Сводный брат на Новый год - Аксинья Су

игнорировать. Я знала, что я не люблю Андрея. Но я была признательна ему за заботу, за нежное ко мне отношение. Наверно я просто использовала его, как подушку безопасности в своей жизни. И это самое тяжелое осознание в моей жизни.

Три года пролетели как один миг. Этот мужчина стал для меня почти родным, но наши пути разошлись. Он хороший человек, но наши темпераменты не сходятся. Я не имею права эгоистично удерживать его рядом. Он обязательно найдет женщину, которая будет его любить, а я — сломанная кукла, влюбленную в своего свободного брата.

Завтра я поговорю с ним, пока мы оба не совершили непоправимое. Сейчас же мне хочется плакать. Я зла на Максима за то, что он ворвался в мою жизнь.

Как он мог так поступить? Как он мог разрушить то, что я строила годами?

Я жалела себя, жалела Андрея. Слезы текли по щекам, смешиваясь с болью и разочарованием. В конце концов, я выплакала все слезы и уснула, обессиленная и опустошенная. Завтрашний день обещал быть еще более тяжелым.

Утром я с трудом разлепила веки, которые слиплись от слёз. Чувство опустошённости сковывало меня изнутри. Вторая половина кровати была холодной и нетронутой, Андрей не пришёл.

В доме царила гробовая тишина. Я медленно поднялась и, не оглядываясь, направилась в ванную. Вода не смогла смыть боль, но хоть немного вернула меня к реальности.

Спускаясь по лестнице, я услышала тихий звон посуды на кухне. Сердце сжалось. Я вошла в столовую, где завтракали ребята.

Все сидели за столом, склонив головы, будто погружённые в свои мысли. Даже Ира, обычно излучающая свет и радость, смотрела на меня с тенью грусти. Её улыбка была натянутой, а в глазах читалась жалость. Макс, обычно такой шумный и активный, сидел, уставившись в тарелку, избегая моего взгляда.

Воздух был пропитан напряжением, словно невидимая стена разделяла нас. Эта скорбная тишина казалась невыносимой. Я хотела уйти, раствориться в чём-то, лишь бы не чувствовать эту боль, но понимала, что бегство не поможет.

— Ты что, не ложился спать? — тихо спросила я, наклонившись к Андрею. Он устало выдохнул, не поднимая глаз от своей тарелки.

— Я спал на диване, — тихо ответил он, избегая моего взгляда. — Спасибо, Ира, за завтрак. Пойду собирать вещи.

Сегодня мы уезжали обратно в дом родителей. До Нового года оставалось всего три дня, но настроение у всех было подавленным.

— Спасибо, Ира, — поблагодарил Макс, поднимаясь из-за стола. Он тоже ушёл, оставив нас наедине.

Ира грустно улыбнулась мне и тихо сказала:

— Мне очень жаль, что так произошло вчера. Хоть вы и пытались говорить негромко, но мы всё слышали.

Я замерла, чувствуя, как внутри всё сжалось. Вилка выпала из моих рук и со звоном упала на тарелку. Я устало выдохнула, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы.

— Какой ужас, — прошептала я, не в силах сдержать эмоции. — Мне так стыдно, что ты и Андрей стали свидетелями этого.

— Тебе нечего стыдиться, Ева. Макс никогда так яростно не защищал никого, как тебя, — сказала Ира, и я в непонимании посмотрела на неё. — Я с ним полностью согласна.

— Согласна? — переспросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Да, — кивнула она, её взгляд был тёплым, но в нём читалась грусть. — Это не моё дело, конечно, но как так вышло, что Андрей ничего о тебе не знает? Вы вообще общаетесь? — она нахмурилась, её голос был мягким, но в нём сквозила тревога.

Я вздохнула и облокотилась на спинку стула. Все вокруг задавали мне этот вопрос, и я не могла на него ответить. Даже Лена не понимала, как за три года он не узнал меня.

— Не знаю, — прошептала я, глядя в окно. — Мы встретились и всё как-то быстро произошло. Мы много проводили время вместе. Потом мы съехались, началась работа, дом, рутина. Мы говорили о его друзьях, о моих знакомых, о наших привычках и интересах, но… Это было как — то поверхностно. Я просто впервые встретила человека, который мне действительно понравился, и подумала, что смогу построить с ним отношения, а в дальнейшем возможно и семью. Я думала, что может быть я виновата в том, что из встречающихся мне мужчин никто не привлекал моего внимания, никто не нравился.

Ира посмотрела на меня с сочувствием.

— Ты ещё так молода, Ева, — мягко сказала она. — Тебе двадцать шесть, у тебя есть несколько лет впереди. Ты красивая, умная, весёлая женщина. Почему ты решила, что у тебя ничего не получится?

Я перевела взгляд на неё. Ира говорила искренне, но её слова не приносили облегчения. Она была доброй, открытой девушкой, и я почувствовала, что между нами может зародиться дружба, даже если это будет означать, что я буду видеть Макса 24/7, даже если это разрушит мою жизнь.

— Все вокруг меня выходят замуж, рожают детей, разводятся и снова выходят замуж, а я как будто застряла на обочине жизни, как будто живу в параллельном измерении. Мама тоже твердит, что пора определяться в жизни, мол, нехорошо молодой девушке быть одной. Да мне с мужчинами не везло: их интересовала только внешняя оболочка, секс, но не то, что внутри. Несмотря на мою молодость, как ты говоришь, мне очень хотелось показать свою душу. Но…..возможно, поэтому Андрею я ничего и не рассказывала о себе. Я просто устала рассказывать одно и то же по двадцать пять раз.

— Вот, — она указала на меня пальцем. — Ты просто попала под влияние толпы.

Я тяжело вздохнула и опустила глаза.

— Возможно, так и есть, — согласилась я, чувствуя, как внутри разливается горечь. — А может, я и правда этого хочу.

Она мягко положила руку на мою, но я почувствовала, как её слова лишь усиливают моё одиночество.

— Знаешь, — продолжила она, глядя на меня с сочувствием. — Я думаю, что всё у тебя получится, и с Андреем, возможно, тоже. Но я считаю, что нужно быть с тем, кто знает тебя и принимает такой, какая ты есть. Ну, или хотя бы поговорить с Андреем. Может, вместе вы найдёте выход и компромиссы.

— Да, ты права, — тихо произнесла я. — Нужно поговорить с Андреем.

Слезы навернулись на глаза, и я почувствовала, как внутри всё сжимается от боли.

— Ой, да брось ты это, — она встала и подошла, обняв меня.

Я отстранилась и мягко улыбнулась ей, но внутри все сжалось.

— Максиму очень повезло с тобой. Он будет дураком, если не женится на тебе, — тихо сказала я, вытирая слезы с лица.

Её лицо вытянулось от удивления.

— Что? —