Зеленоглазое проклятие, или Тьма ее побери! - Елена Княжина

– Так говоришь, будто вы с ней знакомы, – пробубнила, принимая из ее рук томик религиозных доварховых сказок.

Подняла на Риссу лицо, всем видом спрашивая: да ладно? Сказки?!

– Я читала про этих «нийяр» летом. Это старая междумирская легенда, еще доварховых времен, – восторженно заявила она. – Очень увлекательная!

– Верю на слово. – Я скептически покусала губу.

Ничего увлекательного в сказках про прежних богов и богинь я не находила. В нашей домашней библиотеке такого не водилось. Да и поведение их, судя по легендам, от обычного человеческого ничем не отличалось. Ссорились, строили козни, распускали сплетни, влюблялись, изменяли, боролись, сталкивали в войнах целые страны потехи ради…

С момента воцарения Варха на золотых облаках стало намного спокойнее. Он тоже предпочитал мир без потрясений и вот этого вот всего. Если верить Рисскиным книгам, во всяком случае.

Имиру я, конечно, всей душой и женской солидарностью жалела. Про Торума Гномо… тьфу!Громовержца мало что знала. А вот имен прочих ушедших божков даже не помнила.

– Последняя из известных миру «нийяр» приходила… Дай подумать… Лет триста назад. Или пятьсот, – с умным видом протянула Рисса, словно из нас двоих теоретиком была она. Квахаров на голове не хватало.

– И зачем она ходит туда-сюда?

– К кому она приходила, история умалчивает. – Подруга раскрыла томик посередине. – К кому бы ни приходила, она не дошла. Вот до той эпохальной битвы, что привела нас к варховым временам, они часто нарождались… «нийяры» эти… Раз в сто лет примерно, в самых древних родах.

– Только сейчас в полной мере осознала, насколько разными вещами мы интересуемся, Рисс, – выдохнула я, усердно морща лоб. Стыдно быть теоретиком магии и ни гхарра не понимать. – А можно для фанатов бытовых плетений как-то… попроще?

– До единоверия пантеон богов был многочисленным…

– Так, ясно… И вот тогда водились эти существа?

– Слушай, Эв, а ты всех непорочных дев называешь существами? – возмутилась Рисса.

– Значит, это были девы?

– Не-по-ро-чны-е, – строго добавила она и даже не покраснела. – Помнишь, я рассказывала, что боги охотно срывали цветочки невинности у своих верноподданных?

– «Тре-е-ением»…

– Так вот, подпитать божественное сияние от дочек земледельцев – дело нехитрое, но… не слишком продуктивное. – Она задумчиво наморщила носик, словно мы не «трение» обсуждали, а меню в столовой, в котором не хватало свежих овощей. – Много ли даст одна подаренная невинность? Так, чепуху.

– Тебе виднее. – Я подняла руки, сдаваясь.

– Вот тогда и появились легенды об Ир-Нийярах. Предсказать их рождение точно никто не мог. Это всегда был дар кому-то из богов… От самого мироздания, Эйви.

– Подарок, значит, – покивала, мысленно делая в голове отметку. – Тем, кто хорошо себя вел в этом году?

– Скорее, в столетии. – Она хихикнула, возбужденно листая страницы. – Вот, смотри… тут пишут, что когда «особенная дева» входила в полную магическую силу (все они были магессами, а иногда даже мелкими божествами или полукровками), то ее… в некотором смысле… начинали чувствовать все причастные. Если верить трактату Мис-Эвертона, от «нийяр» «пахло силой».

Я нахмурилась: пока все сходилось. Старик Мюблиум говорил, что она хорошо пахнет. Вот только в голове не укладывалось, зачем сеять панику из-за одной девы? Пахнет себе и пахнет. Бродит по Эррену… ну, пускай бродит. К чему эта суета с чемоданами?

– Помнишь, мы все думали, зачем иномирскому верховному демону понадобилась Имира?

– Иномерзкому, – поправила, ерзая по кровати в самых дурных предчувствиях. И все-таки косясь на чемодан. Пожалуй, с меня не убудет сложить в него несколько самых необходимых вещей.

Грудь согрелась волнительным предвкушением от вероятной поездки с Рэдхэйвеном к нему домой. Туда, где волны сурового моря бьются о скалы. И где… «все будет». Когда захочу.

А я ведь захочу… Вполне вероятно, сразу, едва мы переступим порог его дома и бросим на пол мои чемоданы. Мне после невыносимых снов нужно было очень много фактов проверить. Очень.

– Да, ему. Иномерзкому… Возможно, демон учуял в ней свою Ир-Нийяру. И пришел за добычей, принадлежавшей ему по праву. – Рисса расслабленно откинулась на подушки, а меня, наоборот, сковало напряжением до самых плеч.

– Я примерно поняла, о чем ты. Невинность этой «Яры» богами и демонами оценивается дороже?

– Представь себе артефакт вроде твоего «фонарика». – Она покрутила разряженный медный шарик в тонких пальцах, – только способный осветить целый Эррен. Напитать энергией каждый город. Заставить воссиять каждый уличный фонарь.

– Представила, – выдохнула послушно.

С фантазией у меня порядок. Это и по снам «кошмарным» понятно.

– Вот примерно такая разница между невинной дочкой фермера и Ир-Нийярой. Неудивительно, что за ними начинали охоту сразу, едва в девах пробуждалась сила. И мало кто из них доживал до встречи со своим «Иром».

Чемодан я все-таки собрала. Маленький, походный, из тех, с которыми обычно езжу на каникулы в Аквелук. Рабовладелец мог гордиться своей послушной Эйви.

Пока тащила его за собой по коридорам к ректорскому крылу, умудрилась взмокнуть. Вроде бы всего ничего взяла, а тяжесть, будто кирпичей навалила. Или мне он раньше легким казался, потому что его Вейн постоянно таскал от комнаты до вояжера и обратно?

Охнув, поставила скромный багаж возле лесенки, ведущей на смотровую площадку самого высокого корпуса. Оттуда открывался потрясающий вид на академические просторы. И только с нее можно было взобраться на воздушное судно, которое вот-вот должно было увезти нас с сиром рабовладельцем.

Фиджа я благоразумно сдала в магический питомник, уговорив потерпеть денек-другой. Максимум недельку, пока все не образуется. Взять его в гости к хитанцу я не решилась. Во-первых, неизвестно, сколько жутких мороков там уже живет. Во-вторых… локаторы мизаура там явно будут лишними.

Подругам сказала, что лечу к отцу на допрос с пристрастием. Дальше они сами додумали, нацепив на лица глубокомысленные мины. Явно связали это со сплетнями об обнаруженном в нашей спальне бездыханном хитанце. Запретной темы, которой мы не касались.

Записку для Керроу, сообщающую о непредвиденных «семейных обстоятельствах», бросила в ящик для магпочты. Данн велел никому не сообщать, куда именно я лечу, и это было нетрудно… Потому как я понятия не имела, куда именно лечу!

В конце концов, сломав остатки извилин, я решила отпустить ситуацию и довериться Даннтиэлю. Последние дни меня не покидало ощущение, что я балансирую на шаткой дощечке, брошенной