Необычный любовный роман - Эшли Постон

— И вам, Андерсон, — ответила я с фальшивой улыбкой, всеми фибрами души сопротивляясь желанию закатить глаза. Я в последний раз почесала кота, нежащегося на окне, и покинула книжный магазин.

Позднее утреннее солнце светило так ярко, что я заслонила глаза рукой и с досадой осознала, что забыла карту на прилавке. И я уж точно не собиралась за ней возвращаться. Найти главное шоссе не может быть так уж сложно, просто… повторить свой путь, пока не найду что-нибудь знакомое. Или не наткнусь на Покипси.

Предпочтительно не Покипси.

Я забросила свою спортивную сумку на пассажирское сиденье, достала ключ из кармана, вставила его в замок зажигания и завела машину.

Машина зафыркала, завывая, как умирающее животное.

Я попыталась ещё раз.

И ещё раз.

— Не сейчас, не сейчас, — взмолилась я. — Пожалуйста, не сейчас. Дай мне сначала добраться до домика. Дай мне затеряться в книге.

Но моя машина предала меня, и двигатель отказался заводиться.

Он даже не пытался. Полагаю, тот шум, который она начала издавать ещё в Ди-Си, всё-таки был плохим знаком. Всё разваливалось на части — всё. Возможно, мне не следовало ехать в эту поездку. Мне не следовало ехать одной. Это было ошибкой.

— Прекрати, — сказала я себе. — Всё хорошо, ты в порядке. Ты можешь это исправить.

Затем я отстегнула ремень безопасности, обошла машину спереди и отщёлкнула капот, чтобы заглянуть внутрь.

Я… даже не понимала, на что смотрю.

Пинто сидела там, как старый дряхлый динозавр, протекая маслом, словно это была её последняя миссия на Земле, а я знала об автомеханике примерно столько же, сколько о хирургии мозга. Так что это было похоже на двигатель, и это была не одна из моих машинок для Барби из детства, где я могла просто поменять батарейки и подарить ей ещё несколько часов жизни.

Я прижалась лбом к предплечью, удерживая капот открытым.

— Ладно, может, ты и не сможешь это починить, но ты в милом городе! Кто-то же должен разбираться в машинах, — сказала я, оборачиваясь, чтобы осмотреть город. — Или у кого-то есть номер Американской автомобильной ассоциации.

Двое пожилых мужчин выгуливали своего цвергшнауцера. Я помахала им, но они слишком быстро свернули на следующую улицу и не заметили меня. Бар был закрыт, но садовый магазин рядом с ним как раз перевернул свою табличку.

Идеально.

Будем надеяться, владелец окажется чуть более дружелюбным, чем Андерс.

Я закрыла капот и поспешила по тротуару к садовому магазину.

Запах полевых цветов и свежесрезанных стеблей наполнил мой нос, когда я шагнула внутрь. Огромные горшки с плющом свисали с потолка, а свежесрезанные цветы, расставленные в жестяных вазах, висели по всем стенам в разнообразных цветах: рудбекии, розы, яркая лаванда и нежные астры, васильки, маргаритки и незабудки. У прилавка в задней части магазина стояла женщина и напевала вместе со старым радио, стоявшим на полке позади неё. На вид она была примерно моего возраста, с длинными медно-рыжими волосами, заплетёнными в косу «рыбий хвост» на спине, одетая в укороченную футболку и джинсы, уже грязные на коленях. На ней был поношенный фартук с принтом из кактусов, а пальцы были обмотаны несколькими пластырями, как будто она часто их колола. Она подняла на меня глаза и улыбнулась; между передними зубами у неё была щербинка.

Меня внезапно охватило чувство дежавю — я видела её раньше.

Но я не могла вспомнить где.

— Доброе утро, — радостно поприветствовала она. — Должно быть, вы та самая, которая вчера ночевала в старом лофте Андерса!

— Полагаю, слухи расходятся быстро, — сказала я.

— Это маленький город, — ответила она со смехом, а затем слегка наклонилась вперёд, чтобы заговорщицки добавить: — Вы удивитесь, как быстро распространяются новости. Я Лисса, — она протянула руку, замотанную в пластыри.

— Эйлин, — ответила я, принимая её, — а затем нахмурилась. — Лисса с буквой «и»?

Она просияла.

— Да! Как вы узнали? — она взглянула на свой фартук с кактусами. — Я ведь ещё даже бейджик с именем не надела! Это Гейл обо мне сплетничала? Руби? О, это, наверное, была Руби. Что бы вы ни слышали, это абсолютно неправда.

Я вообще ничего не слышала, но знала, что всё это правда. Потому что я поняла, где видела её раньше — ну, видела было не совсем подходящим словом для этого. Мой рот открывался и закрывался, как у золотой рыбки, хватающей воздух. Потому что наверняка это совпадение. Наверняка так и есть. Женщина с рыжими волосами по имени Лисса с буквой «и», ухаживающая за цветочным магазином в маленьком городке. Наверняка она не угрожала закопать мужчину, когда поймала его на измене своей сестре. Наверняка это была случайность.

Песня по радио закончилась, и в эфир вышел диджей –

— Жу-жу, Элоратон! Надеюсь, вы надерёте серьёзные пчелиные задницы в это славное субботнее утро. Это был хит от «Dexys Midnight Runners», «Come On Eileen»…

Я уставилась на радио. Рядом с ним висели сертификаты «Лучший на выставке» и «Лучший цветок» с ярмарки штата и местных садовых выставок.

Но это не…

В этом не было никакого смысла.

— Элоратон? Как в серии книг? — добавила я, потому что она выглядела озадаченной. — Знаете, серия о Кихотик-Фоллс Рэйчел Флауэрс? «Нарциссовые грёзы»? «Мёд и разбитое сердце»? «Песня о безответной любви»? — она смотрела на меня, и ничего не вызывало у неё узнавания. — «Вернуть отправителю»? Маленький городок в долине Гудзона с волшебным водопадом?

— Ну, не знаю насчёт волшебства водопада, — ответила она, — но мы действительно маленький городок в долине Гудзона, это правда.

Это ведь была очень сложная шутка, верно?

Так и должно быть.

Элоратон был вымышленным городом, как Вирджин-Ривер или Старз Холлоу или бесчисленные другие выдуманные места, рождённые чьим-то воображением.

Должно быть, я побледнела, потому что Лисса спросила:

— С вами всё в порядке, подруга?

— Это не смешно, — сказала я, качая головой. Она даже выглядела так, как я себе представляла. Веснушки на щеках, лицо в форме сердечка, улыбка с щербинкой.

— Я не совсем