Твои границы - Лина Мур

— Я принимаю гормоны. Это… обязательно для меня. Я… не залечу. Мне не нужны спонтанные дети. Я никогда так с тобой не поступлю. Клянусь… клянусь, — умоляю, быстро поняв, о чём он волнуется.

— Хорошо. Я тебе доверяю, — Мигель целует меня, и я обнимаю его, благодаря за то, что сделал это для меня. Это одна из причин, почему я даже не пыталась. У меня много запретов. И презервативы — один из них. Никогда. Нет. Я лучше буду болеть всем букетом венерического дерьма, но никогда не разрешу себе использовать презервативы. Нет.

Страх улетучивается из моей головы. Мигель стирает его своими поцелуями. Он целует моё лицо, ласкает бёдра, гладит тело, возвращая ему безумную чувствительность и возбуждение. Он шепчет, какая же я красивая и идеальная, нежная и прекрасная. И я верю ему, этим поцелуям, от которых хочется умереть и родиться снова.

Я нахожу его брюки, и они ослаблены. Мигель уже расстегнул их.

— Разденься, — прошу его. — Дай посмотреть на тебя. Я хочу… увидеть твой член.

— Всё хочешь сравнить слова моих бывших с реальностью? — улыбается он, сдерживая смех.

— Раздевайся, — прищуриваюсь я, шлёпая его ладонью по плечу.

Мигель целует меня в кончик носа и поднимается. Становится холодно без его тела на мне, но я переживу. Сглатываю, облизав губы, и приподнимаюсь на локтях.

— Никто раньше так пристально не следил за мной. Это немного странно, но интересно, — смеётся он, снимая брюки и бросая их в сторону.

Блять, я уже сейчас могу сказать по выпуклости под белоснежными плавками Мигеля, что всё у него в порядке. Поднимаю взгляд на лицо Мигеля, и в его глазах нет смущения, хотя я ждала этого. Кажется, что это его даже возбуждает, и ему нравится, что я смотрю на то, как он медленно опускает плавки, обнажая крупную головку члена, а затем полностью всего себя.

Блять. Мой пульс повышается. Его член пружинит и указывает на меня. Он выбрал меня! Круто!

Но… блять, я была права. Эти сучки просто хотели его вернуть. Они хотели забрать его у меня и не дать мне увидеть это грёбаное великолепие. Он шикарен. Мигель везде идеален. У него есть пресс, крепкие мышцы ног, твёрдый и крупный член без каких-либо волос. Сука, может быть ещё что-нибудь настолько охуенным в моей жизни? Нет. Это лучшее. И мне не страшно. Не страшно, что этот член выебет меня. Он окажется внутри меня и пометит меня каждым своим толчком.

— Это… охуеннно, — бормочу я, не сводя глаз с покачивающегося члена Мигеля. Его отражение такое же шикарное, как и он сам.

— Фиолетовый, но это приятно, — смеётся он, охватывая рукой свой член. Он проводит по нему рукой, забираясь на кровать.

Я касаюсь пальцами груди Мигеля и веду ниже, наслаждаясь его упругой кожей и мышцами, играющими под ней.

— Ты будешь меня трахать? — интересуюсь я, жадно рассматривая его поблескивающий смазкой член. Он такой прекрасный. Я сфотографирую его и поставлю на заставку в телефоне.

— Нет, я пойду так в магазин. Подумал, что жизнь у меня слишком скучная, — хмыкает Мигель.

Хохочу, падая на кровать.

— Придурок, — улыбаюсь я.

Мигель опирается на руку, склоняясь надо мной.

— Не спрашивай глупости, Раэлия, — он чмокает меня в губы.

— Тогда скажи это, — требую я. — Скажи. Я хочу слышать.

Мигель прищуривается, проводя головкой своего члена по моему входу, и касается клитора. Я стискиваю зубы, чтобы не застонать.

— Скажи мне грязные слова, Мигель. Ну же. Скажи. Ты этого хочешь. Меня не напугать. Говори их. Я хочу слышать тебя, — шепчу я.

Он делает вдох и замирает. Головка его члена щекочет мой вход. Я сжимаюсь и разжимаюсь, словно пытаюсь засосать его в себя.

А затем в глазах Мигеля всё темнеет. Задерживаю дыхание, и он резко врывается в моё тело. Я вскрикиваю от болезненного и сладкого распирания.

Мигель обхватывает моё тело, до упора оказавшись внутри меня. Блять… блять… хорошо. Это лучшее…

— Я буду трахать тебя. Хочешь орать? Ори. Хочешь царапаться? Вперёд. Но ты подо мной, Раэлия. Ты. Подо. Мной. И требовать могу лишь я. Хочешь грязные слова? Окей. Я буду трахать тебя так, как хотел бы отшлёпать. И я отшлёпаю в будущем. Я перекину тебя через колено и буду шлёпать, пока не успокоюсь. Трахать? Да, трахать буду, потому что внутри тебя чертовски хорошо. Ты мокрая и тесная. Я в раю, даже если это и мой ад, то я буду двигаться в нём, — слова Мигеля вспыхивают как фейерверк в моей голове.

Это переносит меня в прострацию. Это то, что я хотела бы, чтобы Мигель сказал мне. Чтобы он был вот таким в постели. Уверенным, что не сломает меня. Сильным для того, чтобы выбить всю дурь из меня. Нежным, чтобы сохранить то тепло, которое было подарено только им. Боже мой… я точно в раю.

Мигель медленно выходит из меня, и я приоткрываю глаза.

— Вытрахай из меня душу. С тобой она мне на хрен не сдалась, — бормочу я.

Мои волосы оказываются в руке Мигеля, и он дёргает их ниже, отчего моя шея запрокидывается, и я в изумлении приоткрываю рот.

— Фиолетовый, Раэлия. Фиолетовый, — шипит он мне на ухо.

Он грубо толкается в меня, вырывая из горла крик. Я обхватываю его за шею, тяжело дыша. Мигель проводит языком по моей губе и делает бёдрами что-то невероятное. Он двигает ими по кругу, касаясь всех неизвестных мне точек внутри меня. Дрожь проносится по моему телу.

Мои распахнутые глаза с восторгом и голодом смотрят в глаза Мигеля. Это длится, кажется, так долго. Мир меняется. Вокруг нас мир меняется, или мы становимся на свои места. Я не знаю. Не понимаю. Но я чувствую себя иначе. Безумной. Сильной. Желанной. Чистой. Рядом с ним. Боже мой…

Мигель обхватывает мои бёдра и входит в меня, затыкая меня поцелуем. Он двигается внутри меня, моё тело само подстраивается. Я издаю стон за стоном в его рот. Мигель поглощает их, лаская мои бёдра, он целует мою шею, засасывает кожу и кусает её. Наши тела двигаются, утоляя бешеный голод. Я нахожусь в другом мире. Ничего больше нет. Только губы и руки Мигеля. Его глаза, ласки и движения внутри меня. Его член возрождает меня. Такое говорят? Да похуй. Он, блять, имеет волшебную пыльцу, которая даёт мне силы и желание жить. Мир становится ярче. Я захлёбываюсь в своих ощущениях и ароматах наших потных тел. Наши поцелуи то рваные, то глубокие. Движения Мигеля, то медленные и неторопливые, то настолько быстрые, что я готова расплатиться душой за удовольствие. Этот контраст, как в жизни. Мигель именно такой. Спокойный и именно в этом его безумие.

Меня рвёт на части от желания сдохнуть и двигаться вот так постоянно. Меня собирает воедино, когда я обнимаю Мигеля и касаюсь его рук, плеч, спины и упругих ягодиц. И я получаю подарки. Его стоны, безумный шёпот о том, насколько я идеальна, прекрасна и горяча. Он постоянно что-то шепчет мне на ухо, целуя меня. Мигель говорит о том, как ему повезло, как он счастлив. И бы любому другому я велела бы заткнуться на хрен, но это Мигель, и его шёпот действует на меня словно гипноз. Он утягивает меня в похоть другого уровня. Мне никогда не хватит.

И что-то происходит с моим телом. Казалось, что это приятно, то как Мигель трахает меня. Казалось, ну и хватит. Но нет. Моё тело становится изнутри таким горячим, пульсация внизу живота обхватывает меня цепью с шипами, вынуждая извиваться под телом Мигеля. Мои пальцы скользят по мокрой от пота кожи Мигеля. Он слизывает пот с моей шеи, огибает подбородок, крепко удерживая мои бёдра в своих руках, и входит в меня. Быстро и с маленькой амплитудой. Меня сейчас разорвёт. Я царапаю его спину в каком-то безумии. Кусаю его губы, целую. Наваждение. Я не могу остановиться, словно должна добраться до вершины своей скалы. Скалы… блять…

— Кончай, Раэлия. Кончай, — слова Мигеля в моей