Несбывшаяся любовь - Марина Эльденберт

Люди Огинского привезли мои вещи в больших чемоданах, но я достала и развесила только самое необходимое. Я не собиралась оставаться в этом доме больше выделенной на все про все недели. Чем дольше я нахожусь рядом с Виктором, тем выше риск того, что он вновь все поломает. Мою жизнь. Мою карьеру. Мое душевное равновесие.

В обед ко мне постучался тот коренастый мужик, представился как Тарас и спросил, хочу ли я пообедать в столовой. Я согласилась исключительно потому, что собиралась увидеться с Русланом. Но, как оказалось, сын предпочел со мной не видеться и закрыться в своей новой комнате, а у Виктора были свои дела, поэтому обедала я в гордом одиночестве. Мне доставили еду из грузинского ресторана, известного в нашем городе и с отличной кухней, но я успела расстроиться из-за сына и почти не почувствовала вкуса.

Стучаться к Руслану я не стала: в конце концов, у меня тоже была гордость. Я написала Стасу, что с его другом все в порядке, а парень ответил мне, что уже в курсе. То есть с друзьями Рус общался, а со мной нет.

Несмотря на его попытки выставить меня манипулятором, я всегда старалась общаться с сыном честно, как с равным. Возможно, это и было ошибкой, потому что такая критическая ситуация тут же проявила все проколы в наших отношениях. Одно то, что Руслан готов был полностью от меня отказаться ради отца, которого знал от силы пару часов, говорило о многом. О том, что как мать подростка, я не справилась. Не вывезла.

Но кто же знал, что Руса похитят враги Бёрна? Кто они вообще такие? Вопросы, которые стоило адресовать Огнинскому, но я не спешила искать его и обо всем расспрашивать. Если честно, мне нужен был от него отдых. Возможно, свидание — действительно не худшая идея.

Я завела будильник на пять часов и оставшееся время проспала. А после сделала легкий макияж, уложила волосы и надела молочное платье-лапшу. Привычка быть красивой и уверенной вошла в мою повседневность настолько крепко, что даже личные драмы сейчас не отразились на внешности. Я осталась довольна своим отражением в зеркале. В конце концов, мне просто необходимо было развеяться.

Правда, спустившись на первый этаж, я столкнулась с неожиданным препятствием в виде того же Тараса.

— Вы куда-то собрались? — недружелюбно поинтересовался он.

— Я должна перед вами отчитываться? — опешила я.

— Не передо мной, а перед Виктором Романовичем.

Я посмотрела ему прямо в глаза и строго ответила:

— Вот и отчитывайтесь перед Виктором Романовичем. Можете передать, что вернусь поздно.

Я не собиралась задерживаться надолго и последнее сказала скорее из вредности. Чтобы позлить Виктора. Потому что сама была на него зла. Еще бы приковал меня к батарее, честное слово! Чтобы далеко не ушла. Мстительная сволочь с короткой памятью!

Наверное, это были не лучшие мысли перед свиданием. Вообще вспоминать бывшего, когда встречаешься с нынешним — такое себе. Но на встречу я прибыла в боевом настроении: благо, моя машина так и стояла за воротами особняка.

«Лайтс» находился на крыше лучшего пятизвездочного отеля нашего города, с панорамными окнами и с роскошными видами на реку с одной стороны и на город — с другой. Каждый столик украшали крошечные декоративные торшеры, которые зажигались, когда опускались сумерки. Сюда приходили ради свежего бара морепродуктов или поесть отличные суши. Ресторан отлично подходил для деловых встреч днем, для свиданий — вечером.

Роман уже ждал меня за одним из столиков возле панорамного окна, и поднялся, когда я подошла, галантно отодвигая для меня кресло и целуя в щеку.

— Прекрасно выглядишь, Романа.

Он был не таким высоким как Виктор: в общем, мы были одного роста, когда я надевала каблуки. Но мне это нравилось, потому что Роман не возвышался надо мной скалой. И не такой качок, как мой бывший. При этом спортивный: он говорил, что любит велоспорт и ходит на айкидо. И, разумеется, Роман не был ходячим айсбергом, рядом со мной он часто улыбался, отчего на его скулах появлялись симпатичные ямочки. Что придавало ему мягкости. После моей истории с Виктором я избегала жестких мужчин, опасалась снова вляпаться… во что-нибудь нехорошее.

— Спасибо, — поблагодарила я, опускаясь в кресло напротив.

— Что хочешь?

— Роллы с крабом. Это мои любимые.

Мы сделали заказ, и я поймала его на том, что Роман как-то пристально меня рассматривает.

— Что?

— Просто соскучился.

— Просто соскучился?

— Да. Не думал, что мне будет с кем-то настолько хорошо, как с тобой. А тебе?

Было ли мне хорошо? Наверное, я была бы рада стереть вчерашнее, тогда бы я радовалась сегодняшнему свиданию больше. Волновалась немного, но наслаждалась. А так я все время думала про сына. И про Виктора.

Ответить я не успела, потому что в «Лайтсе» внезапно материализовался злой персонаж моих последних мыслей.

Это уже становилось плохой привычкой.

Глава 13. Виктор

День пошел по пизде в тот момент, когда я увидел Роману в купальнике. Я как раз собирался на встречу с Монахом и увидел ее: она спустилась к бассейну с таким видом, как будто этот дом принадлежал ей. Как будто все в мире принадлежало ей. Когда я улетал в Штаты, я оставлял здесь девчонку, в которую был влюблен по уши. Немного наивную, немного дерзкую, немного отчаянную. Сейчас передо мной была Снежная, мать ее, Королева. Которая хотела скрыть от меня моего Кая. Даже не потрудившаяся сообщить о том, что у меня есть сын, тупо поставить меня перед фактом. Не говоря уже о чем-то большем. И вела она себя в точности так же, как Снежная Королева.

Я усилием воли оторвал себя от окна и от созерцания ее прелестей: чтобы не спуститься и не наделать глупостей, которые усугубят все еще сильнее. К счастью, мне предстоял серьезный разговор, благодаря которому думать о Романе в купальнике было просто некогда.

Отец предпочитал жить в городе, Монах — за городом, оправдывая свое отшельническое существование во всех смыслах. Добираться до его крепости — иначе назвать