Сладострастие. Книга 2 - Ева Муньос

представляешь, и с этим ничего не поделаешь. Знаешь, почему? — Я беру ее за подбородок. — Потому что моя безумная привязанность не принимает отказа и не принимает твое неприятие, она хочет только тебя. Как? Мне все равно, потому что видеть тебя каждый день для меня более чем достаточно.

Я прикладываю больше силы, и в ее глазах светится отказ, это отторжение, которое подтверждает, что она не дает мне шанса, потому что влюблена в другого.

— Ты любишь его, но не меня, не зная, что мы одинаковы...

— Нет...

— Да, я маскирую демонов костюмом, а он скрывает их под униформой, — повторяю я, — однако это не мешает нам выбраться из одного и того же ада.

Я отпускаю ее и встаю.

— Но ты это поймешь, потому что жизнь справедлива, когда показывает вещи такими, какие они есть, — бросаю я, прежде чем запутать руки в ее волосах и вытащить ее наружу.

У нее нет сил ни на что... Это тот Антони, которого я не хочу показывать, но он выходит на поверхность, когда его заставляют.

— Заприте ее, — приказываю я, — без еды и воды, пусть выживает на наркотиках. Пытайте ее и постарайтесь вытянуть из нее все, что она знает о FEMF.

— На сколько времени? — спрашивает Изабель.

— Пока она не одумается и не поймет, как обстоят дела.

Я отворачиваюсь от холма, по которому пришел.

— Когда я смогу убить ее?

— Убить? — спрашиваю я. — Если она умрет, на ком я тогда женюсь?

Я ухожу, оставив ее раздраженной, и мне плевать на нее, лидеру нужна дама, и ею будет Рэйчел Джеймс.

79

НЕМЕЗИДА

Кристофер

24 октября 2017

Лондон, Англия

Полковник Кристофер Морган:

Во исполнение приказа Международного правительственного совета специального военного подразделения ФБР, сообщаем вам, что операция по розыску лейтенанта Рэйчел Джеймс Митчелс считается завершенной.

Команды были развернуты по всему миру, но результаты не принесли никаких новостей, поэтому с этого момента FEMF прекращает участие в поисках лейтенанта Рэйчел Джеймс, которая считается «павшей в бою.

Просим вас сосредоточить все свое внимание на новых делах, порученных лондонскому штабу. Разрушение мафиозной пирамиды по-прежнему остается нашей главной задачей, и по мере того, как они выходят на свет, вы должны заниматься новыми операциями.

ОЛИМПИЯ МУЛЛЕР

Заместитель генерального заместителя FBI

— Поиски не принесли никаких результатов, полковник, — заключает Паркер, стоя у моего стола. Мы вторглись, изъяли, ликвидировали и ничего не нашли. Ни следа Маскерано.

Я сминаю письмо, присланное Советом, время истекло, а я не добился ни черта. Все, что у меня есть, — куча бесполезных заключенных.

— А что с Бернардо Маскерано? — спрашиваю я, сдерживая гнев.

— Он отказывается говорить, его суд отложен, и его адвокат получил постановление, которое запрещает нам допрашивать его, пока не будет определен его статус.

— А ответ итальянских властей?

— Они ничего не объясняют, полковник. Я поговорил с главными контролирующими органами, но все они прикрываются одним и тем же и говорят, что у них нет никаких зацепок.

Без оборудования я потрачу больше времени на ее поиски, а сейчас у меня только препятствия и сложности.

— FEMF уже уведомила нас о приостановке поисков, — продолжает Паркер. — Солдат, привлеченных к делу, перевели, однако я составляю документ с апелляцией...

— Вам нужно в конференц-зал, капитан, — прерывает нас Гауна.

Я вижу, что он смотрит на документы, лежащие на столе. — Операция по поиску закончена, так что заархивируйте все, что не пригодится, и приступайте к новой операции.

— Но еще не...! — Паркер пытается возразить, но Гауна не дает ему слова.

— Выполняйте приказ, — приказываю я. — Если что-нибудь понадобится, я вас позову.

Немец неохотно покидает комнату.

— Мошенничество и незаконная перевозка оружия, вот чем занимается русская мафия, — объясняет генерал. — Поскольку у нас нет зацепок по Маскерано, мы займемся их партнерами и...

— Назначьте эту задачу кому-нибудь другому, я не буду брать на себя ответственность, которую не могу выполнить.

— Это не просьба, это приказ! — Он встает передо мной.

— Я не буду ни за что отвечать.

— Смотри, как ты со мной разговариваешь, Морган!

— Я ухожу! — выпаливаю я, прежде чем он начинает оскорбления. — У меня есть дело, которое нужно закончить!

У меня нет времени на приказы и глупости, я должен разнести мозги Антони Маскерано, поэтому бессмысленно сидеть здесь сложа руки и ждать, пока он появится по милости божьей. И мне плевать на приказы FEMF, они могут засунуть свою гребаную организацию себе в задницу.

— Какой ты солдат, чертов клоун? — набрасывается Гауна. — Я тренировал тебя, чтобы ты подчинялся!

— Я никому не подчиняюсь и никому не слушаюсь. — Я бросаю значок на стол.

— Не придирайся ко мне с капризами избалованного ребенка...

— Я ухожу!

Он отступает, не веря тому, что я только что сказал.

— Совет должен решить...

— Совет может пойти к черту, я не обязан никого спрашивать разрешения, чтобы делать то, что мне хочется, я кричу. Найдите себе другого полковника, со мной вам не справиться.

— Подожди! — Он пытается остановить меня, и я хлопаю дверью прямо ему в лицо.

Я не утруждаюсь собирать вещи, просто переодеваюсь и сажусь на мотоцикл, чтобы поехать в город. Я пытаюсь придумать, с чего, черт возьми, начать... Маскерано принадлежит Италия, это мне ясно, ведь эта часть мира должна им сотни одолжений.

Я паркуюсь перед своим домом и связываюсь с людьми, которые контролируют мои самолеты. В одиночку я потрачу дни на ее поиски, но мне все равно, я потрачу столько времени, сколько понадобится, и когда найду ее, убью всех, кто встанет у меня на пути.

— Эй! — Братт перегоражает мне путь в вестибюле.

— Уйди с дороги! — Я толкаю его. — У меня нет времени на твои глупости.

— Ты уже видел это? — Он достает письмо, выданное Советом. — Они лишили нас помощи, у тебя было семь дней, а ты не смог ее найти.

— А ты что сделал? — Я смотрю на него. — Потому что если ты здесь, значит, ты ничего полезного не сделал.

— Не оправдывай свою некомпетентность...

— Не надо меня доставать. — Я толкаю его в сторону лестницы.

— Я сделал то, чего не сделал ты. — Он следует за мной по лестнице. — Я объехал всю Италию, пытаясь достучаться до одного из Маскерано.

— О, как хорошо, я всегда говорил, что ты эксперт в лизании яиц.

— Посмотрим, скажешь ли ты то же самое, когда я найду ее раньше тебя.

— Как скажешь... — Я вхожу в пентхаус.

Мари улыбается, увидев Братта, я не останавливаюсь, чтобы дать ей объяснения, просто спешу в спальню в поисках того, что мне