Его омега вне закона - Пенелопа Джемисон

«Благодаря Эшле я понял, насколько глубоко проникло сопротивление».

Аделай не использовал кодовое слово «посылка», как мы договорились. Вместо этого он назвал ее по имени. Это было опасно и безрассудно. Король не был ни тем, ни другим.

«Посылка защищена, но этот канал может быть взломан. Переключаюсь на второй канал».

После того, как я напечатал свой ответ, я отправил код для отключения этого канала, чтобы его снова нельзя было использовать. С этого момента сообщения от короля будут приходить на мой наручный коммуникатор.

— Замок по-прежнему в безопасности? — спросила Эшла. — Зилин и остальные?

— Да, замок в безопасности, и восстание пока контролируется.

Как долго это будет продолжаться, вот в чем вопрос.

— Ого. Ты только что на моих глазах перешел в режим солдата. Я не знаю, радоваться мне или раздражаться.

Я быстро смахнул поцелуем ее ухмылку.

— Поражаться. Твоя пара — такой же воин, как и ты.

— Моя пара. Тебе лучше быть поосторожнее, — нежно сказала она. — Это звучит опасно, как обещание.

Так оно и было. Но в те дни я жил в опасности. Никто не мог сказать, что я пообещаю этой женщине, прежде чем мы покинем наше убежище. Эшла села, вытянув руки высоко над головой, и долго потягивалась. У нее стройное тело. Она — произведение искусства, и все же боевые шрамы, полученные в Бесплодных землях, портили ее кожу. Прошлой ночью я отдал им особое внимание, поцеловав и облизав каждый из них.

Она заметила, что я наблюдаю за ней, и ее щеки порозовели. Ее застенчивость затронула какую-то мужскую часть меня, которую я не мог объяснить. Часть меня, которая хотела спрятать ее навсегда и преподнести ей все, что она захочет, на гребаном блюдечке с голубой каемочкой.

— Я собираюсь принять душ, — сказала она, вставая и натягивая на себя простыню. Я схватил ее за край как раз перед тем, как она проскользнула мимо кровати.

— Оставь ее здесь.

Она уронила простыню, и ее взгляд снова стал горячим.

— Ты можешь присоединиться ко мне.

— Дай мне пять минут. Мне нужно сообщить королю последние новости.

Она закрыла дверь в ванную, прежде чем я поднялся с кровати и взял свой коммуникатор и надел на запястье. Меня ждали четыре непрочитанных сообщений от Аделая, с пометкой «СРОЧНО».

— Черт.

«Кое-что случилось. Немедленно возвращайся в замок. Доставь посылку».

Следующие три были почти такие же, за исключением того, что содержали различные уровни угроз. Никаких упоминаний о взломе коммуникаций.

Я напечатал ответ.

«Посылка еще не отправлена. Посылка горячая. Все еще в опасности. Совет».

Ответ Аделая пришел быстро.

«Горячая? Скажи, что это означает не то, что я думаю».

«Так и есть», — ответил я.

На этот раз ответ пришел через несколько минут.

«Это не имеет значения. Ты должен немедленно вернуться с посылкой».

Я нахмурился. Король просил меня вернуться, хотя Эшла еще не в состоянии путешествовать, и каждый волк в радиусе ста миль почуял бы ее запах? Безрассудно.

«Как я пойму, что это ты? Другой канал взломали. Подтверди личность».

На моем наручном коммуникаторе зажужжал немедленный ответ.

«Двенадцать. Восемь. Два нуля».

Это королевский код безопасности. Мы договорились об этом давным-давно, когда я только строил этот бункер.

Это подтвердило, что я разговаривал с Аделаем. Я уставился на дверь ванной, обдумывая свой следующий шаг. Аделай был моим королем — и до того, как я оказался здесь с Эшлой, что значило чертовски много — но он своей просьбой подвергал опасности мою пару.

Просьба? Это не просьба. Это приказ, и от меня ждали, что ему подчинюсь. Как всегда.

«Почему?» — я быстро набрал что-то на своем коммуникаторе.

«Почему? Потому что я твой чертов король».

«Я обещал, что сохраню посылку», — написал я. — «Ты просишь меня нарушить это обещание без каких-либо объяснений», — какой же я генерал, если не спрошу, если не поставлю под сомнение странные просьбы Аделая?

Какая же я пара?

«Против посылки выдвинули обвинения. Доказательство вины».

У меня замерло сердце. Доказательство вины? Какие могут быть доказательства, если Эшла не сделала ничего плохого?

«Она невиновна», — написал я в ответ.

«Она должна предстать перед судом. Ради блага всей нашей стаи, они должны видеть, что справедливость всегда торжествует».

Я поверил ей, когда она сказала, что невиновна. Но… но даже если это не так, я готов бросить вызов своему королю, чтобы уберечь ее от беды.

Черт. Долг против моего сердца всегда было тем местом, где мне суждено разыграть настоящую битву.

«Солен, дело не только в посылке. И против тебя так же есть улики».

Я запрокинул голову, перечитывая сообщение снова и снова. Улики против меня? Невозможно. Я всегда был предан Аделаю больше, чем кто-либо другой. Против меня не было никаких улик.

«Что за доказательства?» — спросил я.

«Возвращайся в замок, у нас будет суд».

«Чушь. Ты знаешь, что это чушь собачья», — в глубине души я чувствовал, что меня предали. За все эти годы Аделай ни разу не сделал мне ничего плохого. Но сейчас? Неужели он использовал меня и Эшлу, как пешек в своих политических целях?

«Чушь это или нет, но это приказ, и я жду, что ты ему подчинишься. Возвращайся домой».

Я встал и изо всех сил швырнул наручный коммуникатор об стену, разбив его вдребезги. Я сжал кулаки, когда ярость наполнила меня до краев. На этот раз я не подчинюсь своему королю. Не тогда, когда он потребовал выдать мою пару.

Я не мог. Не после того, как дал обещание защищать ее. Если она не может быть со мной в безопасности, тогда… когда же она вообще будет в безопасности? Этот вопрос задавал себе каждый омега. Когда мы будем в безопасности?

Мы. Омегу учат сражаться бок о бок со своей парой.

Я решил сражаться бок о бок со своей.

Восставшие беты могли использовать кого-то другого, чтобы склонить короля на свою сторону. Но это не мы с Эшлой.

Я предпочел бы быть преступником со своей парой, чем козлом отпущения в заговоре с целью свержения короля.

Я не альфа. Я не омега. Я где-то посередине.

И именно там я планировал остаться.

Глава 10

Эшла

Как бы ни было приятно, что Солен помог мне пережить течку, от душа также потрясающие ощущения. Душ в бункере омег для защиты при течке всегда считался роскошью, о которой можно только мечтать, но в этом случае все еще лучше: струи воды били