Тесса, бастардка князя - Марина Николаева (ЛФР)

с длинными когтями опускались ниже колен.Волколак был одет в широкие шаровары чёрного цвета, подпоясанный широким кушаком, за который был заткнут короткий кинжал. Дракон и Керим пошли вперёд, я натянула стрелу с серебряным наконечником.Зверь, обнажив огромные белые клыки,пошёл навстречу, вытянув когти.Прыжок не застал нас врасплох. Керим и Вери отпрянули в стороны, обнажив мечи.Моя стрела попала в живот, раздался жуткий вой. Волколак полетел на землю, но быстро поднялся, вытащил стрелу,разломал пополам и выбросил, серебряный наконечник остался в теле. Я приготовила вторую стрелу. Волколак крутился вокруг нас,искал слабину. Но у него не получалось.Зверю не хватало умения и опыта. Явно, колдун только недавно научился оборачиваться. Уж этому нас, охотников, в своё время учили. Царапина на лапе, нанесённая мечом дракона, расширилась, кровь закапала сначала скудно, потом все щедрее. Волколак выбрал дракона и кинулся на него. Я пустила вторую стрелу, попало в бок. Дракон увернулся, стремительно шагнул в сторону и полоснул своим серебряным кинжалом брюхо волколаку.Тяжело раненый волколак упал на землю. Из брюха вывалились кишки. Керим прямым ударом полоснул по раненой лапе, и почти отрезал ее, лапа провисла на коже.Подоспевший Вери засадил кинжал по самую рукоять под левый бок, меж рёбер, в самое сердце. Все трое, почти одновременно, отпрыгнули от волколака. В смертельной конвульсии зверь дёргался, хрипел, тянул свои оставшиеся три лапы в нашу сторону.С последней попыткой волколак приподнялся и… рухнул на землю.Голова его дёрнулась, челюсти щёлкнули. Дракон с полуоборота размахнулся и полоснул под нижней челюстью, по глотке. Теперь мы смотрели, как из шеи волколака вытекает, пульсируя,чёрная кровь. Глаза зверя в последний раз вспыхнули оранжевым светом и погасли.

— Всё, — тяжело выдохнул дракон.Нам оставалось только и смотреть, как с волколака сползает и исчезает волчья шкура. Вскоре перед нами лежал уже человечек среднего возраста и невысокого роста, с узкими глазами, полоской усиков над тонкими губами.Дракон подошёл поближе, тронул его кончиками ботинок и вздохнул. Может быть, они в прежней жизни были знакомы? — промелькнула мысль в голове. Но лучше промолчать. Нас, охотников, учили молчать и наблюдать тоже.

— Сжигать будем? — спросил у Керима.

— Да, — прохрипел лодочник.

Оставшуюся часть ночи мы собирали валежник, сжигали тело волколака и пили кумыс, который нашёлся в доме лодочника. Керим не забыл позвонить в колокол сигнал отбоя. С той стороны реки тоже просигналили звоном колокола, мол, поняли, что живые. Утром нас, тяжело больных головой от похмелья, забрала Фатима. Весь следующий день мы никуда не ехали, отсыпались, помылись в бане, затопленной женой Керима, ели, похмелялись кумысом, снова спали.И только на следующее утро мы выехали, побратавшись с Керимом.

Глава 12

Тёплая ночь, с дыханием ветра,чуть колышущим молодые листья тёрна, накрыла чёрным бархатным покрывалом озеро и нависшую над ним невысокую скалу с семью гранитными статуями девушек. Древние мастера смогли вырезать на граните отчаяние и толику надежды на лицах семи сестёр. С протянутыми вверх руками, с молитвой на устах они обращаются к богу — громовержцу Азлади.

— Семь дней и шесть ночей бежали девушки по степи из рабства, а на седьмую ночь поняв, что убежать не получится, обратились они с молитвами к богу Азлади забрать их на небо. Смилостивился бог, пожалел их, взял девушек на небо и превратил их в семь звёздочек. Люди так и называют это созвездие — Семизвездие, — тихо прошептал мне Вери легенду о семи статуях.

— А что случилось с их преследователями? — спросила я.

— Бог — громовержец запустил в них карающими золотыми стрелами, они обратились в пепел.

— Хорошая история, — промолвила я, глядя из укрытия на четырёх степняков, сидящих вокруг костра, едящих жареное мясо и пьющих что-то пьянящее из своих бурдюков. Со стороны костра начали смеяться, видимо алкоголь ударил в голову мужчинам. Лошади степняков, стреноженные, изредка всхрапывали. Недалеко от костров сидели пленники, связанные по рукам и ногам, им дали только воды.Это были три мальчика — подростка и две девушки.По их речи было понятно, что это жители Саргуна.Пленники молча наблюдали за степняками.До границы Саргуна остался один день пути. Видимо, степняки совершили набег на приграничную деревеньку. Сторожил их крепкий воин, не сводивший взгляда от своей добычи, красивой молодой крестьянки. Мы не столкнулись со степняками только благодаря драконьей чуйке. Целый день ехали по пыльной дороге, среди редких буро — зелёных холмов и глубоких оврагов, мечтая к вечеру добраться до озера. И вот, мечтала искупаться в тёплой воде и постирать одежду, а получилось, как всегда, впереди новая проблема.Лошадей спрятали в дальнем овраге, а сами ползком пошли разведать обстановку.

— Начнём? — спросил дракон. Я кивнула головой. Вери пополз к костру. Через несколько минут раздался уханье совы и я пустила стрелу в сторожа пленников. Стрела попала в непокрытую лохматую голову, нелепо взмахнув руками, он упал на спину. Пленники зашевелились и поковыляли в сторону скалы, к густым камышам. Мальчик — подросток догадался захватить меч убитого воина и стал с помощью него резать веревки. У него почти получилось, как один степняк, с толстым, как тыква, животом, кряхтя, встал и направился к пленникам. Заметив, что пленников маловато, а сторож лежит на спине, он успел только взвыть, как стрела попала ему в глаз. Его вой и шум упавшего тяжёлого тела привлек внимание двух сидевших степняков. А третий завалился на спину, сражённый кинжалом дракона. В это время мальчишка разрезал веревки и с криком бросился к костру. Но, когда он добежал до костра, сражение уже закончилось, так и не начавшись. Третья моя стрела сразила еще одного степняка в грудь. А голова последнего валялась на земле, отрезанная мечом дракона. Сова ухнула, и я, пригнувшись побежала к костру. Дракон и мальчишка ждали меня чуть подальше от костра, от света. У мальчишки, подростка лет 14, подрагивали руки.

И тут третий степняк, сраженный моей стрелой в грудь, застонал. Мы все втроём окружили его.

— О, тут броня совсем хороша!-воскликнула я, разглядывая крепкую, кожаную броню с железными нашлёпками на раненом степняке. Где только достал? Такую броню не стыдно носить и именитому стражу.

— Пощадите, — захрипел разбойник, — Меня дома ждут старые отец и мать.

— А мать моя тоже умоляла? Ей вы глотку перерезали? — закричал парнишка, покрепче прихватывая тяжелый меч.

— Женщина? Нет, она только шипела, как змея, проклиная меня, — выдохнул насильник и ухмыльнулся щербатым ртом. Мальчишка замахнулся мечом, но тут Вери захватил у