Отец подруги. Ты моя проблема - Ульяна Краш

Воздух кажется ледяным на моей обнажённой коже. Он отстраняется на мгновение, чтобы сбросить собственные брюки, и я задерживаю дыхание при виде его возбуждения. Большого, твёрдого, с каплей влаги на кончике.

Не знаю, что меня ведёт в этот момент. Словно древний инстинкт пробуждается. Я тянусь к нему, обхватываю его член рукой. Он не просто выглядит твёрдым, ощущение, будто он выкован из стали. Наклоняюсь и пробую на вкус. Я никогда этого не делала, но сейчас так хочется поцеловать его, сделать приятно.

Моё сердце колотится так сильно, что я слышу его стук в ушах. Воздух между нами наэлектризован, каждый вдох обжигает лёгкие. Я чувствую, как дрожат мои пальцы, когда они плотно обхватывают его — горячий, пульсирующий, покрытый тонкой сетью вен.

— Ты уверена? — его голос звучит хрипло, но я уже опускаю голову.

Сначала просто касаюсь губами — лёгкий, неуверенный поцелуй в самый кончик. Солоноватый вкус его предсеменной жидкости заставляет меня моргнуть от неожиданности. Он вздрагивает, и это придаёт мне смелости.

Я медленно провожу языком по всей длине, от основания к головке, как будто пробую мороженое. Его мускулы напрягаются под моими ладонями, живот втягивается резким движением.

— Блядь… — сквозь зубы вырывается у него, когда я, наконец, беру его в рот.

Мне приходится широко открыть рот, чтобы принять хотя бы часть. Губы растягиваются, слюна скапливается в уголках, когда я начинаю медленно двигаться вверх-вниз. Одна рука остаётся у основания, синхронизируя движения с губами.

Он хватает меня за волосы, но не толкает, просто держит, пальцы слегка дрожат.

— Медленнее... Да, вот так... — он направляет меня, и я послушно уменьшаю темп, позволяя языку играть с чувствительной уздечкой под головкой.

Я плотнее обхватываю губами, создавая вакуум при каждом движении вниз. Его бёдра непроизвольно подаются вперёд, но он сдерживается, не давая себе войти глубже.

Внезапно он резко отстраняет меня.

— Хватит, — его голос звучит чужим, хриплым.

Но я вижу в его глазах то, что заставляет моё сердце бешено колотиться — он поражён. Поражён тем, что девственница, которая никогда этого не делала, заставила его потерять контроль за считаные минуты.

— Будет больно, — предупреждает он, его пальцы скользят по внутренней стороне бедра.

— Я знаю, — шепчу в ответ. — Но ты сделаешь это лучше, чем… — я замолкаю, когда вижу бешенство в его глазах.

— Если я тебя лишу девственности, ты будешь только моей. Никаких других. Поняла? — строго говорит Борис, хмурит брови. Я могу лишь только кивнуть, слишком много чувств вызывают его слова.

Первый его палец входит легко — я уже мокрая от его ласк. Второй — осторожно, растягивая, готовя. Я хватаюсь за простыни, когда он находит внутри меня какую-то особую точку, от которой всё тело вздрагивает.

— Охуенная девочка, — шепчет он, целует мой живот, а его пальцы продолжают подготавливать меня.

Когда третий палец присоединяется, я скулю от переполняющих ощущений. Больно, но и чертовски приятно.

— Теперь я хочу попробовать тебя, — его голос звучит глухо, прежде чем он прижимает рот к моей промежности.

Я вцепляюсь в простыни, когда его язык проникает в меня, плоский и горячий. Он ласкает, сосёт, доводит до дрожи, пока я не начинаю задыхаться, не чувствую, как внутри и ширится, нарастает что-то невыносимое...

— Нет, не сейчас, — он резко поднимается, лишая меня надежды на большее. — Ты кончишь со мной.

— Потерпи, — он вынимает пальцы, и я чувствую, как его член упирается в моё лоно.

Первое давление — острое, жгучее. Я впиваюсь ногтями в его плечи.

— Дыши, — он целует меня, пока медленно, сантиметр за сантиметром, заполняет собой.

Слёзы выступают на глазах, когда он полностью входит. Он замирает, давая мне привыкнуть.

— Всё? — спрашивает он хрипло.

Я киваю, обвивая его бёдра ногами.

Его первый толчок заставляет меня вскрикнуть — но уже не от боли. Второй — глубже, точнее. К третьему я начинаю двигаться ему навстречу, ловя этот странный новый ритм.

— Боже, как ты тугая… — он склоняется надо мной, его дыхание горячее на моих губах.

Его руки подхватывают мои бёдра, меняя угол, и вдруг — волна удовольствия накрывает с головой. Я задыхаюсь, цепляясь за него, пытаясь выплыть, но меня словно водоворот затягивает в глубину.

— Вот так… — он рычит, чувствуя, как моё тело сжимается вокруг него. — Кончай для меня.

И я не могу ослушаться. Спазмы начинаются глубоко внутри, разливаясь горячими волнами по всему телу. Он ловит мой крик поцелуем, продолжая двигаться, пока его собственное наслаждение не настигает его.

Он кончает мне на живот с тихим хриплым стоном, пряча лицо в изгибе моей шеи.

Мы лежим так несколько минут. В голове пустота. Двигаться совершенно не хочется.

Первым приходит в себя Борис.

— Как ты? — его голос звучит неожиданно мягко.

Я качаю головой, чувствуя странную лёгкость во всём теле.

Он целует меня в лоб и встаёт.

— Спи. Завтра будет сложный день.

Но я ловлю его руку, молча смотрю на него. Говорю только единственное слово.

— Останься.

И он остаётся. Ложится рядом, прижимая меня к себе. Сейчас мне хочется больше всего на свете, чтобы эта ночь не заканчивалась никогда.

Глава 12

Не успеваем расслабиться. Чувствую, как с живота стекает жидкость, его сперма.

— Мне надо помыться, — смущённо бормочу я.

Борис подхватывает меня на руки, и я вцепляюсь в его плечи от неожиданности. Он держит меня так легко, будто я пушинка. Борис несёт меня через затемнённую спальню в ванную. Я прижимаюсь к его горячей груди, чувствуя, как его сердце бьётся так же часто, как моё.

— Ты немного испачкалась, — его голос звучит хрипло, когда он ставит меня на холодный кафель и включает воду.

Я смущённо опускаю взгляд — внутренняя сторона бёдер действительно в лёгких мазках крови. Он наклоняется, проводит пальцем по моей коже, и его глаза темнеют.

— Ничего страшного, — шепчу я, но он уже набирает ванну, добавляя пену с тонким ароматом лаванды.

— Залезай, — приказывает он, но я тяну его за руку.

— Только если со мной.

Он хмурится, но через секунду уже сбрасывает с себя боксеры и шагает в воду следом за мной. Горячая вода обволакивает кожу, а его руки — моё тело. Он сажает меня между своих ног, спиной к его груди, и берёт мочалку.

— Расслабься, — шепчет он мне в ухо, пока мылит мои плечи, руки, грудь.

Но расслабиться невозможно — его прикосновения будто разжигают меня снова. Каждое движение мочалки превращается