Королевская Академия Магии. Неестественный отбор - Наталья Самсонова

Некромант утянул Маргарет в телепорт. И через секунду она уже озиралась, рассматривая новое убранство ритуального зала.

– Наука не стоит на месте. Рунные круги – это хорошо, но рунные цепи – лучше. Рассказывай, маленькая королева. Если хочешь, я могу кого-нибудь убить.

Вздохнув, Маргарет тихо сказала:

– Знаете, дерр Серый, возможно, мне придется вас об этом попросить. История о бедной мэдчен, принуждаемой выйти за нелюбимого, не нова. Вот только Тамиру ее род предал, бросил умирать. А сейчас, когда она выкарабкалась, когда она больше не умирает от яда… Когда она полюбила – именно сейчас они нашли ей мужа. Да и как – без ухаживаний, без знакомства. На следующий день после нашей с Лином свадьбы ее отец подпишет уже готовый брачный договор. И все.

– Глава рода имеет право распоряжаться членами своего рода до тех пор, пока имеет силу и власть, чтобы их же защищать, – негромко произнес некромант. – Тот, кто оставил младшего родича на верную гибель, недостоин владеть родом. Жаль, что в Кальдоранне забыли это.

– Не все, но многие, – кивнула Маргарет. – Бывали случаи, когда один своей смертью выкупал жизни других. Но ее продали за деньги.

– Что же ты хотела от Вальтера?

– Они заинтересованы друг в друге, – пожала плечами Маргарет. – Если бы он выразил это более четко, то дерр Кодерс не стал бы подписывать договор. Он очень падок на деньги и власть, а ректор КАМа почти всемогущ, неприлично богат и вхож в личный дружеский круг короля.

– Пойдем-ка в мою гостиную. Ты уверена, что Вальтер действительно заинтересован в твоей подруге?

Ступая следом за некромантом, Маргарет перебирала в памяти всё произошедшее и искала, что же ответить. Наконец, она смогла сформулировать свои сумбурные мысли:

– Для Тамиры дерр Вальтер абсолютно бескорыстно сделал очень много добра. Он исцелил ее, хотя это и считалось почти невозможным. Он оказывал ей знаки внимания. Я считаю, что он имеет право знать, что именно сейчас происходит. Ведь если он этого не узнает, то почувствует себя преданным. Разве позднее, после свадьбы Тами, он поверит, что она была против?

– Согласен. Что ж, добро пожаловать в мою гостиную. Устраивайся с удобством и не скучай – я найду его очень быстро и приведу сюда.

Некромантская гостиная оказалась самой обычной комнатой. Уютной, приятной, но не более того. Высокий стол, вокруг него стулья. Чуть в стороне кофейный столик и три мягких, удобных даже на вид кресла. Пол покрывает ковер с длинным ворсом. Он явно зачарован на самоочищение и защиту от искр – у камина нет ни единого пятна сажи.

Стены украшали мирные пейзажи. И Маргарет вдруг вспомнились слова некроманта о том, что он давно перестал работать на публику. Ей даже стало на секунду боязно за успех еще не начавшегося предприятия – не заскучает ли шестисотлетний некромант с молодой менталисткой?

Но сильно расстроиться Маргарет не успела – не скучает же он здесь, во дворце? Ему еще не наскучило жить, не наскучили короткоживущие люди, не наскучили интриги. И магическая наука не стоит на месте. Значит, и возлюбленная не наскучит.

– Надеюсь, ты не успела заскучать, маленькая королева.

– Мне было о чем подумать, – повернулась Маргарет и присела в реверансе. – Дерр Вальтер, добрый день.

– Вы искали меня, мэдчен Саддэн? – коротко поклонился ректор.

– Да. – Она немного смутилась, но все же продолжила: – Я взяла на себя смелость вмешаться в вашу личную жизнь. Послезавтра, против воли Тамиры Кодерс, ее отец подпишет брачный контракт с родом Вискор. У Тами был нервный срыв, но я смогла ее успокоить.

– Пообещали, что я вмешаюсь? – с непонятной интонацией спросил Вальтер.

– В этой жизни я доверяю трем мужчинам: своему наставнику, потому что только благодаря ему я жива и здорова, своему любимому, потому что, если не верить ему, то какая же это любовь. И дерру Серому, потому что мне так хочется, – спокойно и обстоятельно ответила Маргарет. – А Тамире я пообещала зелье, благодаря которому она понесет после первой ночи. И ее, беременную, я спрячу здесь, во дворце. Родится первый ребенок, и лет на пять про Вискора можно будет забыть. Затем второй, и Лин отправит мерзавца на дальние рубежи.

Некромант замер, и из-за маски было сложно сказать, интересно ему наблюдать за происходящим или нет. Но он явно прислушивался не только к словам, но и к чувствам присутствующих.

– Что сказала Тамира?

– Попросила, чтобы зелье было с эффектом дурмана. Чтобы ничего не запомнить. И попросила не говорить ничего вам. Ведь в том, что она придумала себе любовь, только ее вина, – холодно произнесла Маргарет. – В любом случае мне придется перед ней извиниться. Она была права, и мне не стоило вмешиваться.

Ректор вскинул на будущую королеву ледяной, равнодушный взгляд. Новость о Тамире сделала его еще более безликим, более бесчувственным, чем обычно.

– Тише, дыши. Даже у здорового мужчины может остановиться сердце. – Некромант неожиданно подошел ближе и положил Вальтеру ладонь на грудь. – Забавное проклятье. Запирает чувства внутри тебя, да? Чем сильнее эмоции, тем холоднее слова. Ничего, с этим можно жить. Иди, герой.

Вальтер телепортировался не прощаясь. А Маргарет прижала к пылающим щекам похолодевшие ладони:

– Как стыдно. Мне показалось, что ему все равно.

– Ты не знала, – пожал плечами некромант. – Я и сам не знал, пока проклятье во всю мощь не заработало.

– Вы можете его снять?

– Само пройдет, – отмахнулся дерр Серый. – Партию в шахматы?

– Я не лучший игрок, но с удовольствием!

Играть Маргарет не любила. Но еще меньше ей хотелось возвращаться в опостылевшую гостиную. Да, в ее шкатулке скопилось с десяток писем и записок от Лина. Но бумага не заменяла живого общения.

* * *

Перед балом Маргарет проснулась на рассвете. Первый макияж должен быть почти незаметным, но при этом подчеркивающим необычный цвет глаз. А это, как выразилась Сарна, почти взаимоисключающие понятия.

Легкий перекус – фрукты и сок – не лез. Маргарет нервно сжимала кулаки, пыталась размеренно дышать и переживала, что не успела дочитать десятый параграф. Через пару минут она начала психовать оттого, что не помнит, о чем были предыдущие параграфы. И эта мелочь казалась ей настолько важной,