Скрипка. Будь моей - Катя Хеппи

— Ладно. Пусть будет туалет… Чем грязнее будут фото, тем привлекательнее статья, а соответственно больше ажиотажа вокруг “Опасных”. Только нужно ещё успеть на волне хайпа записать и выпустить новый трек…

Говорю же, что работа позволяет мне все воспринимать иначе…

Я не разлетелась на щепки от того, что Пантера определил мне место рядом с говном в унитазе… Так только несколько косточек хрустнуло и сломалось. Ничего страшного… Одной меньше, одной больше — какая разница, если по итогу я все равно, скорее всего, окажусь полностью сломанной.

Дело времени… и силы ненависти Дана.

Хочет унизить?

Пускай, особенно если ради дела…

В любом случае я от этого выиграю. И дело даже не в пиаре “Опасных”, а в моей свободе. Сережа даже если и захочет проигнорировать новости о неверности своей жены и оставить между нами все как есть, то не сможет. Его родители не позволят. Они с самого начала были против нашего брака, да и вообще родства с Беловым. Уже тогда все знали о финансовых проблемах моего отца. Но сын настоял, и они, в конце концов, согласились, поставив, конечно, условие брачного контракта и скорого пополнения семейства Дементьевых. Но время шло, наследник не появлялся, невестка чудила, а тесть все тянул и тянул деньги. Поэтому уверена, что сейчас они обрадуются такому очевидному поводу для развода.

Лишь бы Сережу этот повод тоже удовлетворил… Лишь бы он приехал в Москву и подписал документы о разводе, которые я уже давно подготовила. Потому что если нет, то мне все-таки придется поехать в Англию, откуда я могу не вернуться, если захочет Сережа… У него найдутся там связи, чтобы запретить мне выезд из страны.

Поэтому можно меня даже не пытаться отговаривать…

Моя свобода дороже и так помятой гордости…

— Анька, спятила, — встрепенулся Тоша. — Ты слышала, что он предложил?

— Пантера, не дури, — с другой стороны подошёл к вопросу Пума. — Ты явно переступаешь черту.

— Аня, нужен скандал для прессы, давай я Пантера морду набью… Притом мне и так давно этого хочется... - вцепился мне в предплечья Тигран, желая неверно встряхнуть меня, чтобы проверить мою адекватность.

— Оставим это на потом, — улыбаюсь я парню, стараясь этим заверить его, что нахожусь в здравом уме. Сердце только подбито. — Нам нужен долгосрочный эффект, чтобы эту тему долго мусолили со всех сторон. Нужно. чтобы вспомнили и наши прошлый роман, и неожиданное расставание, и…

— Белова, ты понимаешь, что журналисты докопаются и до того, что где-то за бугром у тебя есть рогоносец муж… — просверлил меня взглядом Пантера.

— Ань, мне чему удивиться больше тому, что ты прямо сейчас замужем или что когда-то была девушкой Пантеры? — сжал больно моё предплечье Тигран.

— А внешне выглядит как ангелок? Правда, Тигр? — скривился Дан, отдирая от меня руку Аязова. — Но в реале сука сукаю… Корыстная, лживая, изворотливая…

— Пантера, я предпочитаю сам составить мнение о человеке, а не полагаться на чужое.

Мне кажется, я даже слышала, как от напряжения трещит воздух в моем кабинете.

— Мужу я все объясню, — лепетала я, отодвигая Аязова от гневно зыркавшего на него Дана. Странно, но мне было легче прикоснуться к груди Тиграна и оттолкнуть его, чем даже просто подойти близко к Чернову. Я не боялась его, но знала, что прикоснусь и ещё одну косточку выломает подпрыгнувшее от удовольствия сердце. А мне этого не хотелось, хотелось подольше остаться живой. Я все-таки надеялась, что мне просто нужно больше времени, чтобы вернуть Дана. — А с Пантерой у нас были фиктивные отношения, пиар-задумка.

— Пиа- задумка, — повторил за мной Чернов с глазами полными ярости. — В любом случае не гони в эту сторону, Тигр. У нашего менеджера уже полный комплект. На работе — я, дома — муж. А ты нервно куришь в сторонке…

— Это вряд ли, Пантера. Потому что, если я захочу, я найду себе место “между”...

Я даже возразить ничего не успела, так как Тигран уже сгреб меня в охапку и отодвинул от налетающего то ли на него, то ли на меня Чернова.

Взмах, удар и Аязов сплевывает кровь на пол, а Жека и Тоша заслоняют или сдерживаю Пантеру…

А все, на что меня хватило, — это вцепиться руками в подоконник и смотреть невидящим взглядом в окно, слушая за спиной рычание “Опасных”. Я больше не хочу оказаться ни на руках Тиграна, ни Дана, ни кого-то еще… Поэтому справлюсь с собой… Поэтому не упаду в обморок.

Было ожидаемо, что это произойдет, потому что Пантера не умеет терпеть рядом людей, которые ему неприятны. А Тигран, по мнению Чернова, предал его и группу.

Как и я…

Поэтому недостоин больше общества Дана.

Как и я…

Я и Аязов сплотились, потому что остальные “Опасные” не так явно, как лидер, но с опаской относятся к нам, не доверяют.

— Тигран, тебе пора… Фотосессия. И не забудь “сегодня, Ассоль, ресторан “Гринвич””, - отчеканила я не поворачиваясь. — Пантера, жду тебя сегодня там же после двадцати одного. А сейчас все вон отсюда. Идите работать…

Глава 11

Дан

— Если я захочу, я найду себе место “между”...

— Ммм… — потянул я невнятно, но более доходчивый ответ аккумулировал в прямом в челюсть.

Если кто-то и может быть с ней, то я и только я.

Меня буквально порвало от наслаждения, когда из угла самоуверенной улыбки Аязова потекла кровь.

О да! Блаженство!

И ни хуя это не ревность… Так выброс гнева…

Потому что если это была бы ревность, то я должен был выдрать Тигру его лапищи, которыми он прикасался к ней, а потом заняться и стервой Скрипкой…

Для нее у меня была бы припасена более изощренная расплата за эти румяные щечки и блестящие в сторону Тиграна глазки. Закинуть на плечо, утащить в родительский дом, чтобы там ее дикие крики только зверей в лесу пугали, и приковать цепями к кровати. И вот такую беззащитную медленно и ритмично истязать ласками, но не давая возможности дойти до предела.

Блядь…

Я ее хочу… Еще больше, чем раньше…

Потому что запретна…

Потому что недостойна даже моего члена…

Если только одноразовый трах как сдача за мою к ней ненависть…

И как бы я хотел представить это жестко, грубо и сразу до основания на полной скорости, но даже в фантазиях это выходило нежно и осторожно. Даже на мнимых картинках в моей свихнувшейся башке мне нужно было бесконечно долго целовать ее, гладить своим языком ее язык, не