Несбывшаяся любовь - Марина Эльденберт

— Ты бухой, что ли? Романа пошла на свидание со мной!

— А уйдет с этого свидания она со мной.

Воздух между мужчинами наэлектризовался так, что, наверное, мог осветить весь ресторан, который, даже судя по названию, на недостаток освещения никогда не жаловался.

Я поняла, что ничем хорошим это все не закончится. Зная Виктора, помня его ревность в прошлом, я на полном серьезе начинала беспокоиться за сохранность ямочек своего парня. Он уже в открытую угрожает Роману, а что будет дальше?

На нас уже поглядывал персонал, поэтому я решила поставить точку в зреющем конфликте и все-таки, стряхнув ладони Виктора, поднялась.

— Прошу прощения, Роман. Мне надо поговорить с Виктором. Я скоро вернусь.

— Не вернешься, поэтому можешь с ним попрощаться, — подлил масла в костер моего и без того едва сдерживаемого раздражения Бёрн.

— Вернусь, — упрямо повторила я и зашагала в сторону уборных. Мне не нужен был туалет, но в ту сторону вел длинный коридор вдоль панорамного окна, заканчивающийся тупиком, где можно было спокойно поговорить без свидетелей.

До тупика мы дойти не успели: стоило нам оказаться наедине, Виктор толкнул меня к окну, вжимая собой в стекло, и захватил мои волосы в горсть, заставляя запрокинуть голову и смотреть ему в глаза. Я же почувствовала себя бабочкой, которую поймали и заключили в картину.

— Ты с ним спишь? — прорычал он мне в губы.

— Что?

— Ты спишь с этим тюбиком?

Я попыталась прийти в себя. Собрать себя по кусочкам, потому что в своей нынешней жизни я привыкла к более цивилизованным мужчинам. Да что там, я после Бёрна вообще к себе никого не подпускала. Боялась, что встречу такого же. Влипну в подобные ненормальные отношения, в которых растворяешься. Была в терапии, взращивала в себе стержень. И вот я снова бабочка в его руках.

— Какое тебе дело до того, с кем я сплю?

— Ты мать моего сына!

— О котором ты узнал меньше суток назад, а уже умудрился нас рассорить, — выплюнула я ему в лицо. Вот честно, хотела поговорить спокойно, но в случае с Бёрном у меня никогда этого не получалось.

— Я задал вопрос, Романа: он тебя трахает?

Наши отношения с Романом были далеки от горизонтальной плоскости, но я не собиралась оправдываться или раскрывать Огнинскому свои секреты. Особенно ему!

— А ты думал, я буду сидеть и терпеливо ждать тебя? — хмыкнула я, испытывая почти извращенное наслаждение, наблюдая за тем, как от бешенства темнеет его лицо. — Виктор, ты не имеешь права вмешиваться в мою личную жизнь. Ты лишился его, когда бросил меня в прошлом.

— Это ты ушла.

— Ты мне изменил!

Глава 15. Романа

Он не имел права предъявлять мне претензии! Кто угодно, только не Виктор. Перед глазами снова замелькали сцены из прошлого, это уже стало дурной традицией: каждая наша встреча, каждое столкновение с ним заканчивалось воспоминаниями, которые я считала давно забытыми. А ведь это было словно вчера. Почти как вчера, только шестнадцать лет назад, оставалось чуть больше трех недель до того, как я узнаю, что беременна и чуть больше недели до того, как Виктор уедет в Штаты.

— Я принесла тебе платье, — сказала Ваня. — Тусовка у Мелихиной — это не то место, куда можно прийти как простушка.

— Мне кажется, или ты сейчас назвала меня простушкой?

— Не тебя, а твою одежду. Прости, детка, но ты правда одеваешься… простенько.

И в этом была вся Ваня. Она родилась в семье богатых родителей, ее отец работал в международной компании, постоянно летал по всему миру и компенсировал свое отсутствие дорогими подарками, новенькими моделями смартфонов (сразу после выхода) и брендовыми шмотками. Моя мама работала учителем в школе, а отец — главным энергетиком градообразующего предприятия. Я никогда не переживала, что не могу одеваться так, как Ваня, или всегда ходить с новой моделью смартфона, но кое в чем она была права. Виолетта Мелихина была из ее круга… точнее, была бы, не дружи Ваня с нами, со мной и со Светкой. Как-то раз Виолетта спросила ее прямо в лоб:

— Что ты нашла в этих лохушках?

А Ваня засветила ей в глаз кулаком и сказала, что если она еще раз назовет нас лохушками, она затолкает ее брендовую помаду туда, где побывали уже многие. Ване повезло, что у нее был влиятельный отец, но с тех самых пор Виолетта обходила ее стороной. А еще Мелихина была влюблена в Виктора, я это точно знала. Она не раз и не два пыталась к нему подъехать уже после того, как мы начали встречаться, но Виктор любил меня.

Я это знала.

Я это чувствовала.

По большому счету, я шла на эту тусовку исключительно ради него: потому что его лучший друг встречался с Виолеттой, а она позвала их на день рождения, и Виктор очень хотел, чтобы я пошла с ним. А я хотела пойти с ним.

Поэтому в тот вечер я согласилась надеть платье, которое мне принесла Иванна: алое, в пол, а еще она принесла к нему сумочку и драгоценности.

— Считай, что я дала тебе их в аренду, — сказала она, когда я попыталась отбрыкаться.

— В аренду? Мне нечем платить.

— Курсовик мне напишешь, — фыркнула Иванна. — Серьезно, Ро, ты с дуба рухнула? Какие деньги? Я просто хочу, чтобы ты была самой красивой на этой вечеринке!

Признаться честно, я и сама этого хотела. У меня не было комплексов по поводу внешности или по поводу своих луков, но рядом с Виктором я временами чувствовала себя… простушкой. Принимать от него дорогие подарки или деньги я бы никогда не смогла, а он, поначалу пытавшийся меня возить по дорогим магазинам или подсунуть мне новенький смартфон в подарок «просто так», со временем это понял. Понял, что мне нужны от него не подарки, не деньги, а именно он сам.