Вторая жена господина Нордена. Книга 2 - Катя Лакруа

— Я просто желаю друзьям счастья.

— Верим, — скептически протянул Яник и продолжил, разом посерьёзнев: — Мне вот другое интересно. Всё-таки с чего вдруг ты вообще решил жениться? И, главное, так скоропалительно: тут я даже с Эксерсом соглашусь.

— А что в этом такого? Разве человек не имеет права жениться? — снова вмешался Рониэль. — Да хотя бы даже, чтобы не шататься по борделям.

Яник посмотрел на Эксерса раздражённо.

— Ты опять? Если сам женишься ради супружеского долга, твоё дело. Но вот на Адриэна это не похоже.

— Почему же? — Я изобразил удивление. — Чем я хуже Эксерса? Может, мне правда надоело ходить к шлюхам, и я решил остепениться?

Яник отвёл глаза и сказал уже тише:

— После семи лет траура? Вот так, даже нас предупредив только в последний момент? Никто не убедит меня, что ты женился по большой любви.

— Будто сам не знаешь, что я не склонен распространяться о чувствах. — Я пожал плечами. — Я же рассказывал: был в поместье Азерисов по делам, увидел Элианну и понял, что пора снова жениться.

— Ну-ну, — как-то невесело хмыкнул Яник, а Эксерс хитро сверкнул глазищами.

— А что, я вполне верю. Элианна девушка красивая, а наш Адриэн давно отвык от общества приличных женщин. К тому же она молодая, из неё можно вылепить идеальную спутницу жизни.

— Допустим, однако вопрос о спешке с заключением брака всё равно не даёт мне покоя. Если я правильно понимаю, вы выждали лишь три месяца?

— Рэмис, просто ты бесчувственный чурбан, — перебил его Рониэль. — Положенный приличиями год — настоящая пытка, уж я тебе точно говорю, потому что самому приходится ждать и того больше.

— Вот именно, даже ты не женился спустя три месяца, хотя в вашем случае это как раз было бы не так странно.

— Я не могу пойти против воли Инии, а она непременно хотела выждать год, да ещё свадьбу сыграть именно весной… Вот и выходит все полтора! Хотя три месяца вполне допустимый приличиями срок, и я давно мог бы быть женат… — Эксерс картинно закрыл лицо свободной от сигары рукой. — Так что Адриэн поступил правильно.

— Ладно тебе страдать, — отмахнулся Яник. — Можно подумать, вы терпите до свадьбы.

— А может, и терпим? Мы, вообще-то, благовоспитанные люди, соблюдающие приличия.

— Ну-ну, — ухмыльнулся Яник и перевёл цепкий взгляд на меня. — Так вот, возвращаясь к вопросу… Может, расскажешь, зачем на самом деле женился?

В любом другом случае я бы давно прервал этот бестактный допрос, но друзья должны верить, что у меня были веские причины. Рэмис слишком дотошный, чтобы оставлять в его голове хоть один повод для сомнений.

— Надоели нелепые слухи. — Я пожал плечами и сунул большие пальцы в карманы брюк. — Будто сами не знаете, какую чушь обо мне болтают.

— Ну а теперь-то болтать, конечно, разом перестанут, — криво ухмыльнулся Яник и затянулся.

— Не перестанут, но будет сложнее приплетать мне новые грехи. Мужчина, женатый на молодой, красивой девушке вряд ли побежит в бордель при первой возможности. В конце концов, в нашем возрасте уже начинает цениться респектабельность, а брак вполне этому способствует.

— Хочешь сказать, что наконец-то внял увещеванием начальства? — Яник усмехнулся. — «Репутация работников правосудия превыше всего»?

Я тоже усмехнулся. В отличие от Румо Алиенса, обожавшего скандалы, господин Эрранс считает, что моральный облик работников его ведомства едва ли не главное в работе.

— Очень смешно. Может, я и не тяну на влюблённого, но Элианна мне прекрасно подходит: она из уважаемого рода, молодая, красивая. Пусть все, включая писак из «Сплетника», думают, что я потерял голову от любви после долгих лет одиночества.

— Да и о наследниках пора подумать, — поддакнул Эксерс и тут же отпрянул, потому что получил явно неслабый тычок под рёбра от Яника. — А что я такого сказал? Адриэну уже не так мало лет. Никто не знает, когда кто из нас отправится за Грань.

Я поморщился, но промолчал. Что я могу ответить Эксерсу? Он во всём прав, только мне не нужны наследники. Если Элианне повезёт, она ещё найдёт себе более порядочного мужа и родит детей от него.

— Вот именно, что никто, и нечего болтать ерунду, — осадил Рониэля Яник.

— К тому же тут немаловажен процесс…

— Эксерс, я сейчас плюну на этику и наложу на тебя заклятие молчания. До завтрашнего утра помолчишь, может, немного поумнеешь.

— Мне так нравится, когда ты изображаешь ханжу, — хохотнул Рониэль и подмигнул. — Никогда не устану за этим наблюдать.

Яник фыркнул и снова перевёл взгляд на меня.

— То есть ты всё-таки женился только ради общественного мнения? — уточнил он, ещё раз свирепо посмотрев на Рониэля.

— Не только. Как бы Эксерс ни раздражал своей зацикленностью на супружеской близости, это тоже… сыграло роль. Приятнее иметь под боком постоянную женщину, согласись. Я в самом деле порядком устал от борделей и прочей ерунды.

От собственных слов пальцы начало покалывать. Хотя я не так уж и далёк от истины: если бы не план, точно не пренебрегал бы супружескими обязанностями. Во всяком случае, пока память к Элианне не вернулась. А ведь я сегодня дважды обнимал её, пусть и в шутку, и она явно не была против…

— И он не лжёт, — раздался над ухом весёлый голос Эксерса. — Вон как взгляд-то затуманился…

Я вздрогнул и резко развернулся.

— Эксерс, демоны похотливые тебя раздери, забыл, что ко мне лучше не подкрадываться?

— Так я и не подкрадывался. Просто подошёл поближе, чтобы удостовериться: брачная ночь всё-таки состоялась.

— Опять незаконно читаешь ауру? — вмешался Яник, щёлкнул пальцами, и остаток сигары в пальцах погас.

— Само получилось. — Рониэль с притворным смущением сцепил перед собой руки.

— Надеюсь, вы оба удовлетворили любопытство? — поинтересовался я, незаметно сбросив излишек силы в землю рядом с дорожкой. — Может, теперь поговорим о чём-нибудь другом?

— Ну уж нет, — упёрся Рониэль. — Расскажи, как прошла ночь. Ну понятное дело, что невинные девицы не лучший подарок в постели, но… Ай, Рэмис, ты доиграешься, я ведь и ответить могу.

В висок неприятно ударил импульс. «Знаю, но… не помню. Так что, можно сказать, вы будете первым», — прозвучал в голове голос Элианны. Она, конечно, слегка слукавила. Судя по тому, как она в конце концов осмелела, помнит гораздо больше, чем хочет показать. И что бы я ей ни говорил, меня это задело.

— Ещё пара таких фраз, и я, пожалуй, присоединюсь к Янику и продлю заклятие молчания на пару дней. Будешь с больными на пальцах объясняться. — Я смерил Эксерса хмурым взглядом.

— Да ладно тебе. Я ведь и