Измена. Все включено - Юлия Василевская

— Фотки будут, — обещаю я.

Мы прощаемся. Я убираю телефон и гляжу в окно. Самолёты взлетают и садятся, солнце слепит через стекло, где-то за спиной шумит аэропорт.

Скоро домой. Всё будет хорошо, я в этом почти уверена.

Глава 15

Дома всё на месте.

Его куртка на вешалке, тапочки у дивана носок к носку, кружка на сушилке. Будто и не было ничего. Будто я никуда не уезжала и он никуда не уезжал и мы по-прежнему живём своей тихой правильной жизнью в которой всё по плану и всё откладывается на потом.

Я ставлю сумку у порога и стою посреди прихожей.

Квартира светлая, уютная, до работы пешком двадцать минут и соседи приличные. Три года я обживала её, обустраивала, вешала полки, подбирала шторы, искала тот самый правильный оттенок бежевого для стен пока Антон ворчал что и так сойдёт. Я не собираюсь переезжать, мне здесь хорошо!

Звоню слесарю и прошу поменять замки, мне совсем не улыбается, что Антон будет приходить сюда когда вздумается, тем более что договор аренды оформлен на меня.

Пока жду, достаю чемодан из кладовки и раскрываю на кровати. Иду к шкафу. Его рубашки висят в ряд, выглаженные, аккуратные, как солдаты на параде. Снимаю их с плечиков одну за другой и укладываю в чемодан не глядя.

Свитера сложенные идеальными стопками, он всегда складывал именно так, это была его маленькая гордость. Я перекладываю их в чемодан и стараюсь не думать о том сколько раз видела эти стопки и радовалась что у меня такой хозяйственный муж.

Потом наталкиваюсь на футболку.

Старая, выцветшая, с каким-то принтом который давно уже не разобрать. Мягкая до невозможности, заношенная до состояния второй кожи. Я всегда её тихонько воровала из его стопки, надевала дома когда хотелось уютного и своего, и ходила в ней весь вечер пока он не замечал и не отбирал со смехом.

Я держу её в руках и чувствую как что-то сжимается в груди. Ведь хорошо у нас все было… Я так думала.

Кладу футболку в чемодан.

На кухне натыкаюсь на кружку. Большую, темно-синюю, с надписью которую я сама придумала и заказала на его день рождения. Он так смеялся когда распаковывал, совсем по-мальчишески, и я тогда смотрела на него и думала что очень его люблю и что всё у нас будет хорошо. Я беру кружку и кладу её в пакет вместе с остальным. Пусть забирает.

Приходит слесарь. Меняет замок быстро и деловито, без лишних вопросов. Я благодарю его, закрываю за ним дверь и стою в прихожей с новыми ключами в ладони.

Вот и всё.

Тихо. Непривычно тихо и пусто. И вот в этой тишине меня вдруг накрывают воспоминания.

Я познакомилась с ним на корпоративе у подруги, он тогда показался мне именно таким каким должен быть правильный мужчина, серьезным, основательным, знающим чего хочет.

Он рассказывал как у нас будет дом за городом, небольшой но свой, с садом и верандой и яблонями вдоль забора. Я слушала и загоралась этой мечтой всё сильнее, оказывается я хотела именно этого, и домика и яблонь и чтобы рядом был кто-то надёжный. Я верила ему. Я очень ему верила.

А сейчас этот надежный сидит где-нибудь с губастой рыбкой и обо мне и не думает! Злость вспыхивает с новой силой, сжигая всю сентиментальность.

Не за чем мне о нем тосковать! У меня все будет отлично и без него. И путешествия и домик с яблоками, все будет! А он… пусть идет лесом.

Я вытаскиваю чемодан в коридор и ставлю у двери. Пусть приедет и заберёт, а не приедет так сам виноват, найдёт свои вещи у мусоропровода.

Все! Закончилась наша история!

Я принимаю душ, одеваюсь и отправляюсь на работу разгребать завалы! А после работы к юристу.

Глава 16

Юрист принимает в небольшом офисе на третьем этаже старого дома в центре. Табличка на двери лаконичная: «Борисов В.А. Семейное право». Больше ничего лишнего.

Я поднимаюсь по узкой лестнице и попадаю в кабинет где всё говорит о человеке который привык иметь дело с чужими проблемами и умеет их решать.

За столом сидит мужчина лет шестидесяти, седой, в очках, в отличном, дорогом костюме.

Он поднимает взгляд когда я вхожу и кивает на кресло напротив.

— Яна Сергеевна? Присаживайтесь. Борисов, Виктор Александрович.

Голос у него негромкий и основательный. Такой голос который сразу дает понять что всё будет разобрано, взвешено и расставлено по полочкам.

Я сажусь и начинаю рассказывать. Он слушает не перебивая, только иногда делает пометки в блокноте. Когда я заканчиваю он неторопливо снимает очки, протирает стекла и окидывает меня взглядом.

— Квартира ваша, добрачная?

— Нет. Съемная. Договор на меня оформлен.

— Совместно нажитого имущества нет?

— Нет. Мы копили наличными, деньги лежали дома.

— Эту сумму вы забрали?

— Всю, — говорю я.

Он кивает и снова что-то отмечает в блокноте.

— Дети?

— Нет.

— Ипотека, кредиты, совместные долги?

— Нет.

— Хорошо, — произносит он и в этом его коротком «хорошо» слышится что-то обнадеживающее. — Теперь по деньгам. Вы упомянули что он возил любовницу в дорогой отель, тратил на неё. Есть подтверждения?

— Фотографии из отеля, — отзываюсь я. — Подруга снимала. И я сама там была, видела своими глазами.

— Подруга готова дать показания?

— Готова, — говорю я уверенно. Танька ради этого горы свернет и ещё попросит добавки.

Борисов складывает руки на столе и смотрит на меня поверх очков.

— Яна Сергеевна, вот как обстоит дело. Если мы поднимем его траты за последние три года и докажем что он расходовал совместные средства на третье лицо, то сумма которую вы забрали из той коробки может оказаться меньше того что вам причитается по закону. В таком случае он ещё и должен будет вам.

Я смотрю на него.

— Должен?

— Именно, — подтверждает он невозмутимо. — Расходы на содержание любовницы из общего бюджета это нецелевое использование совместных средств. Закон в данном случае на вашей стороне.

Я некоторое время молчу.

— Виктор Александрович, — произношу я наконец. — Я хочу получить все свое!

Уголок его рта чуть заметно поднимается вверх.

— Делить вам больше нечего. Квартира съемная, совместного имущества нет, детей нет. Развод пройдет быстро. Я займусь документами. Сделаю запрос по его доходам и тратам. Что-то подсказывает мне, что это не единичный случай. Часто он у вас по командировкам мотался?

Я вспоминаю. Да, в последнее время командировки случались чаще обычного. Раз