Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой - Ирина Чеботарь

- Кого привезли? – Крикнет баба в пуховой косынке.

- Новую библиотекаршу. – Ответит с замиранием в голосе веснушчатый мальчишка. Дети нас обожают.

А уже через минуту Валера предоставит всеобщему вниманию их новую библиотекаршу. Ему придётся держать её за шиворот, так как связанные её ноги прогибаются, а онемевшими руками она уже не способна ни на что упираться. Вот стыдоба…

Но это случится только в том случае, если едем мы в деревню, а не на жертвенный костёр дикого африканца.

Глава III Непорочное

Сидючи в самом неудобном положении, мне удалось задремать и, что удивительно, даже сон увидеть. Мне приснился Мали в развевающемся плаще, восседающий на белом коне.

Прекрасный рыцарь загородил нам дорогу. Валера нажал на тормоза, вынул меч из багажника, и состоялась жестокая схватка. Всё было как наяву, я вскрикивала, когда мне казалось, что Валера вот-вот одолеет моего защитника.

Меня разбудило лёгкое прикосновение Ваниных пальчиков к рукам. Сыночек гладил мои раненые запястья, чем причинял ещё большую боль. От ремня уже разбегались по коже красно-синие пятна.

- Что случилось, Ванечка? – Я не сразу сообразила, где нахожусь.

Действительность не обрадовала: нет принца на белом коне, некому меня защитить. Впрочем,… всмотрелась в жгучие очи подрастающего сына.

Нет.

Увы, похоже, Ваня принял сторону моего обидчика.

- Дядя Валера говорит, что мы почти приехали.

Взгляд мой упёрся в лобовое стекло. Ничего кроме леса я там не увидела.

- Ещё минута и ворота покажутся. – Обрадовано сообщил Валера.

И. правда, вдали что-то зачернело.

Скоро я различила впереди добротные чугунные ворота, какие в парках городских ставят. Сбоку от ворот торчала табличка на шесте. Когда мы к ней приблизились, я прочла: «Деревня Непорочное».

Краска ударила мне в лицо. Как я выгляжу в глазах Валеры, не важно. Это уже пережито. А вот дальше меня ждёт позор из позоров.

Мы продолжали ехать, а деревня всё не появлялась. Наконец, я заметила, что лес поредел, появились прогалинки, а вот и первая изба темнеет за деревьями. Только куриных ног не хватает. Неужели в такой жить придётся? Метров через триста я заметила ещё один дом. А лес при этом не кончился.

- Вот она наша библиотека. – Потеплевшим голосом объявил Валера, притормаживая.

Впереди вырисовывалось белое одноэтажное здание с колонами, растянувшимися по обе стороны от входа, над которым высилась пристройка. Мезонин, кажется, такое сооружение называется.

Впечатление от библиотеки у меня сложилось, самое что ни на есть, приятное. Классический барский дом XVIII века в лучших традициях эпохи: ступени белокаменные, окна высокие арочного типа, колоны по всему фасаду. Так строили в Древней Греции. К входу ведёт широкая дорожка с чёрными пока клумбами по бокам. Не удивлюсь, если обнаружу позади библиотеки ухоженные пруд и сад.

Если бы не моё унизительное положение, я бы получила огромное удовольствие от увиденного. Но что теперь будет? Моя голова автоматически вжалась в плечи.

Высокая створа библиотечной двери отворилась. По ступенькам резво спускались… три…пять…семь женщин.

И как вы думаете, кто бежал впереди всех?

Патриция Витальевна собственной персоной!

Опередила!

Теперь понятно, почему Валера круги по лесу наворачивал. Остальных женщин, значительно моложе моей директрисы, преимущественно рослых и, как на подбор, красавиц, я не знала.

Валера вышел из машины. Я вжалась в сидение и немного пригнулась, втянула голову в плечи, насколько это возможно. Мои будущие коллеги уже вставали на цыпочки, надеясь разглядеть новеньких.

Патриция Витальевна бросилась Валере на шею. Это в её стиле – людей с ног сбивать. Валера принял объятия, как должное. Значит, привык.

- Ох, Валерушка, мы и не чаяли! Снова закружила пурга времени? – Глаза моей директрисы обеспокоено впивались в водителя.

- Было дело, Пенелопа Витальевна.

Что?! Пенелопа Витальевна?!

И как я сразу не догадалась?

Это же сестра моей Патриции Витальевны. Я всмотрелась внимательней в даму — сходство потрясающее. Отличия, если можно так это величать, наблюдались только в манере одеваться. Моя прежняя городская директриса предпочитает стиль деревенский: кофточки попроще, брюки или юбки не марких тонов из не мнущихся тканей. Нынешняя же начальница была облачена в длинное шерстяное платье бордового цвета с воротом под самую шею, увенчанным овальной брошкой с профилем высокосветской дивы. Плечи директриса прятала под коричневой шалью с бахромой. Такие раритеты теперь мало кто носит. Мне кажется, ткацкая промышленность выпускает их исключительно для библиотекарей. Только мы признаём этот пережиток былых времён, я сама владела двумя подобными шалями – синей и бежевой. А вот у Патриции Витальевны подобного аксессуара не наблюдалось.

Пенелопа Витальевна оглядывала Валеру, словно доктор на осмотре.

- Но ты цел, как я погляжу. - Вынесла вердикт начальница.

- Да не совсем. – Валерий интенсивно зачесал макушку. Я ещё сильнее пригнулась.

- Привёз? – Пенелопа Витальевна обернулась к машине и задрала голову, пытаясь увидеть нас с Ванечкой.

- Привёз. Такую, как вы хотели, боевую и решительную. – Он с ещё большим остервенением потёр ушибленное темя. – Только дура она несусветная. Чуть не загубила и меня, и себя, и сына своего.

Библиотекарши зашушукались.

- И мальчишка здесь? Что ж ты медлишь? Представь нам дорогих гостей.

Вот она, торжественная минута позора! Та-дам!!!

Валера распахнул дверь. Нож блеснул в его руке. В следующий момент он лихо разрезал путы на моих ногах, расстегнул ремень, освободил руки. Библиотекари, скрытые за дверцей автомобиля, не могли видеть его манипуляций.

Я предстала перед будущими коллегами не во всей красе, как хотелось бы: лицо усталое, волосы взъерошены, отёкшие ноги дрожат, руки ничего не чувствуют. Ваня и Валера придерживали меня на всякий случай, вдруг рухну.

Патриция… то есть, Пенелопа Витальевна, шагнула нам навстречу. Взгляд её выражал такое трогательное радушие и беспримерное участие, что я, как ни старалась, не смогла сдержать слёзы.

Пенелопа Витальевна протянула руку для приветствия. Я сделала то же. Из-под свитера выползли синие подтёки, свидетельства недавнего заточения. Я тут же отдёрнула руку. А Пенелопа Витальевна, понимая всё без слов, грозно глянула на Валеру, меня же приняла в свои мягкие и тёплые объятья.

- Ну, здравствуй, сердешная! Познакомь меня со своим добрым молодцем. – Отпуская моё тело, Пенелопа Витальевна взялась за моего сына.

- Как зовут тебя, богатырь? – Директриса пригнулась к Ванечке.

- Иван. – Не успев произнести имя, Ваня забарахтался в нетерпящем возражений директорском захвате. Я надеялась, мой сынок с честью снесёт странное приветствие. Тем