Дорогая первая жена - Даша Черничная

Я развожу руками.

— Валяй.

Олеся хмурится.

— Тебе вообще плевать?

— Возможно.

— Я ни за что не поверю в это, — упорно стоит на своем.

— Почему?

— Потому что Идар красивый. Сильный. У него мощная мужская аура. И я не верю, что ты не потекла по нему.

Все-таки ее слова попадают в цель, потому что доля правды в них есть.

Идар действительно привлекателен, и даже то, что он говнюк, который задвинул меня на край своей жизни, не умаляет его чисто мужского обаяния.

— Олеся, я не в курсе, знаешь ли ты историю нашей свадьбы, но я Идара в первый раз увидела за час до прихода муллы. У этого брака есть причина. Вернее, несколько. — Как минимум одна у меня и одна у Идара. — И эта причина никак не связана с любовным настроем.

— И ты не будешь его соблазнять?

— Э-э, не планировала.

— Я не верю тебе! — выпаливает.

Я устала от этих разборок. У меня последний день отпуска, и я просто хочу провести его в тишине и покое.

— Не верь, Олеся. Я не собираюсь перед тобой оправдываться и отчитываться. Я вообще надеюсь, что это последняя наша встреча.

— Вот и хорошо, — говорит, остывая. — И кстати, я хочу, чтобы ты знала и чтобы для тебя это не было шоком. Мы с Идаром планируем ребенка.

Я леденею изнутри.

В свете последних событий ее слова не должны меня удивлять.

Идар ясно дал мне понять, что традиционной семьей мы не станем. А вот от Олеси он избавляться не будет. Так что их ребенок — будто бы логичное продолжение их отношений.

Но почему я чувствую себя грязной? Так, будто об меня вытерли ноги?

— Олеся, — нахожу в себе силы заговорить, — если у тебя все, то уходи.

— Я надеюсь, ты запомнишь, Надя. Это, — обводит пальцем гостиную, — не твоя территория. И мужчина тоже не твой.

Интересно, есть где-то мой мужчина? Которого не надо завоевывать и отбивать у других баб?

Видимо, нет. И мой удел — прожить жизнь, так и не узнав мужской любви.

Глава 12

Надия

После ухода Олеси у меня все валилось из рук.

Я поняла, что я заложница этого брака и чужих отношений, в которых невольно стала третьей. Осознание меня злит.

И как вишенка на торте очередной звонок от дяди.

— Наконец-то! — его голос звучит недовольно. — Я тебе звоню несколько дней. Почему ты трубку не берешь?

— А зачем, дядя? — спрашиваю со злостью. — Что ты хочешь мне сказать, чего я не знаю? Может быть, желаешь открыть мне глаза на то, что у моего мужа есть официальная любовница, с которой он живет? Или что мой брак будет фикцией? Настолько, что со мной даже родня мужа познакомиться не захочет! Заодно попытаешься предупредить меня, что я стану ковриком у входа, о который будут вытирать ноги?

— Прекрати, — отрезает он резко. — Не выдумывай и не ищи проблемы там, где их нет. С родней мужа познакомиться хочешь? Вероятно, оно и к лучшему, что ты никого не знаешь, меньше обязанностей на себя навешаешь. Живи, работай как раньше, и, может быть, когда-нибудь все изменится.

— О чем ты?

— Об этой русской. Ты же понимаешь, что для Идара она просто любовница? Надоест ему не сегодня, так завтра, и он придет к тебе.

— Класс, — усмехаюсь. — Мне просто интересно, в твоем понимании, я должна просто сидеть в стороне и ждать, когда мой муж остынет к другой?

— Женщина так и должна себя вести, — повышает голос. — Сними розовые очки и посмотри на реальную жизнь.

Я горько усмехаюсь.

— То есть ты считаешь, что все это время я ходила в очках с розовыми стеклами?

Учеба, подработка, ординатура, воспитание брата, авария. Больницы, больницы, и снова больницы.

Я сняла розовые очки в пятнадцать лет, когда машина моих родителей скатилась с обрыва и они сгорели в ней заживо.

Я достаточно осознаю реальность.

Но я тоже человек. Девушка.

И я, черт возьми, тоже хочу, чтобы обо мне хоть кто-то заботился и уважал меня, возможно даже любил.

— Зачем ты мне звонишь, Тамерлан?

— Я лишь хотел убедиться, что у тебя все нормально.

У меня вырывается истерический смех.

— И еще, чтобы я не наделала глупостей, да?

Тамерлан молчит. Да мне и не нужен его ответ. Я прекрасно знаю, что он заботится только о себе.

Его обязанностью, как единственного мужчины-родственника, который представлял меня перед семьей Юнусовых и муллой, было обсудить с родителями Идара и им самим помощь моему брату.

Здоровье брата для меня — единственно важное и единственная причина, почему я согласилась на этот брак.

В итоге бороться за себя я должна сама.

— Я не наделаю глупостей, Тамерлан. Ведь мне предстоит вылечить брата. В отличие от тебя, мне не плевать на него.

— Надя…

— Всего хорошего, дядя.

Я отключаюсь и убираю телефон подальше, мысленно послав подальше все мужиков, окружающих меня.

Остаток дня хожу по дому, выбираю себе, как мне кажется, гостевую комнату. В ней пустой шкаф и тумбы, так что я убираю туда свои немногочисленные вещи.

Ближе к вечеру берусь за ужин.

Хочется из вредности приготовить еду только на себя. Все-таки, раз я не полноценная жена, пусть мой муж сам о себе позаботится. Но в итоге решаю не быть мелочной, тем более что я надумала сделать плов, и одна порция тут никак не получится.

После накладываю плов в контейнер, вызываю такси и отправляюсь к брату.

Мы проводим вместе вечер. Я стараюсь улыбаться и не показывать своей грусти, а потом еду обратно на своей машине.

Когда я подъезжаю к дому, то вижу машину Идара во дворе и паркуюсь рядом.

В доме пахнет ароматным кофе, и я заглядываю на кухню.

Юнусов сидит за столом, пьет кофе и копается в телефоне.

— Привет, — поднимает взгляд, увидев меня.

— Привет.

— У брата была?

— Как ты узнал? — хмурюсь.

Не следит ли он за мной?

— Предполагаю, ты хотела отвезти ему плова. Кстати, было очень вкусно. Спасибо.

Кажется, сейчас идеальный момент, для того чтобы поднять вопрос о Назаре.

Идар в нормальном расположении духа, сытый.

Я сажусь на стул напротив него и говорю на выдохе:

— Моему брату нужна помощь.

— С места в карьер? — Идар выгибает бровь.

— У него осталось не так много времени, так что у меня его тоже нет, чтобы ходить вокруг да около.

Юнусов кивает, принимая мой ответ.