Развод. Игра в правду - Галина Колоскова

– Спасибо, – говорю я. – Спасибо за всё. За то, что не дал мне сбежать. За то, что заставил поверить в себя.

– Я ничего не заставлял, – он качает головой. – А только показал дорогу. Пройти её ты должна была сама.

Официант приносит нам кофе. Ароматный. Горячий. Мы пьём и говорим. Не о шоу. Не о Денисе. О простых вещах. О книгах. О музыке. О том, чем пахнет дождь в большом городе.

Я смотрю на него и понимаю. Здесь нет ведущего и участницы. Нет спасителя и спасённой. Есть двое людей, нашедших друг друга в огне скандала. Мы видели самые тёмные уголки наших душ. И не испугались.

– Я уезжаю, – говорю, надеясь на его поддержку. – В Питер. Делать новое шоу.

– Я знаю, – улыбается он. – Мне уже сказали. Поздравляю.

– А ты? – спрашиваю, пока не решив, чем закончится этот вечер. – Что будешь делать?

– Продолжать, – пожимает он плечами. – Играть в правду. Пока есть силы.

– Это благородно, – говорю совсем не то, что хочу.

– Это необходимо, – поправляет он.

Мы снова замолкаем. Ощущаю физически, как между нами протягивается невидимая нить. Хрупкая. Но прочная.

– Питер не так далеко, – я смотрю на него. Прямо в глаза.

– Совсем недалеко, – соглашается он. Его пальцы лежат на столе. Рядом с моей рукой. – Хоть самолётом, хоть «Сапсаном».

Я улыбаюсь. Вот то, чего я хотела. Чувствую, как во мне рождается что-то новое. Не жажда мести. Не боль прошлого. Надежда. Тихая. Уверенная.

Я прощаюсь с прошлым. С Вероникой, которая боялась, но доверяла и плакала в пустой квартире. Она была частью меня. Но теперь я намного больше.

Выхожу из кафе. Ян идёт рядом, провожая меня до отеля. Мы неспешно идём по ночному городу. Два взрослых, состоявшихся человека. Фонари отбрасывают длинные тени. Мы не держимся за руки. Но мы вместе.

У входа в отель я останавливаюсь, поворачиваюсь к нему.

– Спасибо, – говорю ещё раз. За всё.

– Не за что, – его глаза в свете фонарей кажутся тёмными. Глубокими. – Это твоя заслуга. Ты нашла в себе силы.

Он не пытается меня поцеловать, не обнимает, смотрит особенным взглядом. И этого достаточно, чтобы понять, что судьба свела нас не просто так.

Захожу в отель. Поднимаюсь в номер. Подхожу к окну, выходящему на центральный вход, и знаю, что там увижу. Ян всё ещё стоит внизу. Он смотрит наверх. Машет рукой. Потом поворачивается и уходит.

Я смотрю на высокую удаляющуюся фигуру. На сердце тепло. Уверена, это не последняя наша встреча. Это начало новой частоты. Новой жизни. Где правда – не оружие, а основа. Где уязвимость – не слабость, а сила. Где я – это я, женщина с прошлым. И этого достаточно.

Я остаюсь у окна. Смотрю на огни большого города. Они мигают. Как звёзды. Как новые возможности. Я улыбаюсь. Впервые за долгое время чувствую, что нашла дом. Рядом с ним. В себе.

Эпилог

Через полгода.

Я думаю о Денисе. Иногда. Очень редко. Как о болезни, которую я перенесла. Его осудили. За подлог. Клевету. Мошенничество. Он звонил мне. После приговора. Голосом сломанного, жалкого человека умолял о встрече. Говорил, что всё осознал. Что я в его жизни была единственной, по-настоящему любимой женщиной.

Я не отвечала. Долго слушала установившуюся тишину в трубке. Потом положила её. Навсегда. Его новая жена подала на развод сразу после того эфира. Та самая, верная женщина, с идеальными волосами, фигурой и исключительным вкусом. Она оказалась умнее, чем я думала. Не стала дожидаться, пока потонет корабль Дениса.

Я не испытываю к нему ненависти. Только лёгкую грусть. За ту счастливую семью, которой мы могли быть. Если бы он выбрал другой путь. Но он выбрал этот. И мне пришлось выбирать свой.

Моя месть оказалась величайшим подарком судьбы. Не потому, что он проиграл. А потому, что я выиграла. Я обрела не только карьеру. Не только любимого мужчину. Я обрела себя. Настоящую. Ту, что не боится правды. Даже самой горькой.

Я сижу в студии. Передо мной – камера. Красная лампочка загорается. Значит, скоро эфир. Делаю глубокий вдох. Не от волнения. От удовольствия. Я люблю этот момент. Тишина перед началом. Ожидание.

Моё шоу называется «Настоящий Разговор». Мы говорим о важном. О страхах. О доверии. О том, как остаться собой. Я не даю советов. Я делюсь тем, что думаю. Слушаю. И это работает.

Смотрю на своё отражение в мониторе и не узнаю в нём женщину, что боялась собственной тени. Теперь мой взгляд спокоен. Уверен. В глазах горит свет. Не глянцевый. Не телевизионный. Подлинный. Из глубины души.

До эфира пять минут. Дверь в студию открывается. Входит Ян. Мой жених. Наша свадьба через неделю. Я ещё не привыкла к этому слову. «Жених». Оно звучит слишком мирно. Счастливо.

Ян подходит совсем близко, не боясь камер и чужих взглядов. Кладёт руку мне на плечо. Его прикосновение тёплое, твёрдое, знакомое.

– Готова? – спрашивает он тихо.

– Всегда, – улыбаюсь в ответ.

Мы смотрим друг на друга с любовью в глазах. Не целуемся при всех. Нам не нужно. Всё уже сказано. Взглядами. Невинными прикосновениями в короткие моменты перед эфиром.

– Госпожа Трофимова, – проговаривает он чуть слышно на ухо. Испытывая мой новый, пока ещё непривычный статус.

Чувствую покалывание на щеках. Я ещё не привыкла и к этому. К его фамилии. К нашему общему будущему.

Его ассистентка смотрит на нас. Она молодая, романтичная. Вижу её взгляд, полный мечтаний. Я пример состоявшейся сказки. Она шепчет что-то гримёру. Тот улыбается. Они все рады за нас. За нашу историю. Которая началась в аду, а продолжается здесь. В свете софитов. Наполненная нашим счастьем.

Ян наклоняется. Целует меня в щёку. Быстро. Нежно.

– Удачи, – желает ещё раз. – Я в первом ряду.

Он уходит в зал. Я смотрю ему вслед. Потом поворачиваюсь к камере. Красная лампочка горит ровно. Пора.

Режиссёр отсчитывает последние секунды. Пять. Четыре. Три.

Я смотрю в объектив и вижу за ним тысячи глаз. Женских глаз. Они ждут. Ждут правды. Ждут силы. Ждут надежды.

Два. Один.

Я улыбаюсь. Искренне. По-настоящему.

– Добрый вечер, – говорю им. Мой голос льётся ровно. Спокойно. – Я – Вероника Трофимова. И это – «Настоящий Разговор».

В зале аплодисменты. Тихие. Уважительные. Я ловлю взгляд Яна. Он сидит в первом ряду. Смотрит на меня с гордостью. С любовью.

И я понимаю. Всё, что было – боль, предательство, ложь – всё это было нужно, чтобы привести меня сюда. К этой камере. К этому мужчине. К