Последняя из древнего рода. Тень забытых клятв - Ирина Властная

Ты мой луч солнца, принёсший радость в мою жизнь; ты – моё бесконечное счастье. Ты исцелила мои раны, не только те, что на теле, но и те, что глубоко в душе. Ты научила меня снова смеяться, снова верить и чувствовать. Твоя улыбка – моя награда, твой смех – моя любимая мелодия. Я люблю тебя настолько сильно, что не могу подобрать нужных слов. Сегодня, перед Богами и людьми, я клянусь тебе. Клянусь быть твоим щитом в любой битве, твоим светом в любой тьме, твоим домом в любом странствии. Я клянусь тебе в верности до последнего вздоха и за его пределами. Я обещаю беречь тебя, слушать и быть всегда рядом. Ты – моя судьба и моя вечность. Я, Виртэн Рэдвел, с этого дня и навсегда отдаю тебе своё сердце, свою жизнь и свою душу. Прими мою клятву, моя единственная, и пусть наши жизни сплетутся в одну.

Я не собиралась плакать, но слёзы сами появились на глазах.

Сейчас была моя очередь приносить клятвы, а у меня тут истерика на подходе была. Но стоило мне посмотреть в глаза Виртэна, в которых отражалось моё собственное счастье, и я начала говорить, вкладывая в каждое слово всю глубину своих чувств.

– Виртэн… моя опора, мой свет, моя жизнь. Ты появился в моей жизни совершенно неожиданно, но сразу занял место в моём сердце, принося с собой свет и безграничное счастье. Ты показал мне, что даже в первозданной тьме есть место для надежды, а в самых суровых битвах – для поддержки и нежности. Твоя сила не только в твоём клинке, но и в твоём сердце, которое бьётся в унисон с моим. Я прошла сквозь тьму, ориентируясь лишь на твой голос, ты вытащил меня из бездны, и теперь моя жизнь принадлежит тебе. Ты научил меня верить в себя, в нас, в то, что вдвоём мы можем справиться со всем. Каждый твой взгляд, каждое твоё прикосновение – это те драгоценные моменты, которые я храню в своей душе, как самые дорогие сокровища. Сегодня, перед Богами и людьми, я клянусь любить тебя вечно: в радости и в горе, в мире и в войне, пока звёзды не погаснут, а реки не иссякнут. Я клянусь быть твоим светом, твоей опорой и твоим утешением. Я клянусь быть твоей. Ты – мой мир и моя жизнь. Я, Эллия Гэррош, с этого дня и до скончания времён отдаю тебе свою жизнь, своё дыхание и свою любовь. Я принимаю твои клятвы и прошу тебя, мой единственный, принять мои – и пусть наши жизни сплетутся в одну.

К нам бесшумно подошёл Марк Рэдвел, держа в руках небольшую бархатную подушечку, на которой лежали брачные браслеты рода Рэдвел – совершенно обычные, без лишних камней и украшений, выполненные из матового сплава. Они буквально отражали суть Виртэна: простой, надёжный и уверенно идущий к своей цели.

Когда замочек щёлкнул на моём запястье, я почувствовала удивительное спокойствие. Дрожащими руками взяла второй браслет и закрепила его на широком мужском запястье. Прохлада металла мгновенно сменилась жаром нашей кожи.

– Навсегда… – выдохнул Виртэн, склоняясь к моим губам.

– Вместе… – прошептала я, подаваясь ему навстречу.

Мир вокруг нас должен был взорваться ликующими криками, но вместо этого наступила тишина… абсолютная тишина, которой не бывает в природе.

Виртэн замер, так и не коснувшись моих губ. Я видела, как застыли листья. Видела, как Гретта, поднёсшая платочек к глазам, превратилась в живую статую. Даже птичьи трели оборвались…

Время замерло, а окружающее пространство окуталось призрачной дымкой и задрожало…

– Да ладно! Быть такого не может! – совершенно неожиданно раздался звонкий голос леди Эйшар.

Наша прекрасная пара...

Глава 50

Эйшар, в принципе, личности весьма решительные были, вот и леди Аэрита с весьма воинственным настроем ко мне подошла.

– Что происходит? – обвела я удивлённым взглядом совершенно неподвижных гостей.

– Явление нам божественного лика происходит! – фыркнула сероглазая глава рода Эйшар. – И чьим божественным покровительством вы пользуетесь, леди Эллия? Кто из Великих и Всемогущих бросил свой благосклонный взгляд на ваш род?

– Тартас Повелитель Смерти… – прошептала я, наблюдая, как фигура Бога Смерти буквально из пространства появляется. Высокий, величественный, безэмоциональный, в развевающихся тёмных одеждах… и как только такого эффекта добился, если даже воздух застыл от его появления? В бездонно-чёрных глазах мерцала бездна, а волосы послушной тьмой ложились на его плечи… Нереально красивый мужчина… жутковатый, правда, но красивый.

– Бесконечной жизни, Ваша Божественность, – присела в поклоне леди Аэрита, не испытывая никакой неловкости в присутствии одного из Творцов этого мира, пока я истуканом стояла и появление самого Повелителя Смерти переживала, который, на минуточку, меня первого поцелуя с мужем лишил!

– Прекрасные создания Риаллана, вы всегда так много думаете… – с отчётливой укоризной произнёс Тартас, глядя прямо на меня.

Вот же… Совершенно забыла об этой божественной способности – чужие мысли читать! И вообще, некрасиво это как-то, в чужой голове копаться… едва эта мысль проскочила в голове, как в воздухе отчётливо божественным раздражением повеяло.

– Бесконечной жизни, Ваша Божественность, – поспешила я повторить приветствие леди Аэриты, стараясь сгладить свои опрометчивые мысли… хотя я ведь права – уже и подумать ни о чём спокойно нельзя.

– По какому поводу визит, уважаемый Повелитель Смерти? – храбро заявила леди Эйшар и ещё меня так плечиком прикрыла. – У нас здесь праздник в самом разгаре, а вы на самом интересном нас прервали… первый поцелуй, как-никак, самый трогательный момент всего обряда…

– Эйшар… – с каким-то обречённым вздохом обронил Тартас и свой взгляд медленно на Аэриту перевёл. – Ваш род справился с одной угрозой, род Гэррош сдержал свои клятвы и уничтожил то, что рано или поздно могло разрушить ваш мир…

– Наш мир, уважаемый Тартас, наш мир, – не только не побоялась перебить самого Бога Смерти леди Эйшар, но и поправить его осмелилась, – и, если я правильно понимаю ваши наклонности, то леди Эллия Гэррош тоже душа иного мира?

Мне и так сложно было слова в предложения складывать в присутствии самого Бога, а теперь и вовсе дар речи окончательно пропал… «Тоже»? Леди Аэрита — попаданка?

– Вы не связаны условностями и правилами этого мира, вы не сдаётесь перед трудностями и боретесь до последнего. У многих благородных представительниц древних родов нет и половины тех качеств, которых