Вторая жена господина Нордена. Книга 2 - Катя Лакруа

— Ох, Иния, тише, прошу вас. — Мэдейлин оглянулась по сторонам, будто боясь, что у стен в прямом смысле есть уши. — Пусть Адриэн и женился, но это ещё не значит, что можно говорить нечто подобное.

— Моя дорогая, — Иния и не думала сбавлять громкость, — неужели вы думаете, что я настолько бестактна? Но помяните моё слово, с молодой женой наш любезный друг быстро придёт в себя. Умерших, конечно, нельзя забывать, но и жить прошлым — не выход. Хотя я знаю такой тип мужчин, они по большей части несколько… фанатичны в своих привязанностях.

Я прикусила губу, стараясь успокоиться. Может, конечно, я просто слишком много общалась с Адриэном за эту неделю, и он успел несколько раз отчитать меня за бестактность, но слова Инии покоробили. И ведь не она одна озвучивает подобные мысли… Конечно, она в чём-то права, однако каждый человек имеет право носить траур столько, сколько нужно по его мнению.

— А по-моему, то, что Адриэн до сих пор не может отпустить семью, говорит о нём, как о надёжном человеке, — всё-таки выпалила я. — Не каждый сумеет столько лет хранить в душе любовь к покойной жене.

Иния вскинула брови и, как мне показалось, улыбнулась слегка снисходительно.

— Моя дорогая, ваше желание вступиться за супруга очень трогательно. И вам, пожалуй, простительна такая… наивность. Вы ещё очень молоды, но поверьте моему опыту: чем дольше живёте на свете, тем больше начинаете ценить каждый миг. И тратить драгоценную жизнь на тоску по тем, кого всё равно не вернуть, глупо.

— Но и заставить себя вдруг забыть и начать радоваться жизни тоже невозможно, — возразила я. — Вы не можете просто щёлкнуть пальцами и вычеркнуть из жизни трагедию. Тем более, такую.

— Да разве же я утверждала обратное? — Иния снова глянула на меня, как на малолетнюю дурочку. — И, конечно, это прекрасно, что он столько лет был верен памяти покойной… забыла, как её звали…

— Линара, — суховато ответила Мэдейлин и поджала губы. — Но давайте всё же…

— Да-да, Линара, точно. Так вот, прекрасно, что он был верен ей до сих пор, однако это ведь не жизнь. Я тоже носила траур и знаю, каково это. Конечно, глупо сравнивать…

— И правильно, не сравнивайте, — перебила Мэдейлин. — И хоть Лиа очень молода, она совершенно права. Мы с вами, да и никто другой, не имеем права судить, кто и сколько должен горевать по умершим. Лина была прекрасным человеком, и я бы никому не пожелала пережить всё то, что довелось Адриэну. И, прошу вас, давайте всё же поговорим о чём-нибудь другом. Верх неприличия обсуждать хозяина дома прямо в его гостиной.

— Пожалуй, вы правы, Мэди, я веду себя не лучше кумушек из клубов, которым только дай перемыть кому-нибудь косточки. — Иния, кажется, вообще не смутилась отповеди младшей подруги. — Но я просто ужасно рада за нашего Адриэна, вот и несу первое, что в голову взбредёт.

Она взяла со стола бумажную салфетку и обмахнулась ей, как веером.

— Оэлли, душенька, — позвала она, и служанка тотчас возникла на пороге. — Плесни-ка мне сока.

— Конечно, госпожа Иния. — Оэлли слегка поклонилась и прошла к столу.

— Кстати о слугах. — Мэдейлин посмотрела на меня уже гораздо более приветливо, чем в начале вечера. — Мы обещали Адриэну поискать подходящую служанку. Может, у вас есть пожелания? Мужчины мало что в этом понимают: они уходят на службу и проводят там большую часть времени. А со слугами общаться нам…

Я замялась, не зная, что ответить. Как вообще выбирают слуг? По цвету волос? Тембру голоса? Кулинарным способностям?

— Мне главное, чтобы она была как можно менее заметной и не раздражала Адриэна шумом, — наконец выдала я и взяла стакан, где ещё оставался сок.

— Понимаю вас, — улыбнулась Мэдейлин и сурово взглянула на застывшую в дверном проёме Майрию. — Постараюсь как можно скорее помочь, но пока, наверное, придётся вам потерпеть эту неумёху: мы одолжим её на то время, пока Адриэн будет на службе.

— Благодарю вас, — улыбаясь как можно более тепло, ответила я, соображая, почему мне обязательно нужна служанка. Я могу и одна дома побыть. Или нет?

Я хотела сказать ещё что-нибудь вежливое, но тут хлопнула дверь в прихожей, и дом заполнил бас Рониэля. Ну наконец-то можно выдохнуть…

Глава 35

Адриэн

— Ну, дружище, давай рассказывай, — потребовал Рониэль, едва мы спустились со ступеней на дорожку перед домом.

— Что именно?

— Как что? Про жизнь семейную.

И Эксерс расплылся в хитрой улыбке. Однако долго улыбаться ему не дали.

— Может, мы хоть закурим для начала? В отличие от тебя, я сюда вышел не языками чесать. — Яник полез в нагрудный карман сюртука и извлёк оттуда бумажный конверт.

— Доставай свои сигары, а Адриэн пока может начать рассказ.

— Эксерс, ты меня знаешь: я ничего не скажу, — хмыкнул я, сцепив руки за спиной. — Да и что именно ты хочешь от меня услышать?

— Ничего себе! Ты скоропалительно женишься после стольких лет одиночества, и пытаешься убедить меня, что это естественно? — Рониэль взял у Яника сигару и принялся разминать в пальцах.

— Составишь нам компанию? — перебил его Рэмис и протянул мне конверт. — Сигары что надо.

Я покачал головой и краем глаза подметил, как Эксерс состроил страшные глаза и пихнул Яника в бок. Эти двое вечно обмениваются тайными знаками на мой счёт, искренне полагая, что я этого не замечаю. Приучены ещё с тех времён, когда любое неосторожное слово могло иметь необратимые последствия. Лина не переносила запах табака и хотя никогда не выражала недовольство, я сам решил завязать с этой привычкой. После гибели Лины не начал заново в память о ней.

— Если думаешь, что я просто так отстану, глубоко ошибаешься. — Эксерс похлопал меня по плечу. — Так как, брачная ночь состоялась?

Яник закатил глаза и сотворил искру, от которой первым прикурил Рониэль.

— Эксерс, демоны похотливые тебе под хвост, вообще-то, брачная ночь вполне естественное дело, кто станет с этим тянуть?

— Когда Адриэн привозил ко мне Элианну, а было это в среду, подтверждение брака ещё не состоялось. — И Эксерс глубоко затянулся, тут же закашлявшись.

— Эксерс, ты бы помолчал, а? — проворчал я, дождавшись, пока его отпустит. — Как же целительская тайна?

— Так ведь я не рассказываю про здоровье Элианны, — тут же нашёлся Рониэль. — Всего лишь хочу за тебя порадоваться.

— Мне ли тебя не знать, — отмахнулся я: дым попал в нос и заставил поморщиться.

— Для целителя у тебя и