Летящий ястреб, рыжая лиса - Мурзель

Брайан вернулся только под вечер. На плече он тащил подстреленного оленя.

— Уф, еле выследил, — сообщил он, сваливая тушу на землю. — Возле города дичи почти нет.

— Какой ты молодец! Что бы мы без тебя делали! — восхитилась Кэтрин.

На это он лишь криво усмехнулся и, достав нож, принялся свежевать добычу. Вскоре самые лакомые куски — ребра и печень — оказались на сковороде, и троица села ужинать.

— Кстати, у тебя получилось вчера встретиться с Байерсом? — поинтересовалась Кэтрин, обгрызая с косточки сочное мясо.

— Угу, — кивнул Брайан. — Рассказал ему о махинациях Вудвилла.

— А он что?

— У него аж глаза загорелись. Он собирался сразу же отправиться к Лавленду и пообещал вечером устроить нам встречу. — Брайан с досадой отшвырнул обглоданное ребро. — Но теперь-то что толку об этом говорить? Без документов — мои слова не более чем пустой треп.

Кэтрин понурилась. Если бы ее не схватили, компромат на Вудвилла сейчас бы был у его врагов.

— Ну так вот, — продолжил Брайан, — когда я возвращался в пансион, то почуял неладное. Обычно в том переулке тихо, а тут — стоит куча зевак, чешет языками. Я подобрался поближе, послушал, о чем они треплются, и понял, что этот недоносок сцапал тебя.

— Но как он вообще нас нашел?

— Не знаю.

— Зато я знаю, — подал голос Алан, до этого молча жующий мясо.

— Как?

— Я же отирался среди его прихвостней и слушал их разговоры. Сперва они думали, что Вудвилла взял за жабры кто-то из его конкурентов, потому что письмо бросили в почтовый ящик в том районе, где живут богатые шишки.

Кэтрин с Брайаном переглянулись.

— Да, так все и было задумано, — сказал Брайан. — Но как они вышли на пансион?

— Фотография… — загадочно протянул Алан, откусывая добрый шмат жареной печени.

— Что «фотография»? — переспросила Кэтрин, нетерпеливо ерзая на табурете.

Брат прожевал кусок и продолжил:

— Вы же послали этому говномесу фотографию украденных документов? А фотостудий в Денвере — раз, два и обчелся. «Пинкертоны» потрясли их все и в конце-концов наткнулись на лягушатника. Они его быстренько раскололи, и он подтвердил, что это фото делал для индейца и рыжей девахи.

— Думаю, Вудвилл и так догадывался, кто украл документы, — заметила Кэтрин. — Они ведь пропали из вагона сразу после того, как мы сбежали из тюрьмы в Лошадином Ручье.

— Да, но загвоздка в том, что когда вы уходили из ателье, этот лягушатник смотрел за вами в окно. Он видел, что вы идете пешком, и заметил, в какую сторону вы пошли. Ищейки догадались, что вы прячетесь где-то рядом. Им оставалось только прочесать местные ночлежки.

— Господи! — Кэтрин закрыла ладонью лицо. — Попались, как идиоты. А ведь это была моя идея — сделать ту чертову фотографию.

Брайан коснулся ее предплечья.

— Не переживай, Кэт. Тогда это и мне казалось хорошей идеей. Так что мы оба дураки.

— Что есть, то есть, — хмыкнул Алан, вновь приступая к еде.

Когда сковорода опустела, он потянулся к бутылке, где на дне плескались остатки виски.

— Будешь? — спросил он у Брайана, наливая себе стакан.

Тот покачал головой.

— Нет.

После ужина Кэтрин принялась нарезать оставшуюся оленину на тонкие полосы и развешивать над печью, чтобы приготовить в дорогу запас сушеного мяса. Брайан занялся выделкой шкуры, а Алан стал обшаривать хижину в поисках полезных вещей.

— Неужели у тебя даже паршивого обреза не завалялось? — спросил он у Брайана, разгребая очередной ящик с пыльным барахлом. — Без оружия нам туго придется.

— Хочешь, я сделаю тебе лук? — предложил тот, старательно орудуя скребком.

— Пф-ф, если бы я еще умел из него стрелять.

— Научишься.

Кэтрин лишь хмыкнула, вспомнив свою неудачную попытку попасть стрелой в дерево. Разумно ли брать Алана с собой? Раньше они не слишком-то ладили. Он задирал ее, она огрызалась. Но то, что он помог им сбежать из особняка, доказало что «малолетний придурок» все-таки питает к ней братские чувства.

— Ты точно уверен, что хочешь поехать к индейцам? — спросила она. — Это тебе не на ярмарку в Каспер прогуляться.

— Точно, — буркнул брат. — Если бы ты знала, что мать удумала, то не задавала бы дурацких вопросов.

— И что же она удумала?

— Она собирается продать ранчо и отправить меня учиться на проповедника.

От неожиданности Кэтрин едва не выронила нож.

— На проповедника? Тебя?

— Угу. Представляешь меня в сутане, с Библией в руках?

— С трудом, — фыркнула Кэтрин.

— Я тоже. А она мне все уши прожужжала: «Бла-бла-бла… уважение, праведная жизнь, место в раю…» Бр-р! Лучше сразу вздернуться!

— Разве ты не хочешь в рай? — поинтересовался Брайан, продолжая соскребать со шкуры остатки жира.

— Целую вечность шататься среди райских кущей и распевать псалмы? Вот уж увольте!.. Кстати, а вы, индейцы, куда попадаете после смерти?

— На погребальный помост, — невозмутимо ответил Брайан. — Его обычно подвешивают на дерево или строят из жердей, чтобы хищники не добрались до тела.

— Я имею в виду душу, — проворчал Алан.

Брайан пожал плечами.

— Говорят, что тень умершего уходит в «страну множества ти́пи», но еще никто оттуда не возвращался, чтобы рассказать, правда это или нет.

Когда вся оленина была развешана на потолочных балках, а шкура натянута на распорки, пришло время ложиться спать. Кэтрин ополоснула руки водой из ведра, умылась и легла на кровать. Алан занял соседнюю койку, а Брайан, закутавшись в одеяло, направился к двери.

— Ты куда? — спросила Кэтрин.

— Лягу на улице. Так я быстрее замечу, если кто подберется к дому.

— Ладно, — разочарованно протянула она.

Пускай на узкой кровати неудобно спать вдвоем, но Кэтрин все равно хотелось прижаться к любимому и ощутить тепло его тела. Но, увы, Брайан решил иначе, и она не стала возражать.