Королевская Академия Магии. Неестественный отбор - Наталья Самсонова

У меня не было. Только дорогие, статусные вещи. Если игрушка – то из натурального меха, в натуральную величину и с натуральными драгоценными камнями вместо глаз. Этакое неподъемное чучелко. Никто не позволял купить расческу, окрашивающую пряди в зеленый или синий цвет. Или кольцо-пищалку. Или блокнот-дразнилку».

Забрать у девиц амулеты оказалось невозможно. Продавать что-либо Маргарет отказалась – ректор строго карал за торговлю в стенах КАМа. Пришлось подарить каждой мэдчен по безделице.

И после их ухода мэдчен Саддэн в третий раз за неделю похвалила себя за принятое в прошлом решение. Ничего. Все решаемо. А Винсент… что ж, даже знай он ее истинный род – заступиться за Маргарет все равно некому. Так что это бы ее не спасло.

«Меня спасут золотые руки и покладистый характер, – пошутила про себя Маргарет. – И не беда, что амулеты выходят через раз на третий, зато язык за зубами умещается. Почти всегда. А даже если и не всегда, то иногда. И вообще, в девушке должна быть изюминка».

Вытащив свою рабочую тетрадь, Маргарет с ногами забралась на постель. Не было ни сил, ни желания идти в душевые, а потому она решила немного поработать и лечь спать. Завтра хороший день – во-первых, выходной, и во-вторых – тоже выходной.

Мэдчен Саддэн подошла к планированию дел очень разумно – скопировала распорядок дня из дневника своего отца. На самом деле, в том дневнике всего-то и было, что по часам расписанные две недели да заковыристое ругательство. Сильнейший боевой маг Кальдоранна не слишком-то уважал привычку благородных дерров вести дневники. «Будто я глупая, малолетняя девица!» – кривился он. И сидящая на руках матери Маргарет повторяла за ним: «Пусть дураки о своих делишках пишут. За меня это сделают историки».

– Так и получилось, – тихо вздохнула Маргарет.

В любом случае у отца в расписании был один полностью свободный день. Потому был он и у Маргарет. Так что завтра она проведет время с удовольствием и без особой пользы. Единственное отступление от отцовского дневника – вставала Маргарет очень рано. Чтобы первой сходить в душевые, собраться и уйти с территории академии. Благо лучшие ученики имеют право в любое время выйти в город.

Потянувшись, Маргарет подчеркнула несколько обязательных дел для воскресенья и умиленно подмигнула абсолютно пустому квадратику субботы. Прицельный бросок – и рабочая тетрадь приземляется на подоконнике. А ее владелица гасит свет и заворачивается в одеяло.

Уснуть мэдчен Саддэн удалось не сразу. Да и сны были не из приятных. То она бегала за королем, умоляя его на ней жениться, то он за ней – умоляя выйти за него замуж. В общем, до самого рассвета их желания так и не совпали.

Встав и одевшись, Маргарет похихикала над своей фантазией, подхватила подготовленную с вечера сумку с чистой сменной одеждой и вышла, не забыв выглянуть в окно. Ранним субботним утром в женском общежитии царила тишина. Только крался по коридору боевой маг – привычный, как рассвет.

– Доброе утро, держи! – Он протянул Маргарет шоколадку.

Та, кивнув, приняла подношение и ответила:

– Комендант сегодня не справа налево, а наоборот пошла. Видимо, очень хочет тебя поймать.

– Да они с нашим деканом на бутылку келестинской лозы забились, – скривился боевик.

– Удачи! – хихикнула Маргарет. – Она хоть того стоит?

– О, – закатил глаза маг, – она прекрасна как увеличенная стипендия!

Посмеявшись, Маргарет убрала шоколад в сумку и пошла к душевым. Этот «ритуал» длился уже второй год. Каждое субботнее утро пути мэдчен Саддэн и боевого мага пересекались. Официально они друг другу так и не представились, хотя Маргарет знала, что героя-любовника зовут Мартин и они оба заканчивают академию в этом году.

Увы, защита женского общежития была идеальной, но раз в неделю отключалась – происходили сложные, магические процессы. В чем была сложность, никто не знал, но все закатывали глаза и прицокивали, мол, куда уж вам. Вот и убегал Мартин от возлюбленной в шесть утра. Правда, его быстро вычислили, и для моры Аллор стало делом чести поймать охальника. Потому Маргарет не забывала посмотреть в окно, прежде чем выйти из комнаты, – флигель коменданта просматривался просто прекрасно.

Войдя в раздевалку, Маргарет на мгновение замерла, крепко задумалась и, как была, прошла сразу в душевые. Закрыв дверь, она проверила, установилась ли защита, и только тогда разделась. Береженого и боги берегут, не забывают.

После душа Маргарет телепортировалась к себе – в такую рань ее никто не заметит. Просушив волосы, вытащила из шкафа свое выходное платье. Светлый лен и скромная вышивка по лифу. Столичные модницы кривили носы – подол закрывал туфли. Некоторые студентки давали мэдчен Саддэн советы – укоротить платье. Вот только если действительно обрезать подол, то станет видна поношенная обувь.

Академия находилась в кольце высокой, надежно зачарованной стены. И когда Маргарет выходила, почувствовала на себе чей-то цепкий взгляд. Остановившись, она повернулась и вежливо поздоровалась:

– Доброе утро, мора Аллор.

– Доброе, мэдчен Саддэн. – Ястребиный взгляд прошелся по фигуре Маргарет. – Вы никого не встретили этим утром?

– Только вас, мора Аллор, – непринужденно соврала мэдчен Саддэн.

– Вы знаете, что, стоя у ворот, нельзя солгать?

– Конечно, мора Аллор, – поклонилась Маргарет.

– Идите.

«Нельзя солгать, – фыркнула про себя Маргарет. – А еще нельзя пронести спиртное. И посещать девичьи комнаты – тоже нельзя. Такое чувство, что, закончив учебу, маги забывают, как сами были студентами. Или просто считают себя умней?»

Маргарет немного завидовала той неизвестной девице. Ей бы хотелось, чтобы ее кто-нибудь так же сильно полюбил. Ведь если Мартина поймают в женском общежитии – исключат с позором. А он уже два года таскается, как по расписанию. Потешить плоть можно более простым способом.

* * *

Раннее утро в Царлоте – пора тишины и покоя. За это Маргарет безмерно любила столицу. Она поднималась на Башню Скорби, куда выше, чем это позволено. Проскальзывала за ограничительную ленту и устраивалась на заросшем плющом балконе. Доставала термос с крепким кофе и наслаждалась рассветом.

Солнце равномерно заливало золотом крыши, город просыпался. Заканчивался кофе, и мэдчен Саддэн спускалась вниз. Она всегда оглаживала сливочно-желтые камни Башни, ведь они были ей почти родными. Восемнадцать лет назад началось строительство малой часовенки. А одиннадцать лет назад оную часовенку перестроили в Башню Скорби.

От выпитого на пустой желудок кофе немного кружилась голова. И Маргарет купила в открывшейся булочной небольшой круассан.

– Свежие новости!