Модная лавка госпожи Сильваны. Упс, а король-то голый! - Элен Блио

— Ты… ты торгуешь поцелуями?

— Я? Нет. Но это будет урок вам. Не распускать руки и… губы.

— Что?

— Стойте смирно, ваше высочество! Начинается процедура снятия мерок.

Я взмахнула рукой, и тотчас мой магический портновский метр с удивительной проворностью стал летать вокруг принца, обвивая его руки, ноги, талию, бедра и прочие выпуклости и впуклости.

Жоффрей, с которого я сняла заклятие молчания и неподвижности начал

напевать какой-то бравурный марш, словно помогая длинному, узкому, юркому метру.

Карандаш ловко записывал мерки, которые передавал ему метр на листе бумаги.

Жозефина приторно ахала, а Зингершильда ей вторила и снова строчила невидимую, несуществующую ткань, блаженно постанывая.

Да, швейные машинки определённо очень похожи на своих хозяев.

Александер смотрел на это с любопытством и некоторым ужасом.

Словно впервые видел летающие, поющие, говорящие предметы.

Конечно же это было не так.

Наследный принц был магом самой высшей категории и, разумеется, видел в своей жизни много всякого.

Хотя подобного, наверное, и нет.

— Ваше высочество, не нужно втягивать живот, иначе в новом парадном камзоле вы будете страдать.

— Втягивать что? Живот? Но… у меня нет живота! Это… это пресс!

— Не спорьте, ваше высочество, мне лучше знать, что такое пресс, а что такое животик. Да, и не нужно так вытягивать шею. И вообще, расслабьтесь, иначе на помолвке вы будете страдать.

— Я и так буду страдать.

— Интересно, почему?

— Потому что я не люблю невесту.

Упс…

Вот это откровение, так откровение!

Я растерялась так, что на мгновение потеряла связь со своими магическими предметами.

Метр плавно опустился на шею принца, карандаш и бумага упали на стол, Жоффрей выдал какую-то странную какофонию звуков, а Жозефина и Зингершильда заскрипели и замолчали.

— Что?

— Я не люблю её. — повторил Александер в полной тишине. Мне казалось, я слышу, как стучит моё израненное сердце.

— Зачем же тогда женитесь?

— Не знаю. Возможно, я устал ждать… и искать…

— Ждать и искать кого?

— Свою любимую…

— О-о…

Магические предметы как-то разом всколыхнулись, опять издав подобие то ли стона, то ли скрипа.

— Вы что-то сказали, госпожа Сильвана?

— Я… я просто хотела… У вас что, есть любимая?

— Была. Она у меня была. Но, увы… я потерял её.

— То есть… то есть как?

— Это давняя, длинная история.

— Расскажите коротко.

— Я любил её, сильно любил и думал, что она любит меня, но оказалось, она охотилась за древним артефактом моей семьи, хотела использовать его в своих магических целях.

— Неужели? — Сердце моё отбивало какой-то немыслимый ритм, то ли стремительной королевской тарантеллы, то ли страстной южной сальсы.

— Да, я был в этом уверен. Я позволил себе слабость полюбить, но сумел собрать силы и согласиться на наказание преступницы.

— И… что же это было за наказание?

— Её изгнали, лишили диплома магической Академии, и отобрали титул и имя.

— Это… жестоко. — Я едва могла проглотить ком в горе, мне было так больно и обидно! Я не думала, что снова будут переживать подобные эмоции, с меня словно заживо сдирали кожу!

— О, да… моя красавица, это было жестоко. Особенно… особенно когда я понял, что малышка Лиана была не виновна.

— Что? — я не смогла сдержаться, эмоции переполняли, магия моя вышла из-под контроля и портняжный метр плавно обвив шею принца затянул на ней петлю…

Глава 10

Сто ежей мне в печень!

Как любил повторять ректор нашей Академии Кастракис Попадакисс, который когда-то ходил в кругосветку на корабле с самым знаменитым мореплавателем нашего времени Доном Диего Колумбарио Да Вивра.

Получается, Александер был в курсе, что я не…

Интересная получалась история.

Я смотрела на принца, который хрипел, пытаясь снять с горла неожиданную удавку и у меня не было никакого желания ему помогать.

— Вы… а… госпо… жа… Сильва… на… по… по-моги-те…

Принц показывал на метр, на свою напряжённую шею, глаза его вылезали из орбит, а я…

Я вспоминала бедную, несчастную, потерянную девочку — почти ребёнка! — отчаянно влюблённую и потерявшую сразу всё.

Любовь, образование, возможность использовать родовую магию, будущее, имя!

Я потеряла всё из-за него!

А он!

— Госпожа… — прошептал Жоффрей, — он же сейчас того этого. Окочурится!

— Превратится в нежить. — испуганно пропищала Жозефина.

Я хлопнула в ладоши и портняжный метр сначала резко взмыл вверх, а потом упал к моим ногам.

— Извините, маленькая техническая неувязка. Не все магические предметы подчиняются мне тут у вас, в вашем королевстве, в Коруне.

— Что? Почему? — Александер продолжал хрипеть, потирая горло.

— Не знаю, что вам и сказать, такое впечатление, что в центре столицы постоянно глушат магию.

Да, да, я знала, что так и есть.

Особенно если кто-то из высокопоставленных особ появлялся в городе. Магию глушили специальными заклинаниями, чтобы подавить несанкционированное использование.

Хорошо, что на моей лавке был специальный ПВН код — зашифрованный передатчик, который сбивал с толку глушилки, доставляя до нужных ведомств информацию, что я нахожусь в другом месте, в таком случае магия проходила почти беспрепятственно.

Иначе как бы я могла работать?

Одними патентами сыт не будешь.

— Госпожа, я… я надеюсь, измерения окончены? Не хотелось бы снова…

Я подошла к столу. Посмотрела на записи.

— Да, ваше высочество, всё в порядке, но…

— Вы можете приступать к созданию вашего, то есть моего костюма?

— Мы можем сейчас увидеть его в моём магическом зеркале, становитесь на подиум, вот сюда.

Я говорила-говорила… скорее машинально, чтобы чем-то занять мой рот и не орать.

А орать хотелось!

Громко орать!

Как ты посмел царственная скотина так мерзко обойтись со мной?

Разрушил мою жизнь!

До основания!

Просто в прах превратил!

А теперь… теперь смел объяснять, что любимая невиновна?

Нет уж, ваше высочество! Так не пойдёт! Я вас выведу на чистую воду!

Чистейшую как родник в Катарийской пустыне!

Я была зла, очень и очень зла, но в то же время…

Пока его высочество взгромождался на подиум я размышляла. Как бы разговорить его? Чтобы такое придумать, чтобы не навлечь на себя подозрения?

Я взмахнула рукой, чтобы открыть магическое зеркало и…

О, Великий Мерлин!

Чего я точно не ожидала так этого!

Его высочество, наследный принц Коруны, надежда нашего королевства, гарант магического статута, а также прав, привилегий и обязанностей граждан предстал передо мной в отражении абсолютно…

Абсолютно голый!

В первозданном виде.

Моргана меня побери…

Глава 11

Голый принц.

Серьёзно?

Но как?

То есть, вот буквально, в чём мать родила!

Ведь принцы рождаются такими же как