Путь убийцы - Дж. М. Керл

пару раз ввязывалась в стычки с деревенскими девчонками из-за того, что они цеплялись к Кейде — хоть мы с ней не всегда ладили, мы держались вместе против всех остальных, — но ничто из того, с чем я сталкивалась дома, не было серьезным боем. Меньше всего на свете я хотела сойтись в схватке с вампиром.

— Как мне стать учёным? — спросила я у Тэйвина. — Ты можешь мне помочь? — Мой голос звучал отчаянно, но в тот момент я действительно была в отчаянии.

Он нахмурился и открыл рот, но Морроу врезался в него плечом:

— Скажи ей, Роуч. Скажи ей, что лотлы не становятся учёными. Это только для тех, кто вырос в Найтхейвене и учился здесь. Видишь ли, учёным не нужны дикари и фермеры, там вообще-то мозги нужны.

Мое сердце ушло в пятки.

— Неужели нет никакого теста, который я могла бы сдать? — пролепетала я.

Тэйвин презрительно посмотрел на Морроу, взял меня за руку и отвел на пару шагов в сторону. Морроу и двое его дружков расхохотались:

— Фрики держатся вместе!

— Есть письменный тест, — начал Тэйвин, потирая затылок с кудрявыми медно-рыжими волосами. — Но тебе нужно сдать экзамен, а поскольку те, кто за стеной, не умеют ни читать, ни писать, у них нет шансов…

— Я умею читать и писать.

В огороженной зоне Морроу и еще несколько человек затеяли драку на кулаках. Четверо ассасинов, стоявших на платформе, наблюдали за ними. Наставники воинов стояли группой на противоположной стороне. Один из них указал на крупного друга Морроу и на меч, которым тот размахивал. Эта штука была в половину моего роста и, должно быть, весила немало.

— Вот это, — я махнула рукой в сторону драки, — это не про меня. Я не хочу сражаться. Дайте мне книгу. Я буду разрабатывать стратегии по уничтожению вампиров, я просто не хочу убивать сама. — Или умирать.

Кулак Морроу врезался в нос какому-то парню, и брызнула кровь. О святая матерь, нет, нет, нет.

Тэйвин выглядел не менее испуганным, наблюдая за ними, чем я.

— Моего отца здесь нет, да если бы и был, пока ты не знаешь деталей нашей истории, сведений о вампирах, математики и прочего, ты не сдашь этот тест, даже если умеешь читать. Я готовился месяцами и то не думаю, что справился блестяще. Все мы из Найтхейвена сдавали его еще несколько месяцев назад. Учёные уже провели испытания и изучили наши успехи за годы. Они знают, кого хотят взять. И все же каждый должен пройти физическое испытание на случай, если ассасин или воин захочет забрать кандидата себе — тогда кандидат получает право выбора. Но такое почти никогда не происходит.

Я резко обернулась в его сторону. Из рассказов бабушки Торы я кое-что знала об истории Найтхейвена и вампирах. Стену достроили… сотню лет назад, или даже больше? Обряд распределения начался вскоре после того, как Стена была полностью возведена. Она рассказывала мне истории о том, что дукаи — это дар богов для борьбы с вампирами. Она упоминала могущественную королеву вампиров, которая натравливала их на нас. Вспоминать ее преданья мне давалось с трудом. Я забыла слишком многое из своей жизни до того дня, когда она умерла. В животе медленно начал опускаться тяжелый ком.

— А для нас, чужаков, разве нет исключений? Я косторез, а не какая-то там кабацкая драчунья. Я быстро учусь. — Тэйвин хмыкнул, а затем поморщился, когда Морроу ударил другого кандидата — на этот раз девушку, отправив ее в полёт прямо на траву. У меня отвисла челюсть. — Он только что сходу врезал ей.

— Черт, да еще и как врезал. И воины, и ассасины выглядят заинтересованными. — Он повернулся ко мне, ничуть не шокированный, в отличие от меня. Там, откуда я родом, мужчины не били женщин. Однажды я видела, как пекарша Элисон огрела своего мужа сковородой после того, как он дал ей пощечину. Все посмеялись, а потом вождь Эрик вдобавок проучил его за это. Не думаю, что тот еще хоть раз поднял на нее руку.

— Ах да, единственное исключение — маги. Если у тебя есть магия, ты маг. Точка. Им не приходится сражаться.

Желудок скрутило, и мне показалось, что меня сейчас вырвет. Ну почему во мне не могло оказаться магии?

— Мы можем выйти туда вдвоем, и ты пообещаешь, что не будешь бить меня слишком сильно?

Он улыбнулся:

— Конечно, мы можем поспарринговать. Я не причиню тебе сильной боли. Но мне нужно хотя бы показать свои навыки. Я буду использовать только броски, никаких ударов сжатым кулаком, обещаю.

Светловолосая девушка, которую я видела раньше — с косичками и черной боевой краской на лице, — пригнулась под канатом и подошла к Морроу.

— Она ведь не собирается с ним драться, правда?

— Не-а, они… любовники со своими заморочками, если можно так выразиться.

Морроу наклонился, что-то сказал ей, а затем шлепнул её по заднице. Она отпихнула его, выставила средний палец и поплелась прочь с площадки. Это полностью подтверждало слова Тэйвина.

Затем она направилась в нашу сторону. Я приготовилась к любой злобной реплике, которую она могла бросить, но она улыбнулась:

— Привет, я Селин. — Она на мгновение уставилась на мои глаза. Я ждала вопросов или насмешек, но их так и не последовало.

— Э-э, привет. — У меня это прозвучало скорее как вопрос.

— Эй, Тэ. Рада, что ты прошел. — Она слегка стукнула его по плечу. — Морроу снова к тебе цепляется?

— Как всегда, — ответил он и скрестил руки на груди. Я переводила взгляд с одного на другого, сбитая с толку этим товариществом. Ведь именно она только что велела нам заткнуться и заявила, что я так себе соперница. И если она была любовницей Морроу, я ожидала, что она окажется… другой.

Мы наблюдали, как всё больше людей подбирали оружие или обматывали костяшки пальцев тонкими полосками черной ткани. Горстка кандидатов направилась к набитым соломой манекенам с луками и стрелами. Я пожалела, что не ходила с отцом на охоту почаще. Будь у меня навык стрельбы из лука, я могла бы хотя бы стать лучницей и оставаться на стене, как и предлагал Тэйвин.

— Итак, новенькая, — начала Селин. — Мой бывший парень разглядывал тебя чуть раньше.

Прежде чем я успела хотя бы подумать над ответом, Тэйвин вмешался:

— Он просто вел себя с ней как придурок, Селин, ревновать не к чему.

— Я не ревную. Я сказала «бывший парень». Я просто собиралась предупредить ее, что он… — она повысила голос, — редкий конченый мудак! — Она снова повернулась ко мне. — Мы