(Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание - Александра Воронцова

— А если ошибёшься? — неожиданно для себя спросила я, крайне заинтригованная темой.

Мэтр Фосси пристально на меня посмотрел, заставив занервничать.

— Смотря как именно. Древние заклинания очень пластичные, ненароком можно создать и новое.

Посыпались шутки по поводу этой сентенции, которые переросли в полемику по поводу того, относить ли исковерканные древние заклинания к старой школе или все же к новой.

— Ну, — я облизнула губы, — а если вдруг получилось что-то новое, как быть с этим?

Мэтр усмехнулся:

— Единственный способ — смириться, пока не подберёте это антогонистическое или хотя бы компенсационное заклинание. А для этого вам нужно точно знать, что вы сделали, знать, как каждая связка влияет и на что конкретно. Ну и работать в комплексе вместе со специалистом по тому разделу, в котором вы умудрились совершить прорыв. Сами вы, я боюсь, можете только усугубить ситуацию.

Я напряглась.

В свете того, что мы с Ренци весьма смутно помним, что именно тогда говорили, вероятность получить искаженный эффект была слишком высока, и последствия теперь виделись весьма нечетко.

Так. Ладно. Если прижмет, у нас есть менталист — невеста Дальтиго. К Фаджио я обращусь лишь в крайнем случае. Предпочту, чтобы в моей памяти копалась никак незаинтересованная девушка, а не ушлый дознаватель, который спит и видит, как выпотрошить мою голову.

И у нас есть древник — Джемма Гвидиче. Минус — она невеста Натори, плюс — у нее есть доступы к императорскому архиву.

Однако внутреннее чутье подсказывало, что наш с Дориэном случай такой запутанный, что разобраться в нем не сможет и императорский архимаг.

Погруженная в свои думы, я выпала из обсуждения до самого гонга и покидала аудиторию одной из последних.

— Адептка Чаргетто, — окликнул меня мэтр, когда я, подхватив сумку, протискивалась между рядов.

— Да?

Фосси снял маленькие круглые очки, которые явно носил исключительно в декоративных целях, и внимательно на меня посмотрел, и я поразилась тому, как преобразилось его лицо. Сразу стало понятно, что благообразный старичок — это всего лишь образ для адептов.

— Вы мне глубоко симпатичны, адептка. И мой вам искренний совет, — его взгляд пронизывал меня насквозь, — прежде чем разрушать что-то, с чем вы прожили много лет, в особенности, узы…

— Вы меня неправильно поняли, — заюлила я, — я всего лишь из любопытства…

— … сначала убедитесь, что вы способны жить и без них, — договорил мэтр и уткнулся в свои бумаги, показывая, что советов больше не будет.

Его слова мне не понравились, но еще меньше мне понравилась фраза, прозвучавшая за моей спиной, когда я уже выходила:

— В любом случае, осталось недолго.

Вздрогнув, я обернулась, чтобы спросить, чему именно Фосси отмерил мало времени, но он по-прежнему увлеченно шуршал листами бумаги. Мне послышалось? Или мэтр говорил о чем-то своем? В общем, уточнить я не решилась, предпочтя вариант, в котором сказанное меня не касалось, просто потому что у меня и без того загадок было предостаточно.

Ренци у табло не было, зато под ним столпились адепты и любовались дюжиной пульсирующих жетонов напротив его фамилии.

— Говорят, он оборвал все розы в оранжерее, — вздохнула одна девица. — Наверняка, чтобы покорить свою девушку. Интересно, кто она? А ты ради меня готов на подобное? — она пытливо уставилась на парня, который держал ее за руку.

— Роз там больше не осталось, — занервничал ее спутник.

— Ты просто меня не любишь! — капризно топнула ногой девушка.

— Люблю, — несчастно запротестовал кавалер, понимая, что от грабежа оранжереи ему не отвертеться.

— Докажи!

Я закатила глаза. Тоже мне доказательство.

— Чаргетто! — рядом со мной откуда ни возьмись оказался Ренци, и принялся застегивать пуговицы моего воротничка.

Окружающие тут же переключили свой интерес с табло на нас.

— Прекрати, — зашипела я, пытаясь настучать по наглым, но проворным пальцам. — На нас все смотрят!

— А ты завязывай с развратом, Чаргетто! — Дориэн победил, и последняя пуговица была вдета в петельку.

— Где ты был?

— Следил за главным целителем. Вантетти ушел проверять запасы лекарств. Ректор с Фаджио в компании коменданта чахнут на полигоне. Самое время заглянуть в лазарет. Ты куда уставился? — вызверился Ренци на того самого парня, которому еще предстояло покорять оранжерейные просторы.

А уставился он на мою туфельку, выглянувшую из-под подола, за пряжку которой зацепился лепесток розы. И как я его не заметила!

Какой кошмар! Он же растреплет, и все будут знать, кому Дориэн рвал розы!

Это совершенно ужасно!

И в то же время невероятно грело мое самолюбие.

Вот так вот!

Пока я краснела и бледнела, Ренци, добавляя пикантности ситуации, переплел наши пальцы и потащил меня за собой.

И меня снова посетило странное ощущение, словно мне вложили в руку смертоносный клинок, и пока я его держу, я всемогуща.

Я сошла с ума?

Как показал следующий час, с ума сошел Дориэн.

Глава 101. Проникновение в лазарет

Подходя к лазарету, мы издалека увидели, как выводят Ортию. В компании двух плечистых дознавателей она выглядела вовсе не так дерзко, как обычно.

— Кажется, мы вовремя, — прокомментировал Ренци. — Думаю, следующие на очереди Кантоцци и Велия.

— Послушай, похоже, там осталась охрана, как ты собираешься проникнуть незамеченным?

— У меня план, — расстроил меня Дориэн. Чем дальше, тем более пугающе звучала для меня эта фраза. — Я же не просто следил за Вантетти. Я отправил в лазарет засланца.

— Кого? — напряглась я. — Ты ему что-то рассказал?

— Я? Нет, конечно! Да и зачем? Достаточно вывихнуть человеку плечо и дружески попросить его об услуге, — открыл мне глаза на особенности успешных переговоров в понимании Ренци.

— Ты с ума сошел? Кто этот несчастный? Что он тебе сделал?

— Нечего было шастать под твоими дверями. Один раз еще ладно, но два! И глупые отговорки, что он живет в конце коридора, меня не устраивают. Я хотел свернуть челюсть, но мне было нужно, чтобы парень мог разговаривать…

— Ренци, это слишком!

— Что? Если бы он умел драться, то этого бы не произошло! Ему стоит подтянуть физподготовку, — и не подумал устыдиться Дориэн. — Так что парню только на пользу пойдет. В конце концов, он учится на боевом факультете, а не в пансионе для благородных девиц. А что? Тебе его жалко?

Ренци с подозрением посмотрел на меня.

— Да я его даже не помню!

— Ладно, — смилостивилось чудовище. — Поторопимся.

Это, конечно, было ужасно со стороны Дориэна, вот так, взять и отправить на больничную койку одноступенника, просто чтобы получить доступ в лазарет, но благодаря этому, план Ренци