Сосед с прицепом - Анна Мишина

— Да, Вер Иванна, дома мы.

— Вот и славно, всё, еду, — и отбивает звонок.

Я же переключаюсь на то, чтобы немного прибраться. Почему-то чувствую себя немного неловко. Но к приходу Веры Ивановны у меня нагрет чай и сделаны бутерброды и почти готова шарлотка. Зачем? Не знаю, просто не привыкла я встречать гостей с пустым столом.

— Надя, здравствуй, — входит она и тут же ведет носом по воздуху. — Печешь?

— Да, сейчас с вами чаю попьем, — приглашаю ее за стол.

Пока я достаю пирог, она достает из пакета шторы. И для кухни, и для комнат.

— Ой, какие красивые, — радуюсь я. — А вам…

— Я себе сменила все. А тут все с собой забрала женщина, которая тут жила. Но то ее были, а куда делись старые, я уже и не знаю.

Так и проходит время, за разговорами с ней.

После того как уходит, я разглядываю шторы. По запаху понимаю, что они чистые. Порошком еще пахнут. И тогда принимаюсь их развешивать. В кухне. На окне, пока вешаю, зависаю, разглядывая двор. Все-таки тут мне действительно нравится. Затем перехожу в зал. И потом уже иду к сыну. Он так и лежит на кровати, снова зависая в телефоне. Отобрать бы, да будет скандал.

— Марк, — зову его.

Молчит.

Ладно… выхожу из комнаты, как только заканчиваю со шторами. С ними сразу добавилось уюта в квартире. Уже хорошо.

Затем зависаю снова в поисках работы. Но ничего интересного и цепляющего не нахожу. Затем все же решаюсь на то, чтобы подать заявление на развод. Захожу в приложение, долго копаюсь и разбираюсь что и куда.

А когда оживает телефон, я автоматом отвечаю, не задумываясь, кто звонит.

— Надя, — слышу голос мужа. Вернее, бывшего же уже.

Сердце пропускает удар.

— Лёня, — отвечаю.

— Надь, чего ты дурку гонишь, а? — Снова упреки. — Ты о сыне подумала?

— А ты думал о нем, когда… — Не договариваю.

— Это другое.

— Ну да, это другое. Конечно. Как дело касается меня — так дурка, а как тебя — так… — Начинаю злиться.

— Мне пришло уведомление. Ты с ума сошла? Какой развод?

— А что я, по-твоему, должна была делать? — Искренне не понимаю.

— Людям свойственно ошибаться, Надя!

И тут я зависаю.

— Это было ошибкой. Хватит страдать ерундой. Возвращайся, и сделаем вид, что ты никуда не уезжала и не устраивала скандалов, — выдает мой бывший благоверный.

Нет, ну это надо сколько уверенности в своей персоне.

— Я уехала без скандалов. И это не ерунда. Для меня. Всё, — Хочу закончить разговор.

— Тогда ты нарываешься, дорогая моя жена. Останешься ни с чем, и сына я у тебя заберу, — Звучит без угрозы в голосе, но довольно уверенно.

Я застываю. Знала же, что другого от него и ждать не стоит.

— Посмотрим, — Выдаю чуть тише, чем хотелось бы, и сбрасываю звонок.

Глава 10. И снова, здравствуйте!

*Надя*

Неделя пронеслась в суматохе и поисках работы. Но… Ничего интересного так и не нашлось. Одно радует, что Марк ходит в школу. Несколько дней на меня обижался. И даже не хотел разговаривать, но к концу рабочей недели оттаял. В дневнике стали появляться хорошие оценки. Даже будто завел новых друзей. Это если совсем обтекаемо.

В выходные был Лёва. Припер телевизор и установил его в зале. Марк сначала возмутился, но быстро свернул свои эмоции и закрылся у себя с телефоном в обнимку. А я? Ну зачем он мне, телевизор этот?

— Для фона, — бубнит Лев, вешая плазму на стену. — Да и так, чтобы от тишины с ума не сойти.

Новая неделя начинается с чашки кофе, который я себе завариваю и сажусь на подоконник, выглядывая во двор. На часах семь утра. Я по привычке сумасшедшего жаворонка просыпаюсь рано. Это время мое, и я его нежно люблю.

На улице еще темно. Уличные фонари освещают двор. Машины на парковке все в снегу. Снова навалило так, что хоть бери лыжи. Хоть гидромед и обещает в скором времени потепление до небольшого плюса, глядя на то, что сейчас делается на улице, не верится.

Мысленно возвращаюсь к разговору с мужем, который как бы не муж. Изменил, значит, статус таковой теряет автоматом. Если в первый звонок он взывал к моему здравому смыслу. То в субботу звонок от него был очень неприятный. Он поддержал и дал свое согласие на развод. Но с угрозами сверху. И тон его тоже очень поменялся. Будто у него за эту неделю что-то произошло или кто-то его явно научил, как себя вести и что делать.

Может, это и его мама.

Людмила Серафимовна очень непростая женщина. Она одна воспитала Лёню. И воспитала она его очень строго. Так, что муж не может выражать свою любовь, какие-то теплые чувства к нашему сыну. Даже когда тот был маленьким. Этакая деформация личности. А как Марк стал старше, то и вовсе появились только наставнические, упрекающие замашки. Ни одного хорошего, подбадривающего слова. Не справился — плохо. Справился — мог бы и лучше.

Может, поэтому я слишком мягкая с сыном? Мне кажется, ему не хватило моей любви. А отцовскую я не смогла заменить.

Допив кофе, поглядываю на время. Вскакиваю, ополаскиваю кружку и бегу будить Марка.

— А я уже, — встречаемся в дверях его комнаты.

— Удивил, — улыбаюсь.

— Я сегодня дежурный. Очередь нашей парты, — бубнит под нос и скрывается в ванной.

О, ну замечательно. Разговорился с утра, хорошее начало дня.

Готовлю ему завтрак. Марк быстро перекусывает и торопится одеваться. Я стою за ним наблюдаю. Провожать не нужно, он сам прекрасно справляется. Тут совсем недалеко. Буквально минут семь.

Как только за сыном закрывается дверь, я выдыхаю. Иду к окну, вижу, как он выходит из подъезда и идет через двор.

Сама же снова занимаюсь поисками. Не только работы, но и курсов. Вот хоть специальность меняй, или быстрые курсы по… Осталось понять, что тут востребованней. Но к обеду меня прерывает телефонный звонок.

Номер незнакомый.

— Алло, — отвечаю, напрягаясь.

Мало ли, вдруг от Лёни кто-то. Адвокат, например. А я почему-то очень боюсь этого момента. И он ведь будет. Мне надо учиться обороняться. А я не умею.

— Надежда? — звучит женский голос.

— Да.

— Надежда, извините, что беспокою. Меня зовут Света. Я по поводу вашего резюме. Мы ищем художницу. Готовим кафе к открытию, но вот пришла идея расписать стены, сделать, так сказать, эксклюзив. Вы как? Смогли