Путь убийцы - Дж. М. Керл

— О, эм, он разрешил мне одолжить его.

Командир Локк рассмеялся, словно знавал варианты получше, и поднялся. Он взял с полки стопку чёрных рубашек ассасина с моим именем на воротнике и без серебряной метки ученика. Моя грудь переполнилась эмоциями, когда он положил их на стол передо мной. Я едва могла поверить, что этот день настал. В чём-то казалось, будто я только вчера прибыла в Дракхар.

— Вот твоя новая форма ассасина. Ты можешь сдать ученическую позже сегодня.

Поверх моей новой одежды он положил сертификат с моим именем, выведенным изящным почерком: Эйсира Хаварсдоттер — Косторез | Ассасин первого уровня.

— Теперь тебе полагается жалованье ассасина, и ты получишь собственные покои. Поздравляю, Косторез. Ты ценное пополнение для Лиги убийц, и я с нетерпением жду возможности увидеть, чего ты добьёшься и сколько жизней спасешь. Тебе и Вайперу скоро будут поручены вампиры, которых нужно ликвидировать. Дэйуокеры. И ещё в этом году состоятся игры гильдий. Ты узнаешь об этом подробнее совсем скоро.

Улыбаясь до ушей, я пожала ему руку:

— Спасибо, командир.

Когда я держала в руках новую форму и свой сертификат, командир Локк толкнул дверь. Вандер ждал в коридоре. Он поднял голову, и его взгляд метнулся от меня к его дяде. Моё сердце замерло. Он выглядел наполовину готовым рвануть прочь.

— Вандер, — произнёс командир Локк с тёплым удивлением. — Ты пришёл поздравить свою ученицу? Ну, бывшую ученицу. Она готова.

Тревога на его лице сменилась улыбкой:

— Да, поздравляю, Косторез.

— Вам двоим следует приготовиться к сегодняшнему празднованию выпуска.

Он жестом пригласил другого ученика, ждавшего в коридоре.

Вандер кивнул дяде. Как только дверь закрылась, мы с ним пошли бок о бок. Молчание между нами было натянутым, как и всё время с тех пор, как мы покинули Ноктурнус. Я прижала новую форму к груди и взглянула на него снизу вверх.

— Я думал… — Он откашлялся. — Я думал, ты всё ему расскажешь.

— Я тоже так думала. — Но я была ещё не готова окончательно поставить на нём крест.

— Я стоял в коридоре и просчитывал план, как буду бежать, — улыбнулся он, — а потом — как вернусь за тобой, чтобы меня не цапнули. Я бы смог это провернуть.

Я закатила глаза, но не смогла сдержать собственную улыбку:

— Ты неисправим.

— Я не неисправим. Я не могу существовать в этом мире без тебя. Мне плевать, сколько мне придётся молить о твоем прощении и сколько времени это займёт. — Он наклонил голову. — Я принял решение насчёт тебя. Мне просто придётся подождать, пока ты примешь своё.

Я тяжело вздохнула. Мы повернули по коридору и подошли к лестнице. Сегодня светило солнце, пробиваясь сквозь длинные окна. Ни единой дождевой тучи на горизонте.

— А что, если я решу, что ты мне больше не нужен и что мы действительно враги?

Он взял меня за руку и остановил нас. Мой пульс заколотился, когда он посмотрел на меня сверху вниз. Воздух между нами изменился, сгустился. Странное напряжение повисло между нами. Меня накрывало волнами желание протянуть руку и притянуть его губы к своим. Я знала, что он тоже это чувствует. Он подался вперёд, словно какая-то невидимая сила потянула его ко мне, прижался лбом к моему и глубоко вдохнул.

— Тогда однажды я встречу тебя на поле боя и попрошу вогнать этот кинжал прямо в моё сердце. Твоё право забрать его — и покончить с этим. И на этот раз, если я скажу тебе убить меня, тебе лучше сделать это. Таков путь ассасина.