Ты мне очень нравишься. Но... - Вера Ковальчук

счастья и быть не может. Растворяясь в этом чувстве, он скользил губами по её ключицам, груди, плечам. Наверное, надо было дать уже супруге отдохнуть, но невозможно было оторваться. Просто невозможно…

Она так и уснула в его объятиях, он же нежил её, и была бы возможность, даже слегка укачивал бы любимую, если б не опасался, что помешает её отдыху. Изнемогая от любви, Эйтал смаковал каждое мгновение, внутри которого сейчас существовал. Впервые его посетило ощущение, что ему не хочется ни прошлого, ни будущего — только настоящего, такого, какое оно есть.

Совсем немного времени прошло в таком вот состоянии запредельной эйфории, когда принц почувствовал, что с ним происходит что-то странное. Казалось, под его кожей шевелится и жаждет высвободиться иное существо — тоже он, но куда более могущественный, сильный, свободный. Он нехотя отпустил супругу, а потом и в сторону откатился. Понял, что и этого недостаточно, осторожно сполз с постели и выскочил, даже, как ему показалось, попросту вырвался на балкон.

Он не понимал, что с ним происходит. Магия пеленала его по рукам и ногам, сминала и вытягивала от земли к небу, так, что ему казалось, будто неведомая сила приобщает его, самого обычного человека, к чудесам самого чародейства. Эйтал не понимал, что с ним происходит, да и не желал: чувства вели его сквозь глубины самоощущения, его буквально трясло от мощи переживаний, обрушившихся на него.

А спустя неясное время новая волна сотрясла его от пят до затылка, и сознание поплыло, и восприятие скользнуло в пространство, в котором он никогда ещё ничего не воспринимал. Эйтала изогнуло в судороге, а потом он вдруг развернул крылья и утонул в небесной бездне, совершенно не понимая, что с ним происходит.

Понял, когда напряжение чуть отпустило его. Он парил в потоках ветра и с трудом осознавал тот факт, что теперь у него совершенно другое тело — гибкое, чешуйчатое, с хвостом, перепончатыми крыльями и всем прочим… Он — дракон? Он — дракон?!! От шока Эйтал едва не потерял ощущение воздушного потока, который держал его. Но всё же поймал себя, сбалансировал и мягко опустился на луг близ столицы. Потянулся, разминая тело, потом изогнул шею, потёрся щекой о бок под крылом.

Он — дракон. В такое невозможно поверить. Но так есть. И если не супруга наделила его этим даром, то кто это может быть? Вот теперь ему стало понятно трогательное отношение Иоиля к жене — как ещё можно относиться к подобной заботливой чудотворице, которая подарила тебе небо? Эйтал запрокинул голову к небу и рыкнул от полноты чувств. Хорошо бы сказать о своей благодарности Ларе, но ведь она отдыхает. Лучше он пока тут побудет. Потом, попозже придёт к ней и всё скажет, что у него на душе.

В отдалении показались конники, дракон насторожился, присмотрелся. Разглядел старшего брата в сопровождении гвардейцев и фыркнул, аккуратно сложил крылья и принялся терпеливо ждать. Вся эта ситуация казалась ему странной, но раз уж так складывалось… Почему нет.

Император, придержав коня, поднял руку — привлекая внимание не только своих людей, но и дракона также.

— Эм-м… Брат?

— Р-р-р…

— Ты меня понимаешь?

— Ур-р… — Эйтал постарался кивнуть головой. Оказалось неудобно — из-за роговых наростов на затылке. Раздражённый, он встряхнул головой и фыркнул в сторону. Побоялся, что коней гвардии ошпарит жаром, но, к счастью, обошлось без этого. — Фр-р…

— Ты сохраняешь понимание, что происходит вокруг?

— Фр-р! — И ещё раз помотал головой. Ему мешало то, что не было возможности нормально общаться с братом. И спустя несколько мгновений и ощутимое усилие он обернулся человеком. Обратно. Неловко ткнулся носом в траву. — Бесы! Прошу прощения.

Император махнул рукой одному из своих бойцов, и тот бросился к принцу, помог ему подняться на ноги. Эйтал оглядел себя с ног до головы. К счастью, одежда на теле осталась та же, что и была — рубашка и простые домашние полотняные штаны, босые ступни. Медленно, но верно осознание того, что случилось, приходило к нему. Он обратился в дракона, и объяснить это было почти невозможно. Ведь дракская кровь в его жилах была иссякающе слабой. Как ему это удалось?

— Как тебе это удалось? — выдохнул Ариавальд.

— Я понятия не имею.

Его величество поджал губы и оглядел Эйтала с ног до головы.

— Ты был с женой?

— Конечно.

Правитель подошёл ближе и притянул брата к себе, крепко обнял его за плечи. Прижал его голову к плечу. Его пальцы вздрагивали, и это чувствовалось.

— Ты не устаёшь меня изумлять, — пробормотал он. — Ты всегда таким был, брат. Твоё упорство и искусность всегда убеждали меня, что ты один из самых талантливых среди нас. Я верил в тебя ещё тогда, когда ты был совсем мальчишкой.

— Говоришь об этом потому, что я теперь дракон. — Эйтал вздрогнул всем телом. — И смогу приумножить власть империи.

— Я говорю об этом потому, что это правда. Иной раз я бываю жёсток с тобой, знаю. Но такова уж моя жизнь. Мне самому это не по вкусу, уж поверь.

— Верю.

— Прости, что пытался давать тебе советы насчёт твоей семейной жизни. Был неправ. Судя по тому, что ты обрёл обличие, тебе и без моих советов удалось отлично поладить с женой.

— Опять ты о своём.

— Извини. — Ариавальд вдруг рассмеялся, и как-то нервно. — Покажешь своего дракона ещё разок?

— Если желаешь, — смиряя внутреннее пламя, ответил Эйтал и слегка нагнул голову. В конце концов, старший брат не просто его родич, но и государь. Он вправе просить такое и даже требовать.

И обернулся драконом. С трудом поймал равновесие — почему-то его сразу завалило на один бок, пришлось побарахтаться, чтоб нормально встать на лапы. Император охотно потеснился, да гвардейцы и сами поспешили оттянуть его подальше. Чтоб никому не мешать, принц заозирался, осторожно отшагнул на свободное пространство и устроился, сложив крылья, так, чтоб никого случайно не задеть. Старший брат обошёл его вокруг, потрогал хвост, лапы, потянулся прикоснуться к морде. Дракон послушно склонил шею, подставил нос, стерпел и даже развернул голову — таким движением молча предложил потрогать роговые наросты.

— С ума сойти… И ты легко летаешь?

— Фр-р!

— Ещё раз покажешь?

— Ур-р! — Эйтал повёл головой, показывая, чтоб все отошли, и неловко развернул крылья. Совладать с новым непривычным телом удалось далеко не сразу, пару раз даже пришлось на месте подпрыгнуть. Но в конце концов он сообразил, что делать, и осторожно взмыл в воздух. Порыв ветра омыл лица гвардейцев и императора, но ни один из них не