Сосед с прицепом - Анна Мишина

— Я могу помочь донести, в качестве компенсации, — нехотя отдает мне мои покупки.

— В качестве компенсации лучше не сбивайте меня больше с ног, — выдыхаю я и добавляю: — Сама как-нибудь, — перехватываю пакет поудобнее и шагаю к подъезду.

Крутанувшись, открывает для меня дверь.

Захожу в подъезд и направляюсь к лифту. Слышу, как за спиной хлопает входная. Выдыхаю.

Это надо? Мы здесь полтора дня, а с этим человеком я встречаюсь уже несколько раз. А здесь что, больше никто не живет, что ли? Так и хочется остановиться на лестнице и крикнуть: “Эй, люди, есть кто?”

Нажать на кнопку своего этажа оказывается тоже еще тем выкрутасом. Но мне удается. И, добравшись на этот раз благополучно до своей двери, я останавливаюсь. Ключи в кармане. Не дотянутся. Поэтому носком ботинка стучу в дверь.

Тишина.

Еще раз.

Снова тишина.

Марк, блин!

Приходится перехватить пакет в одну руку, чтобы найти ключи. И отпереть дверь.

— Марк! — кричу сына с порога, запинывая за собой дверь. — Марк!

Никакой реакции.

Стягиваю ботинки и прохожу в коридор, заглядывая в комнату, которую выбрал себе сын.

Марик лежит на кровати в наушниках и телефоном в руках.

Выдыхаю. Пытаясь не взорваться вот прямо сейчас.

Нет, это поколение надо спасать! Трудотерапией. Иначе крах нашей цивилизации придет гораздо раньше, чем думают ученые.

Глава 7. По душам

*Надя*

Скидываю куртку и иду разбирать пакет с продуктами. Но стоит поставить его на стул, как он тут же раскрывается и некоторые покупки падают на пол.

Закрываю глаза и замираю.

Вдох-выдох.

Спокойно.

Все хорошо.

И снова собравшись с мыслями принимаюсь за разбор продуктов и готовку обеда.

Лева отписался, что будет минут через сорок. И я начинаю шуршать по кухне. Посуды минимум, поэтому приходится по нескольку раз перемывать то тарелку, то сковороду.

Марик так и не показался из комнаты. Но вскоре, как только по квартире начинают расходится аппетитные запахи сын появляется в кухне.

— О, а ты когда пришла? — садится на стул, подперев голову рукой.

— А ты побольше сиди в своем телефоне с наушниками и не заметишь как квартиру вынесут, — отвечаю ему, не обернувшись.

— Да тут и выносить то нечего, — усмехается.

— А сидя на попе ровно так ничего и не появится, — фыркаю, ударяя ножом по разделочной доске.

— А чо поесть? — встает, подходит, сует нос в кастрюлю. — Суп что ли? — хмурится.

— Что ли, — отвечаю в его же манере.

— Мам, блин, что я такого сделал?

— Ничего, — опускаюсь устало на стул.

— А у тебя чего лоб то красный? — приглядывается ко мне.

Касаюсь пальцами ушибленного места. Чуть морщусь. Болит.

— Намочи полотенце холодной водой, — прошу сына и тот тут же исполняет мою просьбу.

Прикладываю холодный компресс к ушибу. Синяк наверное будет. Прекрасное начало, да Надя?

— Откуда? — кивает на мое ранение.

— Да, — отмахиваюсь.

Когда суп почти готов в дверь раздается звонок.

— А это кто? — удивленно смотрит на меня сын.

— Лёва, — подрываюсь побыстрее открыть дверь.

И отперев действительно вижу брата.

— В глазок не смотрела, — ворчит, вместо приветствия.

Шагает в коридор и запирает дверь за собой.

А я не дождавшись кидаюсь ему на шею. К глазам предательски подкатывают слезы. Шмыгаю носом, выдавая себя с потрохами.

— Ну-ну, ты чего? Обидел кто? — обнимает, поглаживая меня по спине. Как раньше, в детстве.

— Нет, — вздыхаю, нехотя отрываясь от него. — Сама кого хочешь обижу, — отвечаю той фразой, когда еще была маленькой.

Лёва улыбается.

— Ты будто стал еще больше, — разглядываю брата, пока тот раздевается.

— Пожирнел хочешь сказать?

— Ну, — пожимаю плечами, — раскачался наверное. Или раскормила тебя барышня какая-нибудь, — подмигиваю ему и тороплюсь в кухню. — Марик, Лёва приехал, поздоровайся.

— Здрасти, — доносится из его комнаты.

— Здрасти, — передразнивает Лев. — Ничего не меняется, да, Марк Леонидыч?

— Угу, — бубнит недовольно сын.

— Ладно, — входит в кухню, как раз когда ставлю тарелку с ароматным дымящимся супом. — Вот только из-за этого сейчас не буду тебя ругать за спонтанный переезд, — берется за ложку.

Нарезаю хлеб и ставлю тарелку с ним на стол. Сама же налив себе немного супа сажусь рядом и не могу отвести глаз от брата. Мы не виделись полгода наверное. Он весь в работе, Леониду не до поездок… В общем, засада.

— Ну, рассказывай, — говорит он, откусывая кусок хлеба.

Пожимаю плечами.

— Давай-давай, колись, чего сбежала то? Обидел что ли?

— Нет, ну как сказать, — мнусь.

— Так и скажи, как есть.

— Изменил, — говорю чуть тише, чтобы сын не услышал.

— Аа-а-а, — тянет понимающе. Будто знает, каково это, когда предает казалось бы до этого близкий человек. — И?

Непонимающе смотрю на Льва.

— Что и? Собрала манатки и уехала.

— И сына-оболтуса прихватила.

— А должна была оставить с отцом?

— Да профилактики да, можно было бы.

Вздыхаю. Лев всегда ругал меня за воспитание сына. Я слишком опекаю своего ребенка. Все ему с рук спускаю и вот, расхлебываю теперь.

— Тогда бы и тебя начал ценить, — продолжает он.

— Даже мысли такой не было.

— И как теперь планируешь жить?

— На развод подам, — снова говорю тише. — На раздел имущества сильно не надеюсь. Леня захочет все отберет. А у меня денег на юристов нет.

— А чего сюда примчалась? — спрашивает.

А я ждала этого вопроса.

Пожимаю плечами.

— А тут ты, — признаюсь. — А ближе тебя у меня никого нет. Ты только не подумай, я не буду тебя дергать и каждый раз просить о помощи. Просто так мне внутренне легче, зная что тут у меня есть ты.

— Да я совсем не поэтому спросил, — качает головой. — У меня своей семьи нет, опыта маловато чтобы давать тебе советы. Поэтому, Надюх, я тебе тут не помощник. Ты кстати могла бы и сказать мне что собираешься сюда, помог бы найти квартиру поинтереснее этой, — обводит взглядом кухню.

— А мне и эта нравится, — защищаюсь. — И раз я сама решилась на такой шаг, то сама и буду справляться. Чего мне тебя дергать. Получилось же.

— Угу, получилось. Мать то знает где ты?

— Нет и не говори. Не хочу чтобы тебя обвинила в том, что перетянул меня сюда, — ковыряю ложкой суп. Аппетит пропал.

— Угу, — доедает и отставляет тарелку.

— А ты? — поднимаю взгляд на барта.

Он реально чуть стал больше. Такой, габаритный мужчина.

— А я? Я вот вчера на этот адрес выезжал, — усмехается.

— А мы приехали, как раз из двора выезжала пожарка. Что-то серьезное?

— Нет, — отмахивается.

— Так, ты как живешь? Все работа, да?

— Она, родимая, — хмыкает.

— Но так нельзя.

— Ну, давай,