Хозяйка времени - Арина Теплова

— Почему же, позвольте вас спросить?

— Потому что все сундуки с деньгами боярина Волкова, хранящиеся в нашей палате, скреплены княжеской печатью, — проскрежетал Ершов.

— Так распечатайте. В чем, собственно, дело?

— В том, что боярин Волков государственный преступник. И потому на все его золото и монеты наложена печать великого князя Драгана. И все денежные средства боярина принадлежат казне.

— Что? То есть вы не дадите мне сто рублей в обмен на этот вексель?

— Нет. Это теперь бесполезная бумажка. Так как все деньги боярина Волкова конфискованы великим князем.

Опешив от слов дьяка, Вера пару раз моргнула.

Что говорил этот сухощавый служака?

Что денег ей не даст?

Но ей позарез нужны были деньги. На улице ее ждала голодная девочка, а на соседней улице пустой грязный дом. Где не было не только еды, но даже дров для обогрева!

Глава 5. Кренделек

Вспомнив про деньги в своем кошельке, Вера поморщилась. Все же решила попробовать. Она достала две тысячи и потянула их мужчине.

— А эти деньги могли бы вы обменять?

— Что это? Никогда не видел таких бумаг.

— Это деньги из другого княжества. Могли бы вы обменять их?

— Нет. Из других княжеств мы меняем только золото.

Вера была в полной растерянности. На что они купят еду? Сейчас все оказалось так ужасно, что она не знала, что ей делать.

— Позвольте, но где же мне взять денег, если эти векселя потеряли свою ценность?

— Не могу знать, сударыня. Вы родственница боярина Волкова? — строго спросил Ершов.

Поняв, что это очень опасный вопрос, Вера тут же ответила:

— Нет.

— Откуда же тогда у вас именные векселя на его имя?

— Господин Волков просто расплатился за мою работу векселем. Вот и все.

— Ясно. Но все равно не могу вам ничем помочь.

— Это какое-то возмутительное безобразие! — воскликнула Вера в неистовстве, вскакивая на ноги.

— Почему же безобразие? Боярин Волков опасный преступник и потому не имеет права иметь денежных средств! Так написано в соборном уложении княжества! — ответил ей высокомерно дьяк.

— Позовите вашего начальника, я хочу с ним говорить!

— Он не будет разговаривать с вами, сударыня. Я уже все вам объяснил по этому недействительному векселю. И вообще, советую вам покинуть нашу палату.

— Я никуда не уйду, пока вы не выдадите мне деньги! Мне они очень нужны!

— Может быть, вызвать отряд стрельцов из Благочинного приказу? — с угрозой произнес дьяк, также поднимаясь на ноги. — Чтобы вы покричали уже там! Как раз и объясните окольничему приказа, какую такую службу вы выполняли для государственного изменника Волкова!

— Ничего я не собираюсь объяснить, — хмуро произнесла Вера, понимая, что пора уходить, пока этот вредный дьяк действительно не позвал стрельцов. — Если вы не хотите обналичить мои веселя, я пойду в другое место.

— Я бы никуда не ходил на вашем месте, сударыня! Вам не обналичат эту бумагу ни в одной Денежной палате княжества! Все деньги и золото боярина Волкова изъяты в княжескую казну.

Вера окатила дьяка негодующим взглядом и, резко развернувшись, устремилась прочь из палаты, видя, как немногочисленные люди вокруг на нее косятся.

Уже у выхода ей преградила путь дородная дама, одетая в белое платье с голубой вышивкой в виде рисунков гжели, в высокой фетровой шляпке-боярке и с ридикюлем на локте.

— Дорогая! — придержала женщина Веру за локоть. — Мы могли бы поговорить?

— Мы знакомы, сударыня? — удивилась молодая женщина.

— Нет. Но я хотела бы поговорить с вами. Выйдем на улицу, а то здесь много лишних ушей.

— Хорошо, пойдемте, — согласилась Вера и последовала за богато одетой дамой на улицу.

Они остановились чуть поодаль от крыльца.

На вид женщине было около пятидесяти лет. Темные волосы, чуть тронутые сединой, добрые глаза и участие на лице навели Веру на мысль, что женщина не желает ей ничего плохого.

— Вы бы, дорогая, больше не показывали никому этот вексель. Это опасно. Боярин Волков и другие из княжеской думы объявлены изменниками. Их ищут и уже многих обезглавили.

— Вы это так точно знаете?

— Мой сын состоял в думе. Но ему, к счастью, удалось бежать в другое княжество. Он спасся. Потому послушайте моего совета, более никому не говорите, что у вас есть этот вексель.

— Благодарю, сударыня, я поняла.

— Откуда вообще у вас вексель боярина Волкова?

— Я новая няня Ладомиры Волковой. Ее отец оставил несколько векселей нам на жилье. Мое им Вера Лебедева.

— Лебедева, хорошая фамилия, — улыбнулась женщина. — Наша.

— Ваша?

— Да. Но все же печально, что все деньги Волковых изъяты в казну. Даже не знаю, как вам помочь, — сокрушалась приятная боярыня. — Золотые слитки моего сына тоже конфискованы. Я живу только на свои сбережения, которые достались мне по наследству. У меня, к сожалению, нет лишних денег, чтобы вам помочь.

— Я понимаю.

— Но все же вот, возьмите на первое время, — женщина стянула с пальца золотой перстень с изумрудом. — Продадите, пока вам хватит.

— Нет. Я не возьму, — замотала головой Вера. Она, конечно, была очень благодарна женщине, но вот так побираться на улице было неприемлемо. — Уберите, пожалуйста. Это же наверняка ваш фамильный перстень.

— Вы правы, моей матушки. Простите я не хотела оскорбить вас, только помочь, — кивнула женщина, снова надевая кольцо.

— Да, я понимаю.

— Я очень хорошо знала семейство Волковых. Бедная матушка Мирочки, Драгомила, так печально закончила свои дни.

— Она ведь недавно умерла? — спросила Вера, желая больше узнать о ней, чтобы быть более осведомленной о жизни своей воспитанницы.

— Ее убили.

— Как?!

— Да-да, именно так. Но говорите, пожалуйста, потише, дорогая, — с опаской попросила женщина, оглядываясь по сторонам. — Здесь шныряют кто ни попадя. Особенно много соглядатаев великого князя. Не стоит им слышать наш разговор.

— Но кто ее убил?

— Никто не знает. Драгомила пошла на рынок, и на улице кто-то кинул в нее камень. Прямо в голову, да так сильно, что пробил висок. Она умерла прямо посреди улицы.

— Какой ужас.

— И не говорите, дорогая. Это случилось как раз через месяц, после того как боярина Демьяна Волкова арестовали и хотели казнить.

— Вы и про него знаете?

— Еще бы. Они с моим сыном близкие друзья. Но этот разговор не для улицы. Если хотите, я могу вам все рассказать более подробно, позже. Я так понимаю, вы живете в усадьбе Волковых?

— Да. С Ладомирой и боярыней Баженой.

— Это хорошо, что теперь они не одни, — улыбнулась печально женщина. — Но я не могу более с вами говорить. Еще увидят нас вместе. А это очень опасно для меня и моего семейства.