Подарок с характером - Ольга Кобзева

Снова попытался швырнуть меня на топчан, только волосы в руке запутались, я на них едва не повисла. От боли перед глазами разноцветные искры заплясали. Когда немного очухалась, оказалось, что юбку мужчина мне уже задрал и теперь завязки на своих штанах развязывает. Одной рукой ему было неудобно, только потому и замешкался.

Только не знал несчастный, через что Катя Ставицкая в своей жизни прошла. Не жил он в девяностые, не учился драться за свою жизнь. Драться в самом прямом смысле слова. Ладонь сама собой в кулак сжалась. Заехала этим кулаком, не целясь, но судя по хрусту, попала в нос. Волосы рванула, сцепив зубы. Знатный клок у мужчины в руках остался, да только на то мне уже плевать было. Фролш схватился за лицо, взревел. По рукам у него текла кровавая юшка. Поднял на меня бешеный взгляд и рванул ко мне. Метнулась в сторону, схватила первое, что под руку попало — казан с импровизированным чаем. Жижу сначала в лицо ему выплеснула, а после и казан на голову опустила. Мужчина закачался и рухнул на пол, прямо мне под ноги.

Темный земляной пол оказался утоптан настолько, что не смог впитать темную кровь, потекшую из открытой раны. А я так я стояла, прижимая чугунок к себе, глядя на причудливые узоры алой влаги под ногами.

Глава 7

Где тут, Фролш говорил, убивцы живут?

Тяжело дыша, старалась осознать, что натворила. Неужели я его убила? Лишила жизни того, кто помог в трудную минуту, спас, не выгнал…

По большому счету, в некотором роде я сама виновата в случившемся. Целый день была в домике одна, могла уйти в любой момент, никто не стал бы удерживать. Это Катриша, в силу возраста могла не догадываться, зачем взрослый мужик девчонку приютил. Катриша, но не я. Мне просто захотелось отдохнуть, передышки захотелось. А ведь видела и отношение его, и топчан узкий. Все понимала, да тянула до последнего!

Отставила казан обратно на стол и осторожно опустилась на пол. Тронула шею Фролша, затаив дыхание. Пульс… есть! Господи, спасибо, не убила! Рассмотрела поближе рану на голове мужчины. Да уж, знатно я его приложила. Катриша хоть и хилая с виду, а рука тяжелая. Кровь все еще вытекала из раны, пусть и не так обильно. Оторвала от собственной юбки широкую полосу ткани, поделила на две части. Одну комком приложила к ране, второй перемотала голову мужчины, стараясь остановить кровь. Фролш застонал, но не очнулся. Перенести его на топчан я точно не смогла бы, поэтому просто сняла с топчана тюфяк и положила на пол. Фролша кое-как перевалила на этот тюфяк, стараясь сильно не тревожить голову.

Набрала воды в чашку и поднесла к губам мужчины. Заставила сделать несколько глотков не до конца пришедшего в себя Фролша.

— Прости, Фролш, — попросила довольно громко. — Не хотела я так за доброту платить.

Можно было и эту ночь в домике провести, только я теперь боялась, что кто-то войдет, увидит, что я натворила. Боялась последствий. Не уверена, что кого-то в этой деревне впечатлят мои оправдания. Так что забрала свою котомку, прихватив со стола остатки жесткой лепешки и вышла, оставив дверь в домик открытой. Ночь еще не успела опуститься полностью, дорогу впереди было отчетливо видно.

Едва не столкнулась с двумя женщинами, шедшими от колодца. Обе странно на меня посмотрели, хотели было со мной заговорить, но я быстрым шагом прошла мимо, не собираясь с ними общаться. Впереди темнел лес, опять лес.

Долгий отдых сказался на моем состоянии, шла я довольно бодро, стараясь прогнать угрызения совести и приступ самобичевания. Куда я шла? Прямо. Это все, что могла бы сказать, пока к рассвету не увидела прямо перед собой величественные горы. До них еще не дошла, но просматривалась горная гряда уже довольно отчетливо. Усталость наконец сделала свое дело, решила поспать. Мне по-прежнему невероятно везло не встретить никаких хищников, да вообще зверья не попадалось.

Лес стал реже, деревья тоже изменились. Мне показалось, что впереди заметила дымок. Решила подойти ближе, присмотреться. Действительно, минут через десять я вышла на странный лагерь. Это не деревня и не поселок, будто лагерь лесорубов или собирателей. Людей среди ночи не встретила, но и рисковать снова, проникая в чужие жилища тоже не стала. Обошла странное становье, оглядела. Здесь, видимо, собирают травы, судя по навесу, под которым сушились зеленые пучки. В пользу моей версии говорили и мешки с собранным и высушенным. Никто ничего не прятал, все на виду. В лагере не было капитальных построек, только несколько бытовок — маленьких домиков, построенных будто на скорую руку.

Я уже собиралась затаиться где-нибудь в ожидании рассвета, как небо над лагерем рассекла крупная тень. Даже пригнулась от страха. Перевела взгляд наверх не в силах сдвинуться с места от разворачивающейся прямо надо мной картины. В небе кружил громадный… ну, не знаю, динозавр. Мощное туловище, лапы, хвост. Сделав круг вокруг лагеря, огромный ящер, совершая короткие взмахи, явно собирался приземлиться. Замерла, не зная, как поступить. Есть ли здесь хоть кто-то, кого требуется спасать или криками я только выдам себя и стану единственной жертвой огромного зверя?

Ящер меж тем приземлился, будто бы стараясь не задеть хрупкие постройки. Встряхнулся слегка, а после мне по глазам ударила мощнейшая вспышка, сопровождающаяся тепловым выбросом. Не успела толком ничего понять, как меня отбросило назад, прямо на стойку навеса, под которым я стояла. Стойка подломилась и мне на голову обрушилась плотная ткань и посыпались пучки трав.

— Ты кто? — почти сразу раздался грубый окрик. — Слышь, девка, тебя спрашиваю!

Меня довольно бесцеремонно схватили за руку и вздернули на ноги. Зашаталась, стараясь открыть слезящиеся глаза. Удалось приоткрыть их только немного, этого явно недостаточно, чтобы хоть что-то рассмотреть.

— Нужно бежать отсюда. Ящер… вы что не видели его?

— Бежать, говоришь? — усмехнулся мужчина. — Ты кто такая и откуда здесь взялась?

— Из леса. Где ящер? Нужно спрятаться, — продолжала настаивать, часто моргая.

— Улетел, — устало сообщил мужчина. — Пошли уж, лесянка.

Потянул меня за руку куда-то. Чуть позже ткнул мои руки в прохладную воду. Тут же принялась умываться. Вытерев лицо грубой тряпкой, смогла наконец открыть глаза.

— Давай-ка еще раз, ты кто такая и откуда взялась?

Мужчина передо мной был не молод, но и не стар. Уверенный взгляд, твердая походка, с которой он вернулся к навесу, рассматривая повреждения.

— Чего молчишь? — обернулся. — Диаракхорнов никогда