Инферниум - Кери Лейк

Взглянув вверх, барон обнаружил, что птица летит над головой, следуя за ним в лес. Проклятая тварь не оставляла его в покое, и последнее, в чем он нуждался, это еще одно домашнее животное.

Господин, кто-то сидит на поляне впереди, сказала она - возможно, первая полезная фраза, сказанная им за всю свою болтовню, — и барон застыл на месте, удивляясь, надеясь. Могла ли это быть она, девочка с волосами цвета воронова крыла, Люстина, возвращающаяся поиграть со щенками?

Он бросился сквозь деревья к заброшенной хижине и, выбежав на поляну, обнаружил девушку, сидящую на том же месте, что и в прошлый раз.

Все три щенка прыгали вокруг ее ног, играя, покусывая платье. Послеполуденное солнце заливало ее теплым золотистым светом, придавая ее коже завораживающее сияние. Она хихикнула, когда щенки залаяли и набросились на нее, и позволила Церберу запрыгнуть к ней на колени.

Смирившись с тем, что о нем узнают, барон шагнул вперед, но остановился, когда холодок пробежал по его затылку.

Образ Сирисы, облизывающей пальцы после того, что она с ним сделала, вызвал у него дрожь стыда, и он отступил назад. Он хотел вырезать эти мысли из своего разума острым лезвием и сжечь их дотла. Но это было невозможно, потому что оно уже опалило самого себя и приняло чудовищные очертания в его сознании.

Желудок скрутило от напряжения, он стиснул зубы при этой мысли, не в силах поднять взгляд на прекрасную Люстину. Как дьявол, смотрящий на ангела.

Его руку покалывало от призрачного воспоминания о ладони пожилой женщины, сжатой поверх костяшек его пальцев и направляющей его. Губы приоткрылись, он сжал руки в крепкие кулаки. Он должен был бороться с ней. Почему он не оттолкнул ее?

Тебе это понравилось, он мог слышать ее шепот в темноте своего разума. Не отрицай свою тьму. Прими это.

Его взгляд снова поднялся к девушке. Прекрасная девушка, чей чистый и невинный аромат разносился в воздухе, как аромат сада белых роз и гардений.

Слишком невинно.

Несмотря на то, что она была бедна и имела гораздо меньший статус, барон считал себя недостойным такого добродетельного создания.

Он уставился на свои руки и поморщился, желая, чтобы он мог отрезать их от своих рук. Руки, которые довели его до оргазма при самых мерзких обстоятельствах.

Руки, которые больше не были достаточно чистыми, чтобы прикасаться к такой девушке, как Люстина.

40

ФАРРИН

Так продолжалось до тех пор, пока я не смогла уснуть из-за боли в животе и плача ребенка за стеной. Я выскользнула из своей спальни и завернула за угол в комнату Иерихона. Мне нужно было знать, что с ним все в порядке. Что каким бы ни был маленький план Васжаго, он не включал в себя какую-нибудь извращенную пытку демоном, или что похуже, хотя у меня не совсем плохое представление о демоне. По причинам, которые не имели смысла, учитывая их историю и то, кем он был, я доверяла Васжаго.

Несмотря на это, мне нужно было знать.

Заглянув в комнату Иерихона, я увидела, что его массивная кровать пуста. Я прошла через комнату в ванную и обнаружила, что она тоже пуста. Неужели Васжаго запер его в темнице?

А как насчет моего отца? У меня не было возможности,чтобы Иерихон подтвердил, что он вернулся без него, как сказал Васжаго.

На обратном пути по коридору я быстро постучала в дверь соседней спальни, прислушалась в ожидании ответа и, приоткрыв ее, заглянула внутрь и обнаружила, что там совершенно темно, если не считать льющегося лунного света. Прищурившись, я осмотрела мебель, никого там не обнаружив.

Я не могла вспомнить большую часть разговора, который у меня был с Иерихоном, пока я была в ванне, моя голова тогда была в постоянном тумане, но я могла поклясться, что он сказал мне, что мой отец был там, в соборе. Конечно, Иерихон не стал бы лгать.

Если только он не хотел напрягать меня в то время — что было наиболее вероятно.

По правде говоря, я не очень-то надеялась снова увидеть своего отца. Возможно, это был мой скептицизм, поднявшийся на поверхность, но у меня просто было предчувствие, что Иерихон вернется один. Итак, хотя я и предприняла усилия, чтобы найти его, это было немного нерешительно.

Я тихо закрыла дверь и спустилась в следующую спальню, проводя еще одну быструю проверку. Когда я проходила мимо третьей двери, звуки ударов и стоны заставили меня резко остановиться.

-Трахни меня, Васжаго. Сильнее!-То, что звучало как акцент Кежуры, просачивалось сквозь деревянные панели, и я на цыпочках отошла от него, не желая, чтобы он следил за мной, пока я продолжу свои поиски.

Однако, когда я тихо прошла мимо, узловатые кольца боли скрутились в моем животе, и я положила руку туда, чтобы сдержать стон, когда судорожное ощущение прошло через меня. Я застыла на месте, тяжело дыша через нос, сосредоточившись на внезапной тишине в комнате. Дерьмо.

После мучительного момента, когда я оставалась совершенно неподвижной, несмотря на то, что мне казалось, что я испытываю такие боли после пищевого отравления, кровать снова начала колотиться. Я продолжала идти по коридору, минуя комнату Веспир, вниз по лестнице в фойе. Мое внимание привлек свет в кабинете Иерихона, который светил из-под двери, и я остановилась там. Подняв руку, чтобы постучать, я по какой-то причине заколебалась.

Я носила ребенка этого человека, но по какой-то причине мой разум по-прежнему воспринимал его как моего работодателя каждый раз, когда я подходила к его офису.

-Фаррин? - спросил он голосом, в котором не было демонической хрипотцы, как раньше.

Боль превратилась в трепетание в моем животе, когда я толкнула дверь и обнаружила его сидящим за своим столом с тенью гнева в глазах.

Застенчиво улыбнувшись, я вошла внутрь, закрыв за собой дверь.

-Привет. Ты жив.

-Как и ты.

-Разве я не должна быть живой?

-Тебя не должно было быть в моей комнате.

Тяжело вздохнув, я пересекла офис и села в одно из кресел.

-Разлука надоедает.

-Ты знаешь, как легко я мог бы свернуть тебе шею?

Я ухмыльнулась, не желая признавать, что именно страх возбуждал меня в нем больше всего. Так всегда было с Иерихоном. То, как я играла с его сдержанностью, иногда заставляло меня чувствовать