Измена. Путь бумеранга - Анна Гром

– Что-то вроде тимбилдинга? – я решила уточнить, какой тип издевательств мне предстоит перетерпеть.

– Укрепление взаимодействия и взаимопонимания между сотрудниками отдела, – ответил Сергей.

– Кто будет участвовать?

– Айти и маркетологи.

Человек пятьдесят, понятно. Это катастрофа.

– Ты считаешь, у нас проблемы с взаимодействием? – хмыкнула я.

– Я хочу доказать отделу маркетинга, что IT-отдел – это люди, а инопланетяне, – улыбнулся Серёга, запуская следом грохот и шипение кофемашины.

– А я думала роботы, – хохотнула Танюшка.

У айтишников особый взгляд на мир и склад ума нестандартный, об этом уже, наверное, все шутки перешучены. Особой кастой ещё иногда называют. Айтишники как будто немного отдельно от остальных. Больше в компах, чем с людьми.

Я не умела писать коды, но понимала ребят, которые загружены этим по самую макушку. Большинство из них – это люди, кто активно развивает себя и свой мозг. Для них социальный «смол толк» – не важная и бесполезная часть коммуникации. Трата времени. Скука. Болтовню о погоде, о машинах, о новостях давно исключили, как бесполезную. Они – инженеры и их мозг умеет оптимизировать. Внутри отела мы даже "привет" не пишем. Потому что, а зачем?

Большинство переписок у ребят выглядели так:

– У тебя бага в коде вылезла, тесты упали, исправь.

– Переделал, чекни.

– Катим в прод. Включил тебя в мит – будет груминг – апрувни.

– "ОК" или смайлик с пальцем вверх

Мне пришлось научится в этом разбираться, потому что образование у меня далеко не техническое. А маркетологи продолжают сначала переводить на человеческий, а потом отвечать. И из-за этого стопорятся процессы.

Я больше в книгах, чем в компах, но и там тоже сижу прилично. Я стараюсь создать «душу» искусственному интеллекту, обучая его человеческой коммуникации, поэтому тренинг, скорее, для наших парней, а не для меня. Но кто бы меня спросил.

Рабочий день весь вышел. Домой не хотелось. Я взяла мак подмышку и спустилась в кафе на первый этаж бизнес-центра. Работа не шла, буквы перед глазами плыли. Я создала новый файл и решила попробовать выполнить Танюхино упражнение. Выписать, за что я благодарна в своей жизни.

На меня смотрел пустой белый лист. На этом пустом белом листе я буду заново писать свою жизнь. В одиночестве. Нет, неправильно. В уединении, тишине и той самой набившей оскомину «силе и независимости». Хотя бы попробовать убедить себя, что я не неудачница.

Ладно. Начнём.

Я благодарна за хорошую работу, за реализацию в ней, за суперский коллектив и руководство.

За подруг.

За квартиру в ЖК «Галактика».

За родителей, которые помогли мне с первым взносом по ипотеке, иначе сидеть бы мне в старой пятиэтажке на краю географии – в том единственном жилье, на которое мне пять лет назад хватило бы денег.

За ипотеку, которую успела взять под 10% на пятнадцать лет, из которых пять я уже выплатила.

За мою машинку, резвую и безотказную.

За кофе и салат, который сейчас ем.

Я благодарна Косте за счастливое время…

Нет. Не благодарна. Это было потерянное время. Пожалуй, только за опыт. Дорогостоящий, но бесценный.

За окном неумолимо темнело, но поток машин лишь усиливался. Пробки, пробки, пробки. Самара не Москва, но пробки тут – явление постоянное. Московское шоссе, которое виднелось за панорамным окном кафе – одно из самых широких и загруженных шоссе в городе, не умолкающее ни днём, ни ночью. Сейчас эта суета была нужна мне, чтобы отвлечься.

Звякнул дверной колокольчик, я на автомате подняла глаза и увидела входящего. Высокий молодой человек, чуть за тридцать, крепкого телосложения. Моложе Кости, как мне показалось. В чёрной рубашке из какого-то мягкого материала, похожего на тонкий вельвет, с закатанными до локтя рукавами, в джинсах. Он подошёл к стойке делать заказ сразу, не дожидаясь официанта. Положил на стойку брелок от «БМВ». Значит, не в «Вертикали» работает, мимо проезжал. Может, в спортзал? В нашем БЦ хороший спортзал. Мышцы под рубашкой проступают серьёзные. Или в кинотеатр. Тогда, почему один? Я на автомате подмечала детали, такая у меня профдеформация. Нужно быть внимательной, чтобы потом передавать все нюансы человеческого восприятия нейросети. Я в детстве мечтала быть следователем, но пошла на филологический, постигать науку о устройстве и развитии человеческого языка. Мои знания здорово помогали мне в освоении моей профессии, совсме новой на рынке труда, но, увы, совсем не помогли мне в личной жизни. Не помогли понять, что мой любимый мужчина мне изменяет. Что он меня так и не выбрал для своего будущего.

Мужчина осмотрелся в поисках свободных мест, задержал на мне взгляд, и я почему-то смутилась. Спряталась за макбуком. Периферическим зрением я заметила, что он сел за столик прямо напротив меня, ко мне лицом.

Кажется, меня пытались вывести из зоны комфорта – он смотрел на меня, но не нагло и прямо, а как-то мягко, заинтересованно, даже в какой-то момент смущённо. Хорошо, что не в упор, иногда отвлекался на экран айфона. Иначе расценила бы как хамство.

Только не подходи. Только не подходи. Даже не вздумай.

Он не подходил, словно услышал мой мысленный посыл. Но продолжал украдкой посматривать в мою сторону. О спокойной работе и сосредоточенности пришлось забыть. В груди горело, пожар распространялся на щёки. Может, Серёжа действительно прав, и социальные навыки в нашем отделе прихрамывают на обе ноги? Раз я не могу выдерживать присутствие незнакомого мужчины за соседним столиком. Хотя и до него тут были люди, они сидели, ходили туда-сюда, разговаривали, смотрели. Но мне было как-то всё равно. А здесь система дала сбой. Что же пошло не так?

Потому, что этот молодой человек смотрел на меня слишком часто?

Или потому что он был объективно привлекательным?

Наверное, стоит быть благодарной ещё за то, что имею глаза, чтобы лицезреть столь привлекательного мужчину за соседним столиком? Надо записать, пожалуй. Мне вдруг стало смешно. Я улыбнулась, пряча улыбку в чашке с остывшим кофе.

Нет, той же ошибки, как с Костей, я не больше не совершу. Никакого «с первого взгляда». И вообщеникакого ничего. Я третий день, как рассталась с человеком, с которым прожила шесть лет. Мне не нужен «пластырь» для моих ран.

Наверное, моя улыбка была как-то неправильно воспринята, потому что ко мне подошёл официант.

– Извините, тот молодой человек оплатил ваш заказ, – он указал натот самый столик. Мужчина поймал мой взгляд, уголки его полных, чётко очерченных губ чуть поднялись.

– Я