Ты принадлежишь мне - Ноэми Конте

Оргазм подстерегает меня, возбуждение нарастает так сильно, и мне нравится мысль, что кто-то вот-вот удивит нас. На этот раз Кейд протягивает руку, чтобы заставить меня замолчать. Я улыбаюсь в его ладонь, уже уверенная в том, что он мне скажет.

— Никто, кроме меня, не должен слышать, как ты кончаешь, сокровище. Никогда больше, — прорычал его хриплый голос. — Всё ясно?

Я киваю, и именно в этот момент меня сотрясают многочисленные спазмы. Мои голосовые связки вибрируют от его руки, а затем он, наконец, кончает в меня. Его движения затихают, и Кейд быстро освобождается. Раздаются звуковые сигналы, оповещающие о том, что дверь вот-вот откроется, поэтому он отстраняется и хватает меня за шею, чтобы заставить повернуться к нему лицом.

— А теперь иди надень трусики, — властно приказывает он.

Прерывисто дыша, я соглашаюсь, когда он засовывает свой член обратно в трусы, прежде чем застегнуть ремень. В этот самый момент в холле появляется Гаррет. Я натягиваю нижнюю часть своей футболки, достаточно длинную, чтобы скрыть то, что под ней.

Гаррет переступает порог гостиной, в то время как Кейд заслоняет меня, не желая, чтобы он мог что-либо разглядеть. Вытаскивая наушники из ушей, Гаррет внезапно останавливается. Мы можем слышать, как из него вырывается волнующий звук, перекрывающий наши безудержные вздохи.

Неловко наблюдая за моим дрожащим телом, плохо скрытым телосложением Кейда, у которого взъерошены волосы, Гаррет криво улыбается. Прочищая горло, он не ставит музыку на паузу и без единого слова указывает нам на дверь, ведущую в тренажёрный зал, прежде чем направиться туда. Столь же смущённая, как и он, я просто опускаю глаза в пол, пока дверь не закрывается за его спиной.

На этом мой мучитель оборачивается. Его приоткрытый рот вызывает у меня желание поглотить его, тем не менее именно он берет на себя инициативу подойти и прижаться ко мне.

Отступая он говорит:

— Трусики, Руби.

Я отстраняюсь и обхожу его незамедлительно уходя. Его рука хлопает по моей ягодице, и я смеюсь как дура, направляясь к лестнице. Кончиками пальцев, улыбаясь, я поглаживаю свои губы, распухшие от наших поцелуев. Чёрт... этот парень сводит меня с ума.

Тридцать минут спустя, после небольшого душа, босиком, но по-настоящему одетая, я возвращаюсь на кухню, чтобы что-нибудь разогреть. Наступила ночь, время ужина подошло, и я ничего не имею против, чтобы поесть, после такого горячего секса.

Когда я ставлю блюдо с китайской лапшой в микроволновую печь, мои мысли возвращаются к причине ухода Кейда. Какая-то часть меня говорит мне, что он специально заставил меня ревновать, и на самом деле не пошёл к грёбаной Ширли. После того, как он вот так оттрахал меня на спинке дивана, я сомневаюсь, что он захочет сразу же продолжить. Тем не менее, другая часть меня, наиболее измученная, я полагаю, продолжает повторять мне, что у этого ублюдка нет границ.

Я знаю, что он привязан ко мне, но, чёрт возьми... не из-за настоящих же чувств. Нет, Кейду просто нравится принадлежность, которую я ему предоставляю.

Несколько разъярённая осознанием этого в полной мере, я вздрагиваю. Раздаётся звуковой сигнал, оповещающий о том, что моё блюдо разогрето, и прерывает этот момент слабости. Смирившись с тем, что всё это не имеет значения, я встряхиваю голову и открываю дверцу микроволновой печи. Мои руки спешат схватить чашу, когда их пронзает острая боль.

— Блядь! — Вскрикиваю я отпуская чашу.

В спешке я подбегаю к раковине и открываю кран, чтобы унять боль. Долго дуя, пока вода стекает по ожогу, я, наконец, убираю руку и хватаюсь за ткань, чтобы обернуть сильно повреждённую кожу, когда раздаётся звонок в дверь. Мои жесты прекращаются, и моя голова наклоняется. Любопытствуя, я откладываю ткань и иду в прихожую. За непрозрачным стеклом маячит широкий силуэт. Однако настороженная, я спрашиваю:

— Кто?!

Мгновение тишины, а затем раздался голос Эстебана, объявляющего о себе. Порочная улыбка растягивает мои губы. О, он как раз кстати...

Желая свести Кейда с ума после его небольшого беспорядка, я поворачиваюсь к панели и ввожу код. Теперь я его знаю. Дверь открывает мне хмурого брюнета, и я приглашаю его войти. Он переступает порог двери и, не здороваясь со мной, спрашивает:

— Кейда нет дома?

Я отрицательно мотаю головой.

— Он только что ушёл в клуб.

На его губах появляется лёгкая улыбка разочарования, он выглядит измученным.

— Ты что-то хотел?

— Да, у меня есть информация, которую я должен ему передать, — говорит он. — О человеке, которого мы ищем в течение некоторого времени. Ты в курсе дела?

Я киваю и закрываю за ним дверь, прежде чем вернуться на кухню. Простым движением подбородка я призываю его последовать моему примеру, что он и делает, не споря.

— Ты его нашёл? — Интересуюсь я, опираясь на стойку.

Эстебан стоит на другой стороне островка и делает то же самое.

— Возможно, мы наконец узнаем его имя, — объясняет он. — Но этот ублюдок прячется уже несколько дней... у меня есть информация, которая, несомненно, может нам помочь.

— О, круто!

Он улыбается мне, теперь уступая место молчанию. Я кусаю губы и опускаю глаза на своё дымящееся блюдо, прежде чем пронзить пустоту:

— Ты хочешь... что-нибудь выпить? — Предлагаю я, уже направляясь к одному из высоких шкафов.

— Давай, — говорит он у меня за спиной.

Я просматриваю содержимое несколько секунд, затем мои зрачки натыкаются на бутылку с янтарной жидкостью. Поворачиваясь к нему, я спрашиваю:

— Виски?

Он улыбается, а затем быстро соглашается. Быстро хватая подходящий стакан я наливаю внутрь несколько капель. Моя рука тянется в его направлении, чтобы отдать его ему. Эстебан берет его, и затем спрашивает меня:

— Ты не могла бы позвонить Кейду? Я пробовал, но он мне не отвечает, так что, может быть, если это ты…

— О, да, не проблема!

Я достаю из кармана телефон и набираю его номер. Меньше чем через один звонок я слышу, как он хихикает:

— Уже соскучилась, сокровище?

Его голос вызывает у меня странное чувство в животе, тем не менее, я не забываю о своей жажде мести.

— Эстебан только что приехал на виллу, — почти пропела я. — Он ждёт тебя, так что, может быть, тебе стоит отложить свою маленькую прогулку на потом!

Не дожидаясь, я убираю телефонную трубку от уха, когда он завывает:

— Я же говорил.…

Ой, мой большой палец только что нажал красную кнопку. Удовлетворённая своим мастерством, я кладу телефон рядом со своей тарелкой и, выглядя совершенно невозмутимой, усаживаюсь на табурет, чтобы начать есть. Глядя на меня, Эстебан напрягается.

— Похоже, ты держишь