Средневековая история - Галина Дмитриевна Гончарова

Вот, кстати. Люфа – это наше все. В следующем году надо бы поискать. А то скрестись куском ткани достало.

Миранда сопела в две дырочки. Лиля укрыла ее получше и вышла из комнаты.

Перевязка, настой на ночь. И все-таки наркомовские сто грамм. Самогонка – гадость. Но заснуть помогла. И Лиля отключилась. Сейчас ее могли бы и зарезать – не проснулась бы. Но у дверей обеих спален весь день дежурили вирмане. А перед сном еще и проверили каждый угол, включая камины.

Ночью Лиля обнаружила мелкую у себя под одеялом. Явно ребенок проснулся, решил, что тут будет лучше, и приполз. То ли греться, то ли…

Женщина вспомнила, как сама забиралась к маме в постель. Вдыхала родной уютный запах и понимала, что она дома. Ее любят. Вот и малявка ищет в ней близкого человека. Неосознанно, как умеет, но ищет.

Ну да ладно, не выставлять же ее теперь…

Лиля погладила здоровой рукой черноволосую макушку, поудобнее устроила под одеялом больную конечность и провалилась в сон. Утром разберемся.

Джерисон, граф Иртон, смотрел на кузена с тоской.

Братцы стояли на палубе. Понемногу отпивали из горлышка бутылки красное вино, любовались ночным морем.

– О чем думаешь?

– Какие они, Анна и Лидия?

– Сложный вопрос.

– Очень. А мне ведь с одной из них век жить.

– Ну посмотри, у кого сиськи больше…

– Джес, они нам одинаково выгодны. А выбирать за сиськи? Странный ты… Я же не для себя женюсь, а для государства.

– Если бы было так, отец бы тебе приказал.

– Как тебе?

– Мне он не приказывал. Понимаешь, мы же занимались торговлей. У Августа ненаследуемое дворянство. Уже во втором поколении. Верфи, корабли, люди, торговля опять же…

– Ну да. Лилиан почти нашего круга.

– Но ложиться с ней в постель откровенно противно.

– А с твоей Аделью?

По лицу Джеса расплылась мечтательная улыбка. Адель пока еще ему не уступила. Но – пока. И они были уже почти близки… Сорвалось из-за дуры-служанки!

– Вижу, дело на мази, – поддел его Рик.

– А ты хоть с кем-нибудь…

– Нет. Не хочу рисковать. Мало ли, что могут наговорить моим невестам.

– Так и будешь жить альдоном?

– Нет. Прибудем в порт, я там немного погуляю.

– Эй, ты гуляй осторожнее. А то не болячка, так еще чего…

– Составь мне компанию?

Джес кивнул:

– Составлю. Еще и каждую твою красотку сам проверю.

А что? Чего Адель не знает, то ей не повредит. Точно.

Рик рассмеялся, и разговор пошел о важном и нужном. То есть о бабах.

Джерисон и не подозревал, что служанке были даны четкие указания – больше чем на пятнадцать минут госпожу одну с графом не оставлять.

Адель подозревала, что устоять не сможет. Что уж там – молодая здоровая женщина, привыкшая к регулярным отношениям, и красивый молодой мужчина, настроенный весьма решительно. И как тут устоишь?

Пра-авильно, никак. Но поломаться надо подольше.

Побольше побегает – повыше оценит. А у Адель были серьезные планы на графа.

Молодой, симпатичный, а жена… А что – жена? Сегодня ты жена, а завтра Альдонай призвал – и твоим мнением не поинтересовался. А кто будет утешать скорбящего вдовца?

Адель довольно кивнула.

Посмотрелась в маленькое зеркальце.

Полированная особым образом металлическая пластина стоила дорого. Раньше у нее было старенькое, с царапинками. Но Джес подарил новое. В дорогой оправе, удобное, красивое… Нет, упускать такого мужчину нельзя. Но надо вываживать.

Для себя Адель решила, что никаких отношений у них не будет. Пока они не окажутся на твердой земле.

А там… Посмотрим.

О любви с ее стороны речи не шло, еще не хватало. Но использовать Джеса по полной программе… Почему бы нет?

Хочу!

Интересно, что там у Алекса?

Кузен слов на ветер не бросал. Сказал, что уничтожит мерзавку, значит, так и будет.

Вот только что потом делать с самим Алексом? Адель искренне сомневалась, что Джерисон Иртон согласится делить любовницу с кем-то другим. А тем более жену.

А оставит ли кузен ее в покое?

Ой ли…

Если она будет богата и знатна, избавиться от Алекса ей не удастся. С другой стороны…

По лицу Адель зазмеилась ледяная улыбка.

Кто сказал, что надо избавляться? Они с кузеном – два сапога пара. Алекс ей нравится, он умный, красивый, а какие у него таланты в постели… О да! Стоит только вспомнить, и она уже готова кончить.

А Джерисон Иртон… В конце концов, ему нужен наследник.

Ей – тоже.

А потом…

Несчастные случаи на охоте и с королями случались, ей-ей.

Адель мечтала, лежа на неудобной корабельной койке. Ей хотелось денег. Власти. Кузена.

Кто сказал, что у нее всего этого не будет?

Она очень постарается.

Увы, иногда мы предполагаем, а Бог располагает.

Лиля, на следующий день планировавшая поездку к морю, проснулась с высокой температурой. И мрачно подумала, что это тело не рассчитано на сильные нагрузки. Дома она бы на рану внимания не обратила. Хлопнула пару таблеток и помчалась бы на работу. Были прецеденты.

А сейчас…

Все тело ломило, голова болела и кружилась, ее тошнило. Короче, состояние нестояния. Явный воспалительный процесс.

Лиля попыталась встать, но едва смогла доползти до ночного горшка.

Проснувшаяся Мири смотрела на нее с ужасом.

– Марту позови, – попросила Лиля.

Марта, спавшая в соседней комнате, примчалась через три минуты. Взвыла и принялась хлопотать вокруг ребенка. То есть Лилиан Иртон.

Лиля потерпела минут десять. А потом взбунтовалась:

– Няня, позови мне Эмму. Срочно. И займись Мири. Малыш, вперед, умываться и одеваться. Если Марта скажет мне, что ты была умницей, обещаю тебе несколько сказок. Скажем, одну после обеда и две вечером.

– А две после обеда?

– И одну вечером? Можно и так.

Мири помотала головой:

– И две вечером!

– Я подумаю. А сейчас – вперед!

Малышка умчалась.

Марта только головой покачала:

– Лилюшка, ты ж на ногах не стоишь, какие сказки?

– Нянюшка, Эмму мне позови.

На большее Лили просто не хватило. Тошно было до изумления. Нет, не с ее новым телом так активно носиться по замку. Да еще после ранения. Вечно ты, дура, себя перегружаешь, вспомнить только, как ты бегала с температурой 39,9 на занятия. Все зимние каникулы потом провалялась, хорошо хоть соседки по общаге загнуться не дали.

Эмма, увидев красную графиню с больными глазами и шатающуюся даже под собственным весом, ахать не стала. Вместо этого она позвала Джейми. И весь следующий час Лилю поили горькой настойкой, втирали в изрядно распухшую руку противную мазь и готовили вонючие примочки