Измена. Я сам всё разрушил - Аня Дарк

Сыну Петьке уже два с половиной. Смышленый парень растет. В нём я и нашел свой новый смысл жизни. Хотя, признаюсь, решился на это не сразу.

Ира нашла меня через несколько месяцев после того, как я, уволившись одним днем, свалил в другой город. Снял какую-то хрущевку, а на оставшиеся деньги пил. Безбожно. Так, чтобы не было сил снова поехать к Вере.

Даже дверь Лисице открыл не сразу. Сделал это, когда она уже упорно давила на кнопку звонка. Добилась своего. Открыл.

А потом как-то само так вышло, что мы стали жить вместе. Ей уже совсем скоро рожать, вот и подорвался я как миленький. Устроился на работу. Хорошую, между прочим. Сняли с ней квартиру в приличном районе и даже расписались. Машка, дочь Иры, решила жить со своим отцом. Оно и к лучшему. А когда Петька родился, я растворился в нем без остатка.

Но и про дочь не забывал. Исправно слал ей деньги. Точнее, Вере, с пометкой “для Кристины”, чтобы не возвращала. И даже здесь она повела себя без истерик. Тихо принимала каждую монету.

Со мной дочь только недавно начала общаться, и то через губу. Сам виноват. Заслужил. Недавно ей исполнилось восемнадцать. Взрослая совсем. Красивая такая. Как ее мать. Именно в такую я в нее влюбился.

Смотрю на них со стороны, и сердце кровью обливается.

Вера. Она ожила. Похорошела. Засияла ярче звезд.

И причина этого блеска рядом с ней. Мужик. На дорогущей тачке. В костюме. Но не это главное. Он смотрит на нее так… Так, как хочу смотреть я. Только права не имею.

Приобнимает ее, а я каменею. Напрягается каждая клеточка. Иголкой дотронься — лопну.

Больно, но я не могу оторвать глаз.

Мужик открывает дверь своей тачки для Веры, но сесть не дает. Сжимает в объятиях и целует. Не мимолетно, а так, как делает это тот, кто ночами творит гораздо более сумасшедшие вещи.

И понимание этого бьёт прямо в цель. Меж рёбер. Насквозь.

А когда поцелуй заканчивается, и я вроде снова могу дышать, Вера нежно так, по-родному, проводит пальчиками по его щеке. А у меня в этом месте словно лезвие проходится, оставляя глубокий шрам.

Они не видят меня. Уезжают. И я возвращаюсь домой. Где меня ждет сын и жена. Ира. С ней у нас давно всё поутихло. Сложно с ней. Ругаемся часто. Как я сразу не разглядел ее скверного характера? Только за сына ей благодарен. На том и держимся.

Жалею ли я о том, что сам разрушил свою семью? Очень. Всё бы отдал, чтобы исправить самую ужасную ошибку своей жизни. Только это невозможно.