Мороз и Солнце(ва). Проект Северное сияние - Татьяна Любимая

— Имею, — говорит Мороз тихо, так, что слышу только я.

Пялюсь в его глаза. Они у него темно — синие, глубокие, ресницы длинные, густые. Нос прямой. Губы выразительные, красивые. А еще я чувствую запах его одеколона. И он мне нравится. На миг даже забываю, о чем мы спорим.

— … Когда чья — то безрассудная игра угрожает покою и благополучию людей на моей территории, — возвращают меня на землю его слова.

Моей территории? — округляю я глаза, вмиг протрезвев.

— Рядом мой отель, — продолжает Мороз тем же ледяным тоном. — Мои люди. Мои клиенты. Моя репутация. И вы, хотите вы того или нет, сейчас здесь. Под моей ответственностью.

— Я не ваша ответственность! Я не ребенок и не ваша собственность!

— Собственность? — одна его бровь медленно поползла вверх. — Вы слишком много о себе думаете, Анастасия. Это чистая логика. Мертвые или обгоревшие туристы — плохая реклама для всего района.

Его слова должны были ранить. Но почему — то в этот раз я ловлю себя на том, что вижу перед собой не только ледяного человека. Вижу усталость под его глазами. Напряженную линию скул. Он злится. Но не на меня, а на ситуацию. На мою беспомощность? Или на собственную... вовлеченность?

Ай, не придумывай Настасья того, чего нет. Мороз ясно дал понять — я его интересую меньше всего.

Глава 11

Настя

А меня он интересует еще меньше!

— Хо — ро — шо, — выдыхаю с усилием. — Допустим, логика. Допустим, инвестиция. Что теперь? Вы выставите мне счет? Или мачехе? Она будет в восторге, — усмехаюсь с сарказмом, представляя ее реакцию на цифры, которые ударят по ее кошельку.

— Счет будет, — кивнул Мороз, а в его глазах мелькнул странный огонек. — Но не деньгами.

Меня передернуло от дурного предчувствия.

— Чем же? — настороженно спрашиваю.

— Работой, — Артем обвел взглядом зал. — Вы хотели привести это место в порядок к приезду покупателей. Сейчас у вас есть команда. И есть я, как технический консультант. Ваша задача — руководить процессом так, чтобы к концу недели здесь был не склад хлама и убитое помещение, а презентабельное пространство. Моя задача — следить, чтобы вы не уничтожили результаты нашего труда и сами остались живы. Это и будет оплатой.

Он предлагает мне сделку. Странную, унизительную и... спасительную. У меня нет ни сил, ни знаний, чтобы все это сделать одной. А он дает и то, и другое. Но какой ценой.

— Как — то дешево берете, — не могу удержаться от шпильки. — Или в вашем предложении есть подводные камни?

— Подводных камней нет. Только мое мужское слово. Но… — он вдруг демонстративно осматривает меня с головы до ног и возвращает взгляд глаза в глаза, — раз вы считаете, что я продешевил…

— Нет — нет, забудьте, оставим то, на чем сошлись.

— Поздно, Анастасия. Я передумал. Вдобавок за мою помощь вы выполните мое желание.

— Какое? — просипела я, испугавшись. Даже сделала шаг назад, оглянулась, прикидывая, что поувесистее можно взять в руки. А то некоторые личности, кажется, теряют берега.

— Не то, о чем вы подумали, — усмехается Мороз.

— Откуда вам знать, о чем я подумала?

— У вас на лице все написано.

— А вы физиономист? Или менталист?

— Ни тот, ни другой. Просто вы слишком открыты.

— Окей, поработаю над этим.

— Не стоит. Меня все устраивает.

Чего?!

— Так вот, Анастасия, желание будет приличным, абсолютно безопасным для вас, но думаю, в некотором роде даже полезным для нас обоих.

И снова его слова генерируют неприличные картинки в моем мозгу. Как сохранить лицо, чтобы он опять не прочел мои мысли? Держись, Настя!

— Озвучьте уже, — теряю я терпение.

— Когда придет время, — загадочно сверкнули глаза напротив.

— Слушайте, я передумала, — решаю, что слишком дорогую цену попросит Мороз за свою «инвестицию». Лучше держаться от него подальше. — Я отказываюсь от ваших услуг.

Он пожимает плечами с выражением «как хотите».

— Тогда я отзываю команду, — вот так просто заявляет. — И вы остаетесь наедине с полуразобранной проводкой, грудой мусора и неработающим генератором. Ваш выбор?

— Это не выбор. Это ультиматум!

— Считайте как хотите.

Я посмотрела вокруг. На свет, льющийся с потолка и стен. На чистый пол. На людей, которые ждут указаний. Почувствовала тепло, коим наполнено помещение. Оно сейчас почти такое же, как при папе. Каким рисовала его мама. Каким осталось в моей памяти. Оно — реальное.

Это мой шанс. Не просто выжить, а сделать что — то по — настоящему стоящее. Даже если надзирателем будет ледяной тиран. А его желание… вдруг оно все же окажется приличным?

Можно я буду той же доверчивой и наивной Настей Сонцевой, которая верит людям и их обещаниям?

Оборачиваюсь к Артему.

— Хорошо, — произношу сквозь зубы. — Но работой в своем отеле руковожу я. Я решаю, что и где будет стоять, что останется, а что пойдет на свалку. Вы — только техника. Без комментариев о моем вкусе или идиотизме.

Уголок его рта дрогнул. О — о, оказывается, он умеет улыбаться! Если это можно назвать улыбкой.

— О «логике и безопасности» оговорок не было. Комментарии по этим пунктам оставляю за собой.

— Ладно, — сдаюсь я. В конце концов ничего непосильного мне он не предлагает. А то, что требует взамен... переживу, если обманет. В крайнем случае, пожалуюсь его Валерии Михайловне. Пусть она его покарает. — Договорились.

— Отлично, — Артем кивнул. — Тогда, хозяйка, — он произнес это слово с легкой, едва уловимой насмешкой, — ваши люди ждут. Не будем терять времени.

— Михалыч! — он обернулся, и его голос прозвучал уже по — другому — уверенно и властно. Михалыч выглянул из кухни. — Начинаем с верхнего этажа. Выносим весь крупногабаритный хлам на крыльцо для сортировки. Анастасия Сергеевна будет принимать решения.

И с этими словами Мороз уступил мне центр зала, отошел к стене и снова принял свою наблюдательную позу. Но на этот раз его присутствие ощущается не как вторжение, а как... опора. Сомнительная, колючая, но опора.

Я вдохнула полной грудью, почувствовала запах дерева, дыма и... возможности. И крикнула так, чтобы слышали все:

— Так, команда! Слушаем сюда! Первым делом — спальни на втором этаже. Всю мебель, которую можно спасти, оставляем в коридоре. Все, что разваливается, — немедленно вниз!

Началось. Подозреваю, это будет самая странная и самая жаркая, но безумно интересная неделя в моей жизни. И наблюдать за ней будет самый холодный мужчина на земле. Интересно, кто кого первым доведет до кипения?

Глава 12

Мороз