Демон, красавица и дракон - Анастасия Райнер

Однажды вечером, когда Эдвина шла с покупками домой, к ней подкрались незнакомцы и силой уволокли в темный переулок. От них разило горячительным за версту.

– Отпустите меня! Отпустите! – выронив мешок с хлебом и картофелем, Эдвина попыталась закричать громче, но ей уже зажали рот. Страх сковал тело девушки. Желтые глаза голодного волка мгновенно вспыхнули в памяти. Тогда она сумела противостоять хищнику, но сможет ли дать отпор теперь?

– Не ори, дуреха, – один из обидчиков прижал Эдвину к кирпичной стене. – На тебя ж, кроме нас, никто больше не позарится! Эй, Клод, набрось-ка ей на голову мешок, чтобы девка стала хоть немного симпатичнее!

Как только Клод отошел в сторону и нагнулся за мешком, Эдвина со всей силы ударила коленом нападавшего между ног. Не ожидая столь точного и сильного удара, мужчина схватился за промежность, а Эдвина чудом вырвалась из хватки замешкавшегося второго обидчика и что есть силы бросилась в темноту улиц.

Она мчалась, не сбавляя скорости, до тех пор, пока город не остался позади. Согнувшись пополам, Эдвина тяжело дышала. Над головой нависали черные острые скалы, и ей все еще было страшно. Без покупок домой лучше не возвращаться… За такой проступок ее выпорют, бросят в погреб и оставят там голодать в наказание. Идти ей было некуда.

Выпрямившись, Эдвина вытерла слезы с лица. Только тогда она осознала, насколько жалкой была ее жизнь. В ней не было ни единого радостного просвета, а каждый день превращался в пытку. Она так устала от боли и унижений! Устала прислуживать и кланяться тем, кто над ней издевался. Ей хотелось покончить с этим навсегда, потому что иного выхода она найти не смогла.

Страшное решение назревало давно. Сегодня упала последняя капля разочарования, и сосуд терпения, казавшийся раньше бездонным, наконец переполнился. В тумане отчаянья Эдвина побежала по извилистой тропинке в гору, пока на Эсминар медленно опускалась очередная непроглядная ночь. Такая, что чернее копоти. В старых книгах писали, что раньше ночную тьму отчасти разгонял свет луны и звезд. А теперь без зажженного фонаря или лампы в ночи ничего не увидишь, сразу заблудишься.

Пока совсем не стемнело, Эдвина торопилась достичь вершины горы. Ей не терпелось совершить задуманное, однако холодный ветер пытался отрезвить ее замысел. Он хлестал девушку по лицу и рукам, свистел и завывал, будто пытался отговорить от задуманного.

В своем решении Эдвина была непреклонна. Добравшись до вершины, она распрямила плечи и медленно подошла к краю каменного выступа. Широко распахнутыми глазами смело глянула вниз, но увидела одну лишь черноту. От этого вида у Эдвины закружилась голова. Под ней разверзалась бездна.

Столичные огни остались вдали. Лампы и фонари мягко мерцали, освещая косые улицы города, в котором ни одна живая душа не будет скучать по обезображенной замкнутой девушке. Чувство отчаянья заглушало Эдвине рассудок и в конце концов затопило его до краев. Чем дольше она стояла над пропастью, тем сильнее ее захлестывали паника и ужас. Сердце билось так быстро, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Нельзя постоянно жить в страхе и унижении. Нельзя было медлить.

Глубоко вздохнув, Эдвина закрыла глаза и сделала шаг в черную пустоту. Но спустя всего секунду падения ее сердце пронзило острое, обжигающее сожаление. Ведь пока она была жива, были и шансы что-то изменить, а теперь их уже нет! Слишком поздно. Больше ничего не исправить, и ветер безжалостно рвал ее одежду, спутывал волосы и яростно свистел в ушах. Борец по жизни, Эдвина поддалась отчаянью и сдалась, тем самым предав саму себя. Ее все-таки сломили. Заставили опустить руки… Она так хотела стать птицей, а станет никем. Какой все-таки чудовищный и бесславный конец!

Резкий рывок. Взмывание вверх. И скорбь по собственной так и не состоявшейся жизни мгновенно сменилась удивлением.

Эдвина распахнула глаза и увидела, как талию сдавили мощные лапы. Приглядевшись, она различила увенчанную рогами голову, чешуйчатую кожу, клыкастую пасть и заслонившие небо огромные кожистые крылья. Вне всяких сомнений, то был дракон! Он подхватил ее прямо в смертельном полете, и теперь его хищное дыхание обжигало ее тело горячим паром.

Выходит, это еще не конец. Эдвина почувствовала смесь страха и надежды. Казалось, что дракон уносил ее прочь от боли и унижения, и, быть может, это чудовище было послано судьбой во спасение. Или же совсем скоро оно растерзает ее на куски.

Часть III. Дракон

Глава 9. Дикий

Дракон опустил Эдвину на пожухлую траву луга так мягко и бережно, как если бы она представляла для него большую ценность. Однако до смерти напуганная девушка зажмурилась и изо всех сил прижалась к земле.

«Он меня съест! Прямо сейчас он меня съест!» – панически думала она, прикрыв голову руками. Но прошло несколько минут, и ничего не происходило. Затаив дыхание, Эдвина разомкнула веки и с опаской огляделась. Высокая колосящаяся трава в темноте походила на серебристое море. Кроме нее и дракона вокруг не было ни души. Помощи ждать неоткуда.

Вот только огромный черный дракон не спешил нападать. Стоял рядом неподвижно, не смея и шелохнуться, чтобы лишний раз не пугать. Эдвина это поняла. Встав на ноги, она сжала руки в кулаки и заставила себя взглянуть в горящие зеленые глаза. В них не читалось ни хищного голода, ни злобной ярости. Напротив, глаза дракона полнились спокойствием и мудростью.

Возвышаясь над Эдвиной, дракон терпеливо ждал, пока она придет в себя. Его чешуя блестела в тусклом свете спрятанной за облаками луны. Его сила теперь казалась не столь устрашающей, сколь величественной, а большие расправленные крылья будто бы заслоняли измученную девушку от всех невзгод.

Эдвина не знала, понимает ли он людскую речь, но все равно решила спросить:

– Ты… ты собираешься мной поужинать? – Ее голос дрожал от страха. В сравнении с драконом она была такой маленькой! Такой беззащитной и хрупкой…

Дракон медленно наклонил голову, скользя внимательным взглядом по ее лицу, исполосованному шрамами. Он будто бы изучал Эдвину, вспоминая нечто важное о себе самом.

– Я не причиню тебе вреда, – произнес он красивым глубоким голосом, пробирающим до мурашек. – Людьми я не питаюсь. Ем только животных.

Нечто манило Эдвину довериться этому опасному существу. Несмотря на хищный блеск и узкие змеиные зрачки, глаза дракона казались не звериными, но человеческими. В них не таилось зла. По крайней мере, Эдвина не чувствовала опасности.

– Люди