднос и направилась к выходу. Я с сожалением проводила её взглядом — было досадно, что вводный урок в мир драгархов закончился, едва начавшись.

— Значит, ты у нас новая рия, — с интересом посмотрел на меня незнакомец, стоило нам остаться наедине.

Он подошёл ближе, не сводя с меня оценивающего взгляда.

— И как? Тебе нравится в тиархоне?

Я задумалась. Городок выглядел красиво, ухожено. Меня окружали доброжелательные люди — сразу накормили, выделили комнату. Мира, вон, жива, здорова и оба глаза на месте. Так что...

— Нравится, — не стала юлить.

— Вот и ты многим понравилась, — прищурился незнакомец. — Весь замок стоит на ушах. Только и разговоров, что про красивую рию. Пришлось лично прийти, чтобы убедиться, не врут ли слухи, — он как-то слишком быстро оказался в полуметре от меня.

От него пахло тёплой травой и свежим ветром. Непривычно было остаться наедине с чужим мужчиной — не мужем. В Фиандисе подобная ситуация могла бы напрочь испортить репутацию — интересно, какие здесь были порядки. Впрочем, какая разница?.. Никто даже не потрудился озвучить мне местные правила. Значит, дышу полной грудью и действую по ситуации.

Вместо того чтобы отступить от мужчины, как сделала бы в Фиандисе, я лишь пожала плечами:

— И как? Убедился? Слухи не врут?

— Убедился, — его губы тронула усмешка. — Врут безбожно.

Меня против воли кольнуло досадой, но незнакомец улыбнулся ещё шире.

— Стражи преуменьшили твою красоту. Хотя что с них взять? Слепцы.

Внезапно он подошёл ближе и приподнял мой подбородок, заставив встретиться взглядом. Его лицо оказалось в пятнадцати сантиметрах от моего. Я опешила от неожиданности. Мужчина откровенно желал меня — это было видно. Это читалось в его сбившемся дыхании и в жадности, затаившейся в бездонном омуте зрачков.

Хотелось себя ущипнуть. Я точно не сплю? Даже самые любвеобильные мужчины Фиандиса сначала ухаживали за дарной, и только потом позволяли себе… всё остальное.

— Что насчёт меня? — глухо произнёс он, лаская взглядом мои губы. — Я тебе нравлюсь?

Я нахмурилась и сглотнула пересохшим горлом. Может, и понравился бы.. если