Всего лишь бывшие - Ольга Сергеевна Рузанова

Закидываю в себя бутерброд с сыром и ветчиной, запиваю его полстаканом кефира и сразу ложусь в кровать. Няша, сытый и довольный, устраивается под боком. Урчит, время от времени, скобля шершавым языком мою руку.

В телефоне с десяток сообщений от подруги Дианы. Короткие, эмоциональные, они рассказывают о том, что она снова разбежалась со своим парнем. Я уже не помню в который раз.

Но знаю, что пройдет неделя, и они снова помирятся.

Записываю голосовое, пытаясь успокоить, а самой так хочется поделиться с ней тем, что происходит сейчас в моей жизни. Но терплю, потому что это минимум до трех ночи. Да и не в том она настроении, чтобы выслушивать мое нытье.

Диана не была свидетелем нашего с Россом развода. Мы познакомились и подружились гораздо позже — три года назад. Из друзей эпохи «До Росса», я, кроме Саввы, вообще ни с кем не сохранила отношений. Как-то не получилось.

И Савелия в моем окружении сейчас не было, если бы не его настойчивость.

«Давай, на выходных в бар сходим. Или в клуб» — строчит Диана, готовая пуститься во все тяжкие после очередного расставания.

«На следующих, окей? На этих встреча одноклассников»

«Вау! У тебя жизнь ключом бьет. Не то, что у меня»

Если бы Диана знала, каким ключом она бьет. Прицельно в лицо или в затылок, когда этого совсем не ждешь.

Сплю я на удивление крепко и просыпаюсь утром от тихого «мяу» в ухо ровно за минуту до будильника.

В офис прибываю вовремя, несмотря на затор на дороге из-за перекрывшей движение аварии. Глотая горячий кофе, привожу в порядок мои волосы и придирчиво осматриваю себя в зеркало. Мой психолог несомненно увидел бы символизм в моем внешнем виде — наглухо застегнутая под горло белая блузка, широкие брюки и пиджак серого цвета. Ни единого намека на кокетство или желание понравиться.

Я не задумывалась об этом, когда утром выбирала, что надеть. Пускай, за меня это сделало подсознание.

— Доброе утро, — здороваюсь с Валерией, которая, чуть опоздав, спешно раздевается в приемной, — У себя?..

— Давид Олегович вызывал? — уточняет она и после моего кивка подходит к двери и тихонько стучит в нее.

Я почти не волнуюсь. Не больше, чем если бы вместо Росса меня ждал Родимцев.

— Проходи, — говорит секретарша.

Давид сидит за столом и внимательно смотрит в экран компьютера. Резко подняв глаза, припечатывает меня взглядом, от которого кожа вмиг покрывается мурашками. Я выдерживаю этот контакт, но трачу на это больше усилий, чем мне хотелось бы.

— Доброе утро, Ксения, — произносит, наконец, — Присядь.

Бесшумно двигаясь по покрытому ковролином полу, я приближаюсь к столу и занимаю один из стульев. Не самый удаленный от Росса, но и не тот, что ближе всего к нему.

Все это время он наблюдает за мной.

— Какие вопросы у тебя возникли? — начинаю первой.

Он переводит взгляд на монитор, а затем возвращает его к моему лицу. Молча смотрит, а у меня появляется ощущение, что это проверка моей стрессоустойчивости.

Какого черта тебе от меня нужно, Росс?!

— В нескольких договорах указаны некорректные скидки, идущие вразрез с тарифным планом компании. Я не нашел ни одной сноски под договором, поясняющей это.

Он все же успел проверить отчет. Окей.

— Имеешь в виду Лонг Лайф?

— Его в том числе. Чья это была инициатива, Ксения?

— Лично Родимцева, — говорю я, — Думаю, там имели место личные договоренности.

Давид откидывается на спинку кресла и немного отъезжает назад. Две верхние пуговицы его белоснежной рубашки расстегнуты, плотно обтянувшая его широкие плечи тонкая ткань являет взору прекрасно проработанные мышцы. Росс всегда с уважением относился к своему телу.

— Еще пару таких договоренностей, и можно было бы выводить фирму на банкротство.

— Начальству виднее, — отвечаю философски.

Дверь за моей спиной открывается, и через пару секунд на стол передо мной опускается поднос с двумя чашками кофе.

— Это все вопросы? — смотрю на него, когда Валерия выходит из кабинета.

— Выпей кофе. Не спеши.

— Я уже выпила...

Снова повисает пауза, и между нами звенит напряжение. Это наше общее прошлое молча напоминает о себе. Я не хочу тащить его в настоящее, и собираюсь сопротивляться этому всеми силами.

— Я изучил твой отчет.

— Оперативно, — роняю тихо.

— Он грамотный и корректный относительно поставленной задачи, за исключением одного нюанса.

— Какого?

— В нем нет предложений по оптимизации коммерческого взаимодействия с фирмами — партнерами.

— Я должна была внести свои предложения? С каких пор...

— Я хочу видеть твои предложения, Ксения, — перекрывает поток моих возмущений, — Прежний тарифный план давно устарел и является одной их причин, по которым ваша компания оказалась в столь сложном положении.

— Я не собираюсь в этом участвовать...

— Мне нужен новый план, Ксения. Если он мне понравится, тебе не нужно будет искать новую работу.

Не слишком аккуратно отодвигаю чашку с кофе и поднимаюсь на ноги.

— Иди к черту, Давид!.. Я не собираюсь работать под твоим началом!

Взгляд Росса прошивает насквозь. От ударившей в грудь молнии на мгновение темнеет в глазах.

— Хватит от меня бегать, Ксения! — припечатывает он, — Считаешь себя взрослой, веди себя соответствующе.

— С чего ты решил, что я повзрослела?! — выпаливаю громко, — Я все та же малолетка!

Дрогнувшие уголки строгих губ Росса последнее, что я успеваю увидеть перед тем, как пулей вылетаю из кабинета.

Глава 12

Давид

На повестке дня работа с налоговой и проверка отчетов в эту не самую любимую Родимцевым инстанцию. Если Никонова найдет косяки и там, буду менять весь финансовый отдел.

Звонок от матери ненадолго выдергивает из рабочего процесса. Показав Косте взглядом на выход, я принимаю вызов.

— Привет, мам.

— Здравствуй, сынок, — говорит она ласково, пользуясь своим голосом как оружием, — Заедешь сегодня?

Я был у нее сразу по приезду. Не так давно, если учитывать, что последние пять лет мы виделись не чаще двух — трех раз в год. Она никогда не давала понять, что для нее этого мало — я никогда не был маменькиным сынком.

— Завтра. Сегодня до поздна работаю.

— Совсем не отдыхаешь, — произносит ворчливо, — буду ждать тебя завтра.

— Мама...

— Что?

— Как давно ты в последний раз общалась с Ксенией? — спрашиваю с целью избавиться от одного подозрения.

— О, Господи... зачем тебе?.. — восклицает она.

— Просто ответь.

Развернувшись в кресле, поднимаюсь на ноги и подхожу застекленному стенду с грамотами от министерств торговли и промышленности. Вижу в нем свое нечеткое отражение. Волчий взгляд исподлобья