Я вылечу тебя - Джиджи Стикс

языка дразнит мою промежность, и я закатываю глаза. Мое тело дрожит, разум затуманен от непреодолимой потребности. Каждый нерв пылает от необузданного желания.

— Кончи для меня, маленькое приведение. Наполни мои уши звуками твоего удовольствия.

Его нос упирается в мой клитор, и я вскрикиваю.

— Ксеро!

Вибрация его смеха, отдающаяся в моих влажных складках, вызывает новую волну возбуждения, и я вздрагиваю. Затем его язык проникает между складок и кружит вокруг моего клитора. Я сжимаю его волосы и стону:

— Да! Вот так.

— Ты такая чертовски вкусная, — шепчет он, лаская мою разгоряченную плоть. — Как будто ты создана для того, чтобы я тебя ел.

Я прижимаюсь к его лицу, стремясь получить удовольствие.

— Вот так, детка. Используй меня. Бери то, что тебе нужно. Я твой.

Я запрокидываю голову и вздрагиваю. Каждое движение его языка посылает волны удовольствия по моему телу, подталкивая меня ближе к краю. Ксеро чередует мягкие облизывания с более жесткими поглаживаниями, его руки никогда не вторгаются внутрь.

— Еще! — кричу я. — Пожалуйста.

Его язык скользит к моему отверстию и погружается в него с дикой страстью. Я стону, вцепившись в его платиновые волосы. Пока он трахает меня языком, его палец медленно, дразняще обводит мой клитор.

Мои бедра дергаются и сжимаются, усиливая трение. Напряжение нарастает, и ощущения зарождаются глубоко внутри меня. Вот оно. Я сейчас кончу.

Удовольствие нарастает, становясь все сильнее с каждым бешеным ударом сердца. Я бессвязно бормочу, не понимая, умоляю ли его о большем или о том, чтобы он никогда не останавливался.

Ксеро не сбивается с ритма, доводя меня до такого экстаза, что мое тело содрогается. Я цепляюсь за простыни, балансируя на грани забвения.

— Я близко, — шепчу я дрожащим голосом.

— Вот так, детка. Кончи мне на лицо, — рычит он, уткнувшись в мою промежность.

Ощущения нарастают, превращаясь в бурю, которая обрушивается на меня, наэлектризовывая каждый нерв. Оргазм сотрясает мое тело, заставляя мышцы сжиматься и пульсировать. Эйфория переполняет меня, пока перед глазами не начинает все плыть.

Когда волны экстаза стихают, я протягиваю руку и запускаю пальцы в платиновые волосы Ксеро, поднимая его с моих ног. Мое тело все еще дрожит от пережитого удовольствия, я хватаю ртом воздух. Когда наши губы наконец встречаются, это всепоглощающий, безумный и страстный поцелуй, словно мы пытаемся слиться воедино.

Я чувствую свой вкус на его губах и стону. Ксеро углубляет поцелуй, его язык изгибается, исследуя мой рот. Я хватаюсь за его плечи, притягивая его ближе, жажду ощутить его всего, и наслаждаюсь его рычанием.

Все мое существо сосредоточено только на нас двоих, на нашем переплетенном дыхании, слившихся губах, скольжении наших тел. Его руки исследуют мою кожу, оставляя огненные следы, от которых мне хочется сгореть в огне нашего желания.

— Ты — моя зависимость, — стонет он в поцелуе. — От одного твоего вкуса мне хочется передозировки.

— Это было невероятно, — шепчу я ему в губы, мой голос все еще дрожит от силы пережитого оргазма.

— Было? — рычит он. — Я с тобой еще не закончил.

 

74. КСЕРО

Оргазм Аметист навсегда останется в моей памяти. То, как ее тело реагировало на мои прикосновения, было настолько возбуждающим, что я почти решил, что именно я верну ей сексуальность. Она смотрит на меня, дыша приоткрытыми губами, ее зеленые глаза все еще расширены от вожделения. Ее щеки пылают, а красивые локоны влажно блестят на лбу.

— Есть еще кое-что, — шепчет она.

— Я мог бы боготворить тебя день и ночь напролет, но этого было бы недостаточно, — говорю я. Мой голос звучит хрипло от желания.

Ее глаза расширяются.

— Даже с моими шрамами?

В груди все сжимается от острой потребности защитить ее и уничтожить каждого ублюдка, который заставил ее усомниться в моей преданности. Эти шрамы не умаляют ее достоинств. Они делают ее еще более драгоценной. Я крепче обнимаю ее за талию и притягиваю к себе.

— Я чуть не потерял тебя, — рычу я, и мой голос дрожит от сдерживаемой ярости. — Если ты думаешь, что эти царапины уменьшат мое желание, то ты ошибаешься.

Она опускает ресницы, но я не позволю ей снова впасть в отчаяние. Если мне придется тысячу раз повторить, как сильно она меня заводит, я это сделаю.

— Положи свою руку поверх моей.

Подняв взгляд, чтобы встретиться со мной взглядом, она кладет дрожащие пальцы на руку, сжимающую мой член.

— Вот так?

В ее голосе слышится любопытство, напоминающее мне о пугливой девушке, которая первой ответила на мой звонок во время грозы. Она так нервничала тем утром, но я довел ее до оргазма своим голосом.

— Вот так просто, — говорю я со стоном.

Рука Аметист лежит поверх моей, пока я поглаживаю свой член, и ее дыхание учащается. Это все, что мне нужно, чтобы понять, что она возбуждена.

— Тебе кажется, что меня отталкивают твои шрамы? — спрашиваю я.

Она энергично мотает головой, ее кудри подпрыгивают. Один из ее пальцев соскальзывает с моего и скользит по члену, посылая волны удовольствия по всему телу.

Я шиплю сквозь зубы, не сводя с нее глаз, и жду, когда она наберется смелости. Ее прикосновение поначалу нерешительное, едва заметное. Кончик пальца едва касается моего члена. Когда к нему присоединяется второй палец, у меня перехватывает дыхание.

— Все в порядке? — спрашивает она.

— Еще, — стону я, продолжая двигать рукой в том же ритме.

Ощущение ее пальцев на моем члене почти невыносимо.

Когда она облизывает эти пухлые губы, я стону.

Мои бедра дергаются, я хочу, чтобы она добавила еще один палец.

— Вот так, малышка, — говорю я, мой голос хрипит от возбуждения. — Ты отлично справляешься.

Ее глаза сверкают решимостью и желанием, когда она смотрит на меня.

Она медленно берет мою руку в свою, полностью перехватывая инициативу. Ее движения становятся более уверенными, более обдуманными, каждое движение — рассчитанное обещание экстаза. Мои яйца сжимаются, от интенсивности ее прикосновений по спине пробегают мурашки.

— Черт, Аметист, — стону я, мое дыхание прерывается. — Ты сводишь меня с ума.

Уголки ее красивых губ приподнимаются в улыбке, излучая уверенность.

— Ты собираешься кончить для меня, Ксеро?

Ее голос звучит так страстно, что я вот-вот кончу. Когда моя маленькая призрачная девочка стала такой смелой?

— Ответь мне,