Черные галстуки и невинная ложь - Кэт Синглтон

Когда у меня наконец получается убедить ее, что я все ей расскажу, как только сама разберусь, приходится потратить еще четыре минуты на сборы всех вещей и быструю оценку отражения в компактном зеркальце из сумочки.

Еще минуту я бегу. Дарла пытается закидать меня вопросами в спину, но я только улыбаюсь.

– Буду скучать, Дарла, – вру. Обвиваю вокруг нее руки и сжимаю коллегу в объятиях. По ней я не буду скучать ни секунды, но какая-то часть меня будет тосковать по этому месту. Я ненавидела свои проекты, но все же – это моя первая настоящая работа. Мы начинали вместе с Эммой, и оставлять все позади – немного грустно.

Кто знает, может, я вернусь, когда наш обман с Бэком закончится. Но надеюсь, что нет.

Бэк очень злится, когда я вхожу в огромный вестибюль. Он прижимает к уху телефон, очевидно, с кем-то увлеченно беседуя. Разговор сдержанный, а вот его взгляд – противоположность этому слову.

Я попала. Глубоко сведенные брови красноречиво мне об этом говорят.

Почему это приводит меня в восторг?

Я останавливаюсь напротив него, Бэк продолжает разговаривать с кем-то по телефону. Мой приход он оценивает лишь коротким кивком в сторону двери. Я без слов понимаю, чего он хочет.

Он направляется к выходу на своих длинных ногах. Бэк даже не оглядывается проверить, иду ли я следом. Ему и не надо. Я слишком заинтригована его появлением и пойду за ним без уговоров.

Он очевидно злится, что я опоздала, но все равно придерживает для меня дверь. Прежде чем выйти, поворачиваюсь и мило улыбаюсь Бэрри.

– Пока, Бэрри! Я буду скучать! – посылаю ему воздушный поцелуй, с удовольствием смотрю, как Бэрри наслаждается вниманием, ловит поцелуй и кладет его в карман.

Поворачиваюсь к выходу и замечаю, что Бэк закончил разговор. Его глаза буквально примагничены ко мне. Хотела бы я знать, что означает это его выражение лица. На секунду злость в его взгляде исчезает, на смену приходит нечто другое, то, что я не понимаю.

Как только я выхожу на улицу, он отпускает дверь и ведет меня к черному внедорожнику. Водитель в костюме ждет нас у задней пассажирской двери. Как только мы подходим, он растягивается в улыбке и открывает нам дверь.

Я резко останавливаюсь. А точно ли это хорошая идея? Садиться в эту машину? Бэк – мой начальник и мой будущий жених, наверное, ему можно доверять. Но часть меня колеблется. Возможно, потому, что двое этих мужчин одеты так, словно собрались на торжественное мероприятие, а на мне дырявые джинсы из Levi’s.

Я перевожу взгляд с мужчины, открывающего дверь в машину, на Бэка.

– Меня не предупредили, что нужно надеть вечернее платье. Простите.

Водитель пытается сдержать улыбку. Он настолько усердно старается сохранить свою маску серьезности, что его щека дергается.

Бэк не настолько мной доволен. Он залез на задние сиденья машины и протягивает мне руку, кажется, чтобы помочь сесть. Он осматривает мою одежду, по телу пробегают искры.

– Надо будет поговорить с вашим HR по поводу дресс-кода, – чеканит он, не сводя глаз с дырки на моем колене, сквозь которую видно загорелую кожу.

Я опускаю глаза и оцениваю остальные дырки на штанах, пожимаю плечами. Меня такие комментарии не задевают.

– Ой, я одета не по дресс-коду. Дарла выписала мне штраф, как только я зашла в офис.

Теперь Бэк не может сдержать улыбки, но у него бороться с эмоциями получается лучше, чем у водителя. Бормочу слова благодарности и залезаю в машину, игнорирую вытянутую руку Бэка. Он молча позволяет ей упасть.

– Значит, не успела получить повышение, как тут же нарушаешь правила?

Водитель Бэка – надо выяснить его имя – аккуратно захлопывает за мной дверь, обходит машину и садится.

Я мотаю головой:

– Я всегда правила соблюдала. Просто сегодня мой последний день, вот я и разрешила себе одеться удобно. Будь я главной, во всех компаниях по пятницам дресс-код не действовал бы.

– Учту, – он бросает взгляд на сиденье. – Пристегнись.

Я прикусываю язык, чтобы не ляпнуть: «Ты теперь мой начальник, но это не значит, что ты можешь каждую секунду указывать мне, что делать».

Ему не нравится мое молчание. Одним резким движением он тянется к ремню и пристегивает меня сам.

– Я не ребенок, могла бы и сама!

Он взглядом привинчивает меня к сидушке. Его лицо находится до опасного близко к моему. Настолько, что горячее дыхание щекочет щеку. Запах его парфюма обволакивает. На короткий миг Бэк опускает глаза на мои губы. Он буквально отрывает их от моих приоткрытых губ, мрачным, как ураган, взглядом смотрит мне прямо в глаза.

– Я опередил.

С трудом отвожу от него взгляд, иначе утону в этом моменте. Стоило бы злиться, что он ворвался в мою жизнь и, как с катапульты, запустил ее в противоположном направлении, но я испытываю только восторг.

– Куда мы едем? – спрашиваю и выглядываю в окно, водитель отъезжает от обочины.

– Прежде чем мы что-либо будем делать, тебе нужно вот это подписать, – Бэк вытаскивает из портфеля папку и бросает ее между нами.

Я поднимаю бумаги и пробегаюсь глазами по куче юридических терминов, которые моя голова никогда не усвоит.

– Это соглашение о неразглашении, Марго, – объясняет он, внимательно за мной наблюдая. – Тебе необходимо его подписать, прежде чем мы продолжим.

Я хмурюсь, пытаясь понять, что все это значит. Пролистываю бумаги и замечаю выделенные хайлайтером места, в которых должна подписать. Я, конечно, смотрела повторы «Закона и порядка» по телевизору, но они не дали мне достаточную терминологическую базу, чтобы понять в этих бумагах хоть что-то. Бросаю на Бэка скептичный взгляд.

– Я тут ничего не понимаю, – трясу папкой. – Откуда мне знать, что я не отдаю тебе первенца?

Водитель выдает смешок. Я усмехаюсь, довольная тем, что наконец-то расколола этого собранного парня.

– Рад, что она тебя смешит, Эзра, – Бэк недовольно смотрит на мужчину – Эзру, очевидно – в зеркало заднего вида. Тот лишь бросает на начальника беглый взгляд, а потом сосредоточенно смотрит на дорогу.

– Прошу прощения, сэр, – откашливается он. – Но и правда было смешно.

Я расплываюсь в улыбке и довольно смотрю на Бэка.

– Он мне уже нравится!

– Спасибо, мисс Моретти, – говорит Эзра, не переводя глаз с дороги.

Бэк раздраженно вздыхает. Он смотрит на папку, которую я все еще держу в руках.

– Поверь мне, я не планирую уводить у тебя имущество. Все мои сотрудники подписывают соглашение о неразглашении. Это стандартная процедура. Твой лучший друг Эзра тоже