Истинная на полставки, или (не) счастье слепого дракона - Любовь Песцова

— Я закрою все бреши одновременно, — сказал я, наконец. — Изнутри.

— Что значит изнутри? — Она вцепилась в мою руку так сильно, что костяшки маленьких изящных пальчиков побелели. — Что значит изнутри, Натаниэль?

— Из мира демонов, — ответил я тихо.

Она замерла. Её лицо побелело, и я увидел, как она закусила губу, чтобы не начать дрожать.

Такая милая привычка…

— Ты с ума сошёл? — прошептала она. — Ты не можешь. Ты не...

— Могу, — перебил я. — Во мне демоническая кровь и сила. Я чувствую их мир, могу попасть туда. И я могу разорвать ту нить, что питает всех этих тварей.

— А потом? — спросила она, и в её голосе звучала такая боль, что у меня сжалось сердце. — Что будет с тобой?

— Я вернусь, — сказал я, хотя сам не был уверен в этом.

Она качнула головой и сжала пальцы на моём предплечье ещё сильнее.

— Должен быть другой способ.

— Всё будет хорошо, — улыбнулся я ей. — Я уже однажды побывал там. Так что не переживай, в этом нет ничего особенного.

Она не поверила. И правильно, если честно.

А ведь я так хорошо умел врать… почему же на ней этот навык не работал?

— Тогда я пойду с тобой!

— Нельзя, — покачал я головой. — Ты не сможешь путешествовать между мирами в своём теле. А вот со мной ничего не будет. Вернусь целый и невредимый, как всегда. Я клянусь тебе.

— А ну прекрати кляться! — сказала она, и слёзы побежали по её щекам. — Мне не нужны клятвы. Просто останься здесь.

Я мягко отнял её руки, а затем взял её лицо в ладони. Она была такой тёплой. Настоящей. Живой.

— Я люблю тебя, — прошептала она. — Я так сильно тебя люблю, невыносимый ты дракон. Я не могу тебя потерять! Это нечестно!

— Знаю. Я тоже люблю тебя, Ирэн. Ты — лучшее, что случилось со мной в этой жизни. И я сделаю всё, чтобы вернуться к тебе.

Она смотрела на меня, и я видел, как её глаза блестят. Чувствовал: ещё секунда и она всё же отправится со мной. Просто вцепится и не отпустит.

Улыбнулся ещё раз и склонился, поцеловав её.

Как же не хотелось отрываться от её губ. Таких мягких, податливых, сладких… Особенно сейчас, когда я понимал, что, скорее всего, целую её в последний раз.

Но это было необходимо, и чем скорее, тем лучше, потому что с каждой секундой решимость таяла.

Разорвав поцелуй, я резко шагнул в пропасть с холма, превращаясь в дракона прямо в полёте.

Это было не для того, чтобы покрасоваться. Просто растягивай я прощание и дальше, возможно, не решился бы уйти.

Бреши действительно росли быстрее, чем можно было себе представить.

Нащупав нить, которая питает их все, я устремился за ней. Спикировав, подхватил когтями тело бывшего друга. Он так заигрался с законами магии, настолько изменил собственную природу, что этот мир отторгает его даже после смерти. Незачем оставлять эту гадость здесь.

Отмахиваясь от волны демонов, которые начали облеплять меня как насекомые у стоячей воды, я рванул в одну из брешей.

И в таком виде врезался в границу миров.

Мир перевернулся. Меня скрутило, вывернуло наизнанку, разорвало и собрало заново. Я летел сквозь темноту, и единственное, что удерживало меня в сознании, была мысль о ней. О её глазах, её улыбке, её голосе.

Не знаю, сколько это продолжалось. В какой-то момент даже показалось, что я не выдержал перехода и умер.

Но в итоге я ощутил удар о землю. Такую же выжженную и мёртвую, как в прошлый раз, когда я побывал здесь десять лет назад.

Сил не было уже ни на что. Даже в драконьем обличии я пошатывался, словно мэтр Лаббэ, который снова перебрал с вином из моего подвала.

Небо здесь было багровым, воздух — раскалённым. И повсюду были демоны.

Они смотрели на меня издалека. Их глаза горели голодом, и они ждали, когда смогут попасть в мой родной мир.

Раскрыв крылья, я взлетел, кое-как подняв тело Адвера, и откинул его подальше от границы миров.

Жрите.

Поднявшись повыше, я ещё раз посмотрел на бреши, на демонов, и нащупал нить, которая связывала два мира.

Сейчас, когда тело Адвера было по эту сторону, она значительно ослабла, но всё равно была достаточно ощутимой. Слишком многих он впустил к нам домой.

Эта нить пульсировала, переливалась тёмным светом, и я понимал, что это сердце всего этого мира. Если я разорву её, бреши закроются. Но что будет со мной?

Я не знал. И мне было всё равно.

У меня уже почти не было сил просто чтобы жить. Я боролся на чистом упрямстве. На том самом скверном характере, за который меня так ругал дед.

Пытаясь уничтожить эту нить, вырвать её с корнем, я вливал в борьбу уже не только магию, но и жизненные силы.

Нить лопнула. Мир вокруг меня содрогнулся. Демоны закричали, их голоса сливались в один протяжный вопль, а я чувствовал, как ворота в этот мир закрываются одна за другой.

А затем я упал.

Тело больше не слушалось. Я лежал на выжженной земле, глядя в багровое небо.

Можно собой гордиться. Я сделал это. Бреши закрылись.

Жаль, что вернуться назад не получится. У меня нет сил даже на то, чтобы дать отпор демонам.

А они приближались. Голодные, злые, смертоносные.

Прости меня, Ирэн. Я не сдержал обещания.

Демоны снова взревели, а закрывающиеся глаза ослепила яркая белая вспышка.

Глава 97

Я смотрела, как он исчезает.

Вот только что он был здесь, рядом со мной. Его губы всё ещё горели на моих, его руки держали моё лицо, а его глаза смотрели на меня с такой любовью, что у меня перехватывало дыхание.

А затем он шагнул в пропасть, превращаясь в дракона прямо в полёте. Его чёрные крылья расправились, он подхватил тело Адвера и… просто исчез. Как будто растворился в воздухе.

Словно его никогда и не было.

— Нет, — прошептала я. — Нет-нет-нет...

— Ирэн! — кто-то положил руку мне на плечо, но я не обернулась.

Я продолжала сканировать пространство, высматривая моего чёрного дракона.

Внизу кипела битва, и даже показалось, что после того, как Натаниэль исчез, магам стало значительно проще