Крыло богини и мягкое перышко для нее - Тата Шах

враг вам. Очень вы интересная особа, позвольте представится, сотник Михаил Карабан. Живу в Слепом Яре, на границе с вашим княжеством. Свое имение, хозяйство. Осталось дослужить пару месяцев. Думаю вернусь и жену подберу себе, но если вам отказ боги одобрят, соблаговолите выслушать.

А ведь на миг задумалась. Воевода использует меня, чтобы победу ему добыла, тут же воин при хозяйстве. Не красавец и не дурен, плечи широкие, кольчуга сидит как влитая. Меня кто-то подтолкнул вперед, чуть носом в затухающий костер не ухнула.

— Мама, а кто там пришел?

— Друид послал узнать, — Кирилл смотрел на воина, испепеляя того взглядом.

— Дети, что ж сразу не сказали. Пусть ваш воевода забудет о своей крале. Если в союзе есть дети, боги не расторгнут его никогда.

Он как-то странно хекнул, пытаясь переварить новости, а Оленька задала вопрос дня.

— О чем это он, мама?

— О взрослом выборе. Да так не бери в голову. А пришел старый друг отца. Они там шушукаются об Аленике.

— Так вот о чем воин говорил, — Кирилл странно посмотрел на меня, — он прав. Союзы связанные богами, да если имеются дети не расторгаются. Думал отец понял уже. Разъяснить?

Рассмеялась над как сын грозно спрашивал. Оленька рассмеялась за мной. Кирилл лишь приподнял уголок губ, потому что воины же кругом, а пацану терять авторитет никак нельзя.

— Над чем смеемся? — а вот и папка пожаловал. Сын тут же перевел на него грозный взгляд.

— Ты про свою…., — толкнула его в бок, шепнув.

— Сам должен сделать выбор.

Дети опустили глаза на миг, а потом засыпали отца вопросами. Кто таков? Какие новости? Когда выступаем? Славные дети получились за несколько месяцев, нахватались вполне положительных привычек. О них я точно побеспокоюсь. Попрошу богов остановить их рост. Пусть уже развиваются спокойно, а не скачками. Стоп. Разве правильно думать о награде до убитого медведя. Тьфу ты, пришлый мужик заставил думать о материальном, когда нам в борьбе с тьмой чистота мыслей необходима. С подозрением покосилась на него. а тот ли он за кого себя выдает?

Врединка прижалась к ногам и заявила.

«- Присмотрю за ним».

«- А успеешь за всеми приглядывать?»

Она юркнула за камень, растворяясь в тенях и пообещала, что успеет.

Но как показало время успеть везде не представлялось возможным. Подъем нам давался легко. Отряд сноровисто обходил насыпи. Я же постоянно пыталась удержать лошадь, которая отказывалась скользить по утренней наледи. У самой верхушки горы дорога проходила почти у обрыва. В этом месте было несколько площадок, до которых еще надо было добраться. Алагай незаметно приблизился ко мне, перехватывая уздечку.

— Сам поведу. Управлюсь с двумя, ты иди налегке.

Но это не спасло меня. Оставалось преодолеть два уступа и я поднимусь наверх. На миг засмотрелась вниз, аж голова закружилась. Нет, я определенно видела куда ставлю ногу, но какая-то сила подтолкнула меня на шаг к краю. Балансировать начала поздно, лишь ощутив пустоту под ногами попыталась на инерции вернуться в исходное положение.

Допрыгнула до камня, который находился в сантиметрах тридцати от желанной площадки.

— Держись, не шевелись, сейчас скину веревку, — Карип отвязывал веревку с поясу, подавая ее брату. Молчаливо наблюдала за ним, чувствуя, как руки соскальзывают. Не дошла! Не успела! Не спасла!

Веревка полетела вместе со мной в пропасть. Вывернулась, пытаясь поймать ее правой рукой за нее. Удалось ухватиться за самый краешек. Это не помогло закрепиться, и веревка вместе со мной полетела дальше. Обернулась назад, чтобы оценить перспективы. Внизу бушевало темное озеро. Даже отсюда вода казалась чернильной, будто кто-то растворил в воде черную краску. Впечатляюще и ужасающе одновременно. Озеро тьмы радовалось приближающейся жертве.

Надеюсь, моя жертва не спасет тьму от гнева людей!

Пусть она будет не напрасной. И ведь если бы Сальмогор был рядом или дети, или кто из магов, меня бы подхватили и вытянули обратно.

Неожиданно обо что-то спружинила, будто о батут. Но откуда в горах другого мира спасательный надувной матрас? Одновременно с осознанием происходящей неправильности, поняла, что лечу наверх. Что-то выталкивало меня из пропасти. Заметила другую веревку, видимо брошенную за первой. Ухватилась за нее обеими руками и начала подъем как лучшие альпинисты. Тянулась за веревку, отталкивалась ногами от камней, иногда задерживалась на устойчивом уступе, чтобы подтянуться затем выше.

Ощутила, что меня тянут всем скопом, но расслабить руки не могла. Поэтому продолжала выталкивать себя, что давалось легко, благодаря чье-то помощи. Маг какой подоспел? У самой верхушки меня ухватили крепкие мужские руки. По кожаному браслету поняла, что тянет меня один из братьев. Невидимая сила не оставляла хват и я буквально выпрыгнула на твердую поверхность. Приземлилась на колени и упала, ударившись о камни руками, раздирая их.

— Все, дайте полежать. Ноги трясутся, руки не шевелятся.

Знакомый голос оповестил.

— Твои крылья противоречат всем легендам. Безымянная отдает их лишь тогда, когда рассказывает правду.

И тут я заметила огромные белоснежные перья, раскинувшиеся вместе со мной.

Воины повторяли на все лад.

— Крылья.

— Богиня спасла.

— Отдала свои крылья.

Кхекнула поднимая взгляд, а за ним пытаясь подняться и сама. Уткнулась сначала в сапоги друида. А потом заметила, что это не Сальмогор. Надо же, а говорит совсем как он.

Взгляд метнулся дальше, ища чужую злобу. Кто-то же мне помог навернуться с площадки. Встретилась с неприкрытой злостью наследника. Рядом с ним стоял сегодняшний гость с такой же злобой за душой.

Ноги сами понесли в их сторону, тело требовало наказать виновных, но дорогу мне заступил тот же друид.

— Нельзя. злость питает темную сторону. Тьма увидит нас, если уже не увидела.

— И что теперь виновный так и будет угрожать?

Остальные слова о мести и наказании не сумела произнести, ощутив вязкую горечь на языке. Сделала с трудом шаг вперед, намереваясь обойти препятствие, но меня подхватили на руки, прижали к себе. Муж наглаживал мою голову, успокаивая, одновременно отдавая приказы.

— Этих на цепь. Алагай, Карип отвечаете головой за них. Доставить на суд князя. Остальные разбиваем лагерь. Там дальше есть ровный луг. Сегодня мы остаемся здесь. К озеру выдвинемся с утра.

До меня дошла абсурдность ситуации. Если бы я покушалась на наследника меня бы казнили сразу же без суда и следствия. Забила кулачками по груди мужа. Требуя отпустить. А он лишь повторял.

— Тише. Безымянная тоже видит. Надо простить перед борьбой с тьмой. Иначе