Я вылечу тебя - Джиджи Стикс

кровь за эту женщину, перережу глотку каждому живому существу на этой планете за эту женщину. Я бы украл огонь у богов, лишь бы увидеть, как пламя отражается в ее глазах. Я бы разорвал небеса, чтобы уберечь ее, и пошел бы на все, чтобы удержать ее в своих объятиях.

В ее взгляде я вижу свое предназначение, смысл своего существования, и ничто в мире не имеет значения, кроме нее.

Я запускаю пальцы в ее волосы и притягиваю ее к себе для поцелуя, который по накалу страсти не уступает моему оргазму. Ее губы с жаром прижимаются к моим.

Я обрел новый уровень уверенности в своем маленьком призраке, которого раньше не было, и никогда еще не был так горд.

Когда мы отстраняемся друг от друга, тяжело дыша, я понимаю, что мы не просто перешагнули какой-то порог. Мы создали связь, которую никто не сможет разорвать.

И я сделаю все, что в моих силах, чтобы ее сохранить.

 

75. АМЕТИСТ

Мы чувствуем себя разбитыми после бессонной ночи и остаток дня проводим во сне. Ксеро уверяет меня, что его главный врач и Изабель позаботятся о том, чтобы дети, которых мы спасли, получили помощь в преодолении психологической травмы.

Впервые с тех пор, как я покинула приют, у меня возникает ощущение, что я вернула себе частичку прошлого, которую, как мне казалось, потеряла навсегда. Ксеро был очень терпелив, позволял мне разбираться со своими чувствами в своем темпе и не давил на меня. Он не требовал от меня больше, чем я могла вынести.

Он ворочается рядом со мной, крепче обнимая меня за талию. Благодарность разрастается в моей груди, грозя выплеснуться слезами. Я поворачиваюсь к нему и утыкаюсь лицом в изгиб его шеи, желая продлить это чувство близости, защищенности и тепла.

— Проснулась?

От его мягкого шепота у меня по спине пробегают мурашки. Я мурлычу, прижимаясь к его коже, желая, чтобы этот момент никогда не заканчивался. Его пальцы медленно прокладывают дорожку вдоль моей обнаженной спины, вызывая тихий вздох.

- Спасибо, - бормочу я ему в шею. - То, что ты сделал для меня раньше, значило для меня все.

Он отстраняется и целует меня в висок.

— В любое время, когда ты почувствуешь желание кончить, я буду рядом, и мое тело в твоем распоряжении.

Из моей груди вырывается смешок.

— Ты вызываешься стать моей личной секс-игрушкой?

— Я единственный, кто подходит для этой роли. Всегда готов удовлетворить мою маленькую призрачную девочку.

К моим щекам приливает жар. Я ерзаю у него на груди, желая ответить тем же, но слова застревают в горле. Сейчас я чувствую себя прекрасно и вполне способна наслаждаться прикосновениями Ксеро, но что будет, если я достигну предела? Что будет, если я больше не смогу?

— Голодна? — спрашивает он, отвлекая меня от моих мыслей.

— Который час?

Он нерешительно ворочается на матрасе и берет со столика телефон.

— Пять.

В этот момент мой желудок издает урчание в ответ на вопрос Ксеро. Наконец я открываю глаза и вижу, что в комнате стало темнее из-за угасающего света.

За деревьями вдалеке садится солнце, отбрасывая длинные тени на лужайку.

— Это тот же конспиративный дом, что и раньше? — спрашиваю я, вспоминая его огромные сады.

— Это резервный объект, расположенный в нескольких полях от первого. — Он помогает нам обоим сесть. — Подойти к нему с дороги еще сложнее.

Мы вместе принимаем душ, не торопясь, изучаем тела друг друга, а потом переодеваемся в одинаковые комбинезоны. Бригада техников Ксеро — те же люди, которые оборудовали мое подвальное помещение, — держит их в запасе во всех своих убежищах, как и базовое нижнее белье.

Я изучаю свое отражение в зеркале, все еще не в силах посмотреть себе в глаза. Женщина по ту сторону зеркала выглядит более живой, с покрасневшими губами и раскрасневшейся кожей. Я чувствую себя сильнее, увереннее, лучше контролирую ситуацию.

Ксеро подходит сзади и кладет руки мне на бедра.

— Ты идеальна, — шепчет он, прижимаясь губами к моему затылку.

По моей коже пробегают мурашки. Его ладони скользят вверх по моим бокам, согревая прохладную ткань комбинезона.

Обернувшись в его объятиях, я смотрю ему в глаза и вижу в них обожание и намек на озорство. Я целую его в губы.

— Я могла бы сказать то же самое о тебе, но тогда у тебя будет слишком большая голова.

Его светлые брови взлетают вверх.

— Это не единственное, что у меня большое.

— Твое эго? — Усмехнувшись, я кладу ладонь ему на грудь и добавляю: — Твое сердце.

Взгляд его смягчается, он убирает локон с моего лба.

— Это одна из причин, почему я так сильно тебя люблю, — шепчет он. — Ты смотришь не только на мои чудовищные поступки, но и на человека, которым я являюсь.

— Ты не чудовище, Ксеро, — бормочу я.

Он отводит взгляд.

— Я убиваю с самого детства и руковожу организацией, которая убивает незнакомцев за деньги. По крайней мере, это делает меня злодеем.

Его слова повисают в воздухе. Я смотрю на его профиль, и у меня сжимается сердце от тяжести его признания. Ксеро не дает мне возможности ответить и отворачивается, прежде чем я успеваю понять, что он имеет в виду. К тому времени, как мы выходим из коттеджа и идем по темной лужайке и через рощу, я все еще не могу прийти в себя, а его слова эхом отдаются в моей голове, словно призраки.

Разве мы не похожи? Дельта ломала Ксеро несколько лет. Папа сделал то же самое со мной, с помощью Дельты и Шарлотты, всего за несколько месяцев. Ксеро, может, и профессиональный убийца, но мое прошлое делает меня почти серийным маньяком.

Мы подходим к главному зданию — просторному бревенчатому дому, который сливается с лесом. Над крышей нависают кроны высоких дубов, создавая впечатление, что это дом на дереве.

По периметру бродят вооруженные охранники, их силуэты мелькают, как призраки, в тусклом свете. Когда мы входим через главный вход, Ксеро притягивает меня к себе, переплетая наши пальцы.

— Шарлотта в подземной камере предварительного заключения. Что вы хотите с ней сделать? — спрашивает он.

— Разве она не нужна вам, чтобы получить доступ ко всем документам об усыновлении?

Он качает головой.

— Тайлер уже взломал их. Другой оперативник допрашивает Бекки Тейлор, чтобы выяснить, что