Антагонизм - Натали Ният

— Но почему тогда пошла к ней?

— Потому что дура, и потому что поделом ей! — подводя этот итог, мамочка улыбнулась. — Я знала, что так и будет. Пускай! Пускай вспомнит, как облизывала своего сынка с Таськой.

— Но тётя Оля... — снова начала я.

— Тётя Оля — говно в проруби, вот кто она такая. Сколько ни топи, всё равно всплывает. Тётя Оля такая, непотопляемая. Чего только она не прошла! Прошмандовка! Мать всё понимает, Линда. Только куда-то ей сейчас деваться? Таська её переломает. На её стороне Вадим, сейчас он как тряпка. Видать, отпаивает его всяким дерьмом.

— Но раньше он с ней часто ругался.

— Правильно, ругался. Потому что отец и мать перевес имели, финансовый. Дойная корова его была, родители. А сейчас всё, выпотрошили их полностью, деньги загробастают последние и всё. Ну, разве что этот иждивенец ещё на отцовскую пенсию мылится.

Через некоторое время я спросила у бабули, как её дела, она ответила, что с тётей Олей ей гораздо лучше, что она теперь ни ногой к Вадиму, а с дедой они общаются, он недавно ей письмо написал.

— Письмо? — переспросила я бабулю.

— Да, Линдочка, он мне пишет письма. Потом, когда идёт на прогулку, бросает в почтовый ящик Ольги.

— Но, бабуля, — удивляюсь я, — вы же можете с ним поговорить и так.

— Можем, мы и разговариваем. Но понимаешь, Линдочка, иногда проще всё написать. Мысли свои.

Мне жаль их, особенно бабулю. Кто бы мог подумать, что всё может так сложиться?

— Бабуля, но что ты будешь теперь делать? Всё время жить у тёти Оли?

— Нет, Линдочка, я куплю домик. Маленький домик, мне Ольга поможет найти. И мы с твоим дедой будем там жить.

— Ну что ж, раз ты так решила.

Может, это действительно выход для них? Таська лютует, она никак не может простить бабуле её уход. Сказала, что та опозорила её на всю округу. Вряд ли они помирятся в ближайшее время.

Кажется, папа спивается. Хотя, может, я драматизирую? Как по мне, так точно спивается. Но здесь пьют многие. Просто папа начинает кривляться, нести какой-то бред, когда пьяный. Цепляется ко всем. Прежде всего к нам. А вот, к примеру, с соседями или другими он приторно-сладкий. Как можно быть таким разным? Может, в нём умер гениальный актёр?

Хоть тётя Клава и пообещала мамочке найти обладательницу той самой злополучной помады, обещание она не сдержала. Не потому что у той не было нужных доказательств или фактов, как раз наоборот, доказательств и фактов было очень много, и все они касались разных женщин. То выяснялось, что это вполне могла быть соседка тёти Клавы, или, к примеру, Галина Сергеевна, учительница по физике. Тётя Клава явно получала удовольствие, строя разные версии происходящего. К слову сказать, имя Анны Александровны не было произнесено ею ни разу. Из чего можно было сделать вывод, что сыщик из тёти Клавы получился бы хреновый.

Прожив чуть подольше в Дождинке, мне стали открываться всё больше и больше разных историй про её жителей. Например, через некоторое время я узнала, что муж нашей классной, Валентины Викторовны, в общей сложности два раза уходил от неё к другой женщине. Причём оба раза это были разные женщины. Потом возвращался обратно. И если бы я услышала эти истории раньше, то содрогнулась бы и очень возмутилась в глубине души. Потом бы обдумывала происшедшее и задавала себе разные вопросы, а именно: почему она приняла своего мужа обратно? Она — это Валентина Викторовна. Я бы задала этот вопрос по поводу первого его ухода и точно такой же, когда он ушёл во второй раз. А главное и самое любопытное, на мой взгляд, это то, что все соседи и знакомые учительницы, тоже принимают всё как должное, потому что такие ситуации здесь не редкость. Так вот, так бы я воспринимала это раньше. А сейчас? Сейчас мне всё равно. Если люди хотят сходить с ума, я не буду вставать у них на пути. Пошли они все к чёрту! Меня заботило только одно: чтобы мой папа не пошёл по их стопам. А судя по всему, он очень даже может.

Лидкина мама, тётя Оля, не стала откладывать дело в долгий ящик и помогла моей бабуле приобрести маленький домик. Мне кажется, она неплохо наварилась на этом событии. Как объяснила мне бабуля, называя тётю Олю своей спасительницей, та взяла на себя все тяготы этого приобретения, в том числе и расходы. Бабулины расходы. Причём хоть мы вроде бы как и понимали, знали, что бабуля обеспокоена желанием приобрести домик, не думали, что это случится всё так быстро. Бабуля абсолютно ни с кем не посоветовалась, кроме тёти Оли.

Но как бы там ни было, домик был куплен, документы оформлены. Тётя Оля помогла бабуле найти и нанять грузовую машину, на которой они приехали к Вадиму с Тасей за бабулиными вещами. Переезд состоялся. Немного погодя туда же, в этот домик, переселился дедуля.

Нам же довелось побывать у бабули в гостях, в новом доме, не сразу, а лишь спустя несколько месяцев. Когда с мамой и братиком поехали в Осмак на пару дней. Остановились мы у Вадима с Тасей, но большую часть времени провели у бабули в новом доме.

Бабуля, когда рассказывала мне по телефону о новом домике, говорила, что он небольшой и старенький. Поэтому, когда мы пошли к ней в гости, я предполагала увидеть некий маленький, аккуратненький домик, как показывают в фильмах про деревню.

Домик меня разочаровал. Это даже не домик, а изба. Нет, землянка! Какой-то кособокий, вросший в землю почти по самые окна. И даже тот факт, что в нем было целых три комнаты, не спасал положения. Кроме того, его нужно было топить дровами. Хорошо хоть колонка была недалеко.

Моей бабуле пришлось в срочном порядке осваивать все эти деревенские премудрости: заказывать дрова, научиться самой довольно сносно топить печь, чистить ее от золы, посыпать этой же золой дорожки к сараю и туалету, чтобы не было скользко, чистить снег от ворот до дороги. И вроде бы бабуле это не то что нравилось, она даже смеялась, когда рассказывала нам об этом. Так она хотя бы чувствовала себя полноправной хозяйкой, пусть и в маленькой землянке.

Настроение у нее явно стало лучше, чем было прежде. Да и выглядеть она стала неплохо. Поэтому я даже не знала, то ли радоваться за нее, то ли... Буду радоваться. Тем более не хочется портить