Путь убийцы - Дж. М. Керл

— Сделай это. Перережь мне горло и беги. Но помни: если не достанешь до моего сердца, я буду прямо за тобой, и тебе лучше надеяться, что я доберусь до тебя раньше, чем кто-либо другой.

— А если я этого не сделаю, ты будешь держать меня здесь как свою пленницу? Запрёшь в клетке? Это единственный способ заставить меня остаться.

— Если ты прекратишь устраивать драму, мы сможем уйти и вернуться домой. Мне здесь тоже не нравится.

— Драму? — О, он был невыносим. Я надавила на лезвие сильнее, чтобы оно вдавилось в кожу, и выступила капля крови. — Почему бы тебе не отпустить меня, чтобы ты мог пойти и снова поцеловать Белладонну.

Его глаза потемнели, а руки сильнее сжали мою талию.

— Думаешь, мне это понравилось? Она сделала это, чтобы показать, каковой властью обладает надо мной. Точно так же, как заставила меня схватить тебя за горло. Тебе повезло, что её магия на тебя не действует. — Завиток вины обвил моё сердце. Я запрокинула его голову назад, ещё сильнее обнажая горло. — Осторожно, мне ведь это может понравиться.

— Прекрати, — прошипела я. Неужели отпив моей крови, он бредит? Сейчас не время играть со мной. Если только он не был таким на самом деле и просто скрывал эту сторону всё это время. Я больше не знала, что и думать.

Он перехватил моё запястье, сжимающее нож, и мы уставились друг другу в глаза.

— Ты можешь опустить нож??

— Нет.

Он поджал губы.

— Ладно. Держи его там, если тебе от этого легче. — Он выпустил мое запястье и положил руку мне на бедро. — Ты видела мою сестру.

— Да. — Лжец! — хотела закричать я, но лишь изогнула бровь. — И она тоже хочет стать дэйуокером.

— Заметь, что она им не стала, Эйсира. — Его тон наконец стали жёстче. — Я говорил тебе, что Дрейвин перебил всех и забрал её?

Я кивнула.

— Что ж, это было правдой, но я не сказал тебе, что у Орианы с ним был тайный роман. Я думал, она тайком бегала на свидания со своей старой любовью из академии, но я жестоко ошибался. Дрейвин не забирал её против её воли, она сама хотела быть с ним. Они тайком встречались месяцами. Когда она выскользнула в ту ночь с другими учениками, она не знала, что он найдёт их, перебьёт всех или заберёт её в ту же ночь, но ей следовало быть к этому готовой.

— Когда ты узнал, что она жива? Ты говорил, что нашел её истекающей кровью на полу. Это была правда или очередная ложь?

— Я действительно это видел. Я думал, она мертва. История, которую я тебе рассказал, была правдой. Белладонна укусила меня и обратила, думая, что я либо умру, либо примкну к ним. В любом случае она либо избавлялась от меня — их самой смертоносной проблемы, — либо переманивала на свою сторону. Но я не сделал ни того, ни другого. После обращение я месяцами убивал вампиров, сходя с ума от того, кем стал, ненавидя каждый свой вдох, каждый удар сердца. В какой-то момент они поняли, что я дэйуокер, первый за долгое время, и вот тогда они подослали Ориану. Она пришла ко мне через шесть месяцев после той ночи. Она пробралась до самой моей комнаты незамеченной. Сначала я думал, что у меня галлюцинации, а когда понял правду, едва не убил её.

Мой желудок сжался. Его руки едва заметно сжались на моём теле.

— Она умоляла меня пойти с ней. Мы оба были вампирами. В Найтхейвене нам больше не было места. Она умоляла меня сделать её дэйуокером. Тогда-то я и понял, что её подослала Белладонна. Зачем ещё ей позволять мне так долго думать, что она мертва? Белладонна хотела, чтобы я сам пришёл к ней. У большинства вампиров есть тяга к тому, кто их обратил. Но во мне этой тяги не было, во всяком случае, недостаточно сильной. У меня не было никакого желания идти к ней. Я ненавижу её. — Он сделал вдох. — Но им был нужен мой секрет дэйуокера. И именно тогда я понял, что у меня появился шанс внедрить своего человека.

Я насупилась.

— Внедрить своего человека?

— Подумай сама. У них есть шпионы в Найтхейвене. Дверь в город закрывается перед закатом каждый божий вечер. Исключений не бывает. Вчера вечером эту дверь кто-то открыл. Так почему у нас не может быть шпионов, играющих роль? Я пошёл с Орианой и стал тем, кем они хотели меня видеть. Я играл верного брата, который хотел помочь ей стать дэйуокером. Сказал, что она убедила меня примкнуть к ним. Ушли месяцы на то, чтобы уверить их, будто я перешёл на их сторону. Я выпил больше крови, чем мог вынести, вёл себя так, как никогда не хотел. Убивал людей, которых не должен был убивать. Но даже если они мне не доверяют, они меня не убьют. Им нужен мой секрет.

У него всегда находилось оправдание, идеальная история. Я даже не была уверена, что хочу знать, но всё равно спросила:

— И каков же твой план? Что ты собираешься делать?

— Я здесь, чтобы убить Белладонну и королей. Они умрут — и вампирское королевство Ноктурнус рухнет. Я говорил тебе, что я в ЛОА до самой смерти, и я не лгал.

Я прищурилась:

— Почему же ты до сих пор этого не сделал? Прошло почти три года, а ты лучший ассасин в Найтхейвене. Ты к ним близок, это должно быть простым делом.

Его лицо оставалось абсолютно непроницаемым.

— Если ты не заметила, я не могу. Белладонна полностью контролирует меня. Если я хотя бы попытаюсь навредить ей, она меня уничтожит. Какое-то время я работал с учёным, чтобы научиться блокировать ментальный контроль, но Белладонна слишком сильна. Поэтому после года безуспешных попыток сохранить контроль над своим разумом я сдался. Я просто больше не мог жить этой двойной жизнью. Я сказал тебе правду. Я собирался сделать так, чтобы командир Локк убил меня в день Обряда… пока не увидел тебя.

Я хотела поверить ему, но что, если это говорило лишь моё сердце?

— Из-за того, что сказала тебе твоя тётя Мьюриэл? Что она сказала обо мне такого, что заставило тебя изменить решение? Ты не ответил, когда я спрашивала раньше.

Он медленно, сдержанно выдохнул, словно боялся признаться.

— Она сказала, что ты станешь единственной любовью в моей жизни и