Я вылечу тебя - Джиджи Стикс

— Всего тебя, — отвечаю я с придыханием.

Он моргает.

— Ты уверена?

Я нетерпеливо киваю.

С низким рычанием Ксеро снова впивается в мои губы, углубляя поцелуй со страстью, от которой у меня перехватывает дыхание. Его руки скользят вниз, к моему животу, из-под которого выглядывает майка. От его прикосновений по моему телу пробегают искры желания.

— Черт, Аметист. Ты сводишь меня с ума.

Его руки опускаются ниже, и его пальцы скользят по поясу моих брюк, а затем проникают под них. Его прикосновения обжигают мою обнаженную кожу, по спине бегут мурашки. В животе сжимается от предвкушения, с каждым ударом сердца. Если я не возьму его прямо сейчас, я могу умереть.

Когда я тянусь к пряжке его ремня, он отстраняется, и я тяжело дышу, пылая от возбуждения. Его бледные глаза изучают мое лицо, словно проверяя, что я все еще согласна.

— Пожалуйста, — шепчу я, выгибаясь.

Неужели он не видит, что я уже не та взбалмошная девчонка, только что вышедшая из психушки? Я стала сильнее, жестче, увереннее в себе. Я знаю, чего хочу, и это Ксеро. Я хочу сказать ему все это, но у меня просто нет слов.

Вместо этого я расстегиваю его ремень, и мои пальцы дрожат от предвкушения.

С губ Ксеро срывается хриплый смешок. Он наклоняется вперед и шепчет мне на ухо:

— Нетерпеливый, маленький призрак?

— Ты не поверишь.

Я стягиваю с него штаны, обнажая его точеные бедра и очертания невероятно толстого члена. Он напрягается под боксерами, моля об освобождении. Ксеро сбрасывает штаны, оставаясь в одних боксерах. Внутри у меня все трепещет. Не могу сказать, то ли это бабочки в животе, то ли нервы.

Не обращая внимания на странное ощущение, я притягиваю его к себе для еще одного поцелуя.

Наши губы сливаются в порыве страстного желания. Я закрываю глаза и растворяюсь в этом ощущении. Солнечный свет проникает сквозь веки, заливая светом мой внутренний мир. На мгновение мне кажется, что мы с ним — единственные люди на свете.

Когда эрекция Ксеро упирается мне в живот, меня, как ударом под дых, накрывает воспоминание о лечебнице. Я парализована в световом шатре, а Дельта своими щупальцеобразными пальцами извлекает пессарий, наполненный наркотиками. Через несколько секунд он входит в меня и стонет.

В горле у меня застревает всхлип. Я вздрагиваю, вырываясь из воспоминаний, и открываю глаза. Я словно просыпаюсь от кошмара, полусонная, полусбитая с толку, но все еще не могу избавиться от воспоминаний о прикосновениях Дельты.

Ксеро отстраняется, обхватывает мое лицо руками и вглядывается в мои глаза. Его взгляд, еще мгновение назад затуманенный желанием, теперь полон тревоги.

— Поговори со мной, Аметист, — тихо произносит он, вытирая большим пальцем слезу.

— Прости. — У меня перехватывает дыхание. — Я просто все время представляла его.

Лицо Ксеро мрачнеет.

— Моего отца.

— Это было воспоминание, — хриплю я.

Ксеро прижимает меня к своей груди, обхватывая руками за плечи, словно защищая. Он проводит своей большой рукой вверх и вниз по моей спине, его ласка бальзамом действует мне на нервы.

— Он умрет мучительной смертью за то, что прикоснулся к тебе, — рычит Ксеро, и его низкий голос отдается в моей груди. — Каждый из тех ублюдков, которые отняли у тебя что-то, заплатит кровью. Я вырежу их сердца и принесу тебе в дар.

Мои глаза закрываются, и я расслабляюсь в его объятиях.

— Я знаю, что ты это сделаешь.

Его объятия крепкие и надежные. Тепло его ладоней на моей коже привязывает меня к нашей связи. Прошлое не определяет мое настоящее. Я в безопасности. Я в здравом уме. Я сильная.

Прерывисто дыша, я отстраняюсь и смотрю ему в лицо. Ужас отступает, и я теряюсь в его взгляде. Радужки Ксеро бледно-голубые, в них вспыхивают молнии, отражая глубину его ярости.

— Поцелуй меня еще раз, — шепчу я.

Он наклоняется и прижимается губами к моему лбу.

— Я так горжусь тобой.

— Не так, — говорю я, и мой голос становится едва слышен. — Я хочу двигаться дальше в наших отношениях.

— Не заставляй себя, пока не будешь готова, — говорит он.

— Но я устала от того, что меня травмируют.

Он снова отстраняется и кивает, его глаза полны понимания и надежды.

— Мы не будем торопиться. Как только тебе станет некомфортно, я остановлюсь.

— Спасибо, — шепчу я, и у меня словно гора с плеч свалилась. Это едва заметное, мельчайшее изменение в моем душевном состоянии, но я на шаг ближе к исцелению.

Он снова целует меня, на этот раз с нежностью, от которой у меня щемит сердце. Его губы медленно, благоговейно скользят по моим, словно скрепляя обещание. Мы будем двигаться вперед вместе, и наша любовь окрепнет на крови наших врагов.

Пальцы Ксеро рисуют на моей спине нежные узоры, от которых по коже бегут мурашки. Тепло его прикосновения контрастирует с холодом рук, которые когда-то держали меня в плену. Я закрываю глаза, пытаясь сосредоточиться на настоящем, на безопасности его объятий. Но воспоминания терзают мой разум, угрожая утянуть меня обратно во тьму.

— Смотри на меня, — говорит Ксеро, возвращая меня в настоящее.

Ксеро смотрит на меня, в его взгляде смешались желание и беспокойство. Я растворяюсь в его взгляде, отдаюсь моменту, чувствуя, как присутствие Дельты ослабевает, пока не остается только мы.

— Скажи мне, чего ты хочешь, маленькая призрачная девочка, — шепчет он.

У меня перехватывает дыхание. Я с трудом сглатываю, пытаясь подобрать слова.

— Можно я посмотрю, как ты себя ласкаешь?

73. АМЕТИСТ

Ксеро медлит несколько мгновений, не сводя с меня глаз, словно взвешивая серьезность моей простой просьбы. Мы лежим на боку, лицом друг к другу. Тишина между нами затягивается, и я почти жалею, что рассказала о том, что сделали те люди во время принудительного кормления.

Я уже собираюсь сказать ему, чтобы он об этом забыл, но он медленно и размеренно кивает. От этого движения у меня по спине бегут мурашки.

Он откидывается на спину, мышцы его торса напрягаются и перекатываются при каждом движении. Я любуюсь его рельефными грудными мышцами, четкими линиями пресса, необузданной силой широких плеч. Его замысловатые татуировки оживают в завораживающем танце теней и чернил.

Предвкушение и нервозность пронизывают меня до глубины души, пульс учащается с каждым вздохом. Я не могу