Дай мне жить. Сбежать от тирана - Анна Гром

Курица истошно закричала, я вздрогнула.

– Ещё одно яйцо снесла, спокойно, – снисходительно улыбнувшись, отозвался Павел.

И как только хозяин фермы направил меня в сторону лопат и метёлок для сбора помёта, я встрепенулась.

– Давайте обговорим условия труда! – выпалила я.

Сбор куриного дерьма в ведро всё ещё пугал меня до дрожи в коленях. Я надеялась, что это предстоит мне не так быстро, хотя бы завтра, когда я хоть немного освоюсь с запахом, но, увы. Работы здесь действительно было невпроворот.

– Давай.

Павел отреагировал спокойно, без насмешек, уселся на диван, на котором я ночью спала. Внимательно взглянул на меня. Перевёл взгляд на мои открытые колени в шортах, на тонкие щиколотки, на кеды «Пума», которые, ох, блин, уже были в том самом. Мне нужно было сразу переодеться или попросить униформу. Обувь мне однозначно понадобится другая.

– Сколько будет длится испытательный срок и какова будет оплата моего труда?

– Учитывая твои обстоятельства недели две, зарплата пятьдесят тысяч, выплата два раза в месяц, аванс – десять тысяч. Месяц продержишься, а дальше решим. Может, через месяц ты уже уедешь.

– Пятьдесят тысяч?! – воскликнула я.

– Да. Это средняя рыночная зарплата для твоей, так сказать, должности.

Господи, как же мало люди получают и как на это жить?!

– Это очень мало…

– Мало по сравнению с чем? У нас тут ресторанов и бутиков нет, чтобы тратить. Людям хватает.

– Вы считаете меня пустышкой? – я снова вспыхнула. Умеет же поддеть!

Может, поэтому его общества избегают, и бармен в наливайке предупреждал не соваться к нему? Потому что он невыносимый циник и козёл?!

– Я тебя никак и никем не считаю. Мы договорились, что у нас с тобой работа…

– Это вы договорились, – я прервала его расслабленную, но при этом больно жалящую речь. – Я понимаю, что у вас профессиональная военная деформация, но я не солдат, со мной не надо…

Я услышала странный шум. Павел вскочил с места, словно подброшенный – всё-таки не устаю удивляться его скорости и реакции – и загородил меня собой. Что-то захлопало над нашими головами. Огромная белая птица залетела во двор. Таких огромных я ещё не видела, особенно вблизи. Лебедь? Или гусь? Где-то тут живут гуси-лебеди, которые воруют непослушных детей?

Павел сделал мне знак какой-то знак рукой. Я не поняла.

– Назад, – шикнул он мне, выдавливая меня поглубже в сарай. – Это гусь с Мироновской фермы. Вон на лапе метка у него.

Я пригляделась и увидела маленькую этикетку на кожистой перепончатой лапе. Что там интересно? Брелок с именем, как у ручных собачек?

– Какой здоровенный… – прошептала я завороженно.

– Ага. И психованный. Как собака бешеная, – так же шёпотом ответил мне Павел.

Я прыснула. Ощущение, что Павел сам его боялся. Надо же, спецназовец против гуся. Комедия.

– Это сейчас тебе смешно, – шикнул фермер, также не прибавляя звука. Казалось, он опасался, что эта птица среагирует на звук.

– Ну, это же просто гусь.

– Много ты гусей видала?

Ровно ни одного. До сегодняшнего дня. Только готовила на какой-то Новый год. Это же не считается?

– В общем, без шуток. Строго по моей команде бежишь к дому.

Павел медленно и осторожно, не спуская глаз с птицы, наклонился, взял пустое оцинкованное ведро, размахнулся и бросил под лапы гусю.

– Вперёд!

Я стартанула, где-то в глубине души всё ещё не понимая всю серьёзность ситуации. Я поняла это только тогда, когда, проникшись всеобщей суетой, мне под ноги бросился Вальдемар. Я затормозила, потеряла в скорости. Повернула голову и увидела, как эта птица несётся за мной, растопырив метровые крылья. Они казались огромными, как паруса, рассекающие воздух, а сам гусь, с вытянутой шеей и раскрытым клювом, был похож на злобное, гогочущее чудовище из фильма ужасов. Я завизжала, закрыла глаза. А потом завопила от боли. Это чудовище нагнало меня, зажало в углу и принялось щипать мне ноги и локти, когда я прикрыла руками голову – всё, до чего эта птица могла дотянуться.

Павел, вооружившись одеялом, пришёл на помощь. Гуся он отогнал, а фора в несколько секунд, пока он приходил в себя после замаха пыльным одеялом, дала нам шанс забраться на веранду и едва ли не ввалиться в дом.

– Вальдемар, подставил меня, – простонала я. Сев прямо на пол, я принялась осматривать следы клюва, которые гусь оставил на моих ногах.

– Вадьдик запорщик ещё тот. Я его на заправке подобрал, его выкинул кто-то. Я потом понял почему, когда он на подоконник прыгнул и на него жалюзи свалились. Он даже на забор прыгнуть не может, недолетает и промахивается. В общем, кот-катастрофа. Ветеринар сказал, у него вестибулярка не в норме, контуженный в общем.

Как ты? Хотелось спросить, но я прикусила язык. Надо же, котика подобрал. Хороший человек. Плохие люди животных, как правило, не жалеют. Ильдар однажды собаку сбил во дворе и не дрогнул, и даже хозяевам не помог. Только едко пробурчал что-то из серии «Развели тут псарню». Я тогда призадумалась, но, видимо, думала я слишком долго.

– Этот гусь – отбитый на всю голову. Камикадзе. Ему надо ещё умудриться крылья не поломать, не пришибить ему башку его безмозглую и самому как-то минимизировать ущерб. Щипается, блин, больно, зараза! Он тут три фермы в страхе держит, – Павел достал телефон и набрал кому-то. – Миронов, я твоего Ферзя на шашлык пущу когда-нибудь. Забирай приходи!

Беззлобно проворчал он в трубку. На миг с него слетела маска строгого работодателя, и я увидела молодого ещё мужчину, с азартом и блеском в глазах. И даже лёгкой смешинкой. Глаза у него были тёплые, добрые. У Ильдара всегда была ледяная сталь, чтобы ни происходило вокруг. Даже в постели он меня контролировал…

Интересно, почему всё-таки на ферме нет хощяйки?

Павел протянул мне руку, предлагая помощь, чтобы я встала на ноги.

Павел казался мне меньшим из зол по сравнению с Ильдаром. Он не скрывал своей резкости, не строил из себя никого, да и кем он был? Просто фермер. Что он мог мне сделать? Я без страха взялась за его прохладную сильную ладонь.

– Постой, – он приблизился ко мне, бесцеремонно потрогал мне лоб. – Ты вся горишь.

Наверное, поэтому я себя так мерзко чувствую. Сонливость и слабость. А я думала, это нервное…

– Это от укуса гуся? Они что, бешенство переносят?

– Нет, гусь тут не при чем. Ты заболела.

Глава 10

Павел показал мне место моего временного размещения – комнатушку с узкой койкой